Пират. Потерна в прошлое (СИ)

«Ну не летают здесь спутники и самолёты!»
Дзинь! Дзинь! Дзинь! – задёргался в темноте кончик фидера со светлячком. Пират нажал кнопку налобного фонаря. Яркий узкий луч прорезал ночь, выхватив из темноты тростниковые заросли и замер на трясущемся кончике фидера.
– Мирослав, твой сработал, подсекай!
В ответ лишь тишина и еле слышное посапывание и похрапывание.
Дзинь! Дзинь!
– Ох уж эти рыбаки – дрыхнут без задних ног! И рыбалка им пофиг.
От последующего мощного рывка сигнализатор-светлячок слетел с кончика фидера и подсвечивая себе путь, медленно опускался на дно. Рыбья мелюзга носами тыкалась в маленькое солнышко, пихая его из стороны в сторону. Пират вскочил с кресла и в последний момент успел схватить удилище, уволакиваемое кем-то в темноту водоёма. От мощного натяжения, оно согнулось в дугу.
– Ну и зверь!
Неизвестная рыбина, словно торпеда, стремительно стягивала со шпули шнур. Хорошо, что фрикцион оказался не зажат. К счастью, вскоре, ход замедлился, Пират тут же воспользовался заминкой и поспешил подмотать. Рыба поддалась и ему удалось вернуть на шпулю метров десять шнура. Но не тут-то было, словно опомнившись, она вновь рванула в сторону. Фрикцион затрещал, отдавая назад только что отвоёванные метры. Очередная подмотка катушки и снова ожесточённое сопротивление.
«Достойный противник! Ладно, пусть напоследок порезвится».
Пират почувствовал – рыбина начал уставать, её скорость снизилась. Не давая слабину, рыбак выдержал паузу: – а теперь давай назад, хватит уже и меня и себя мучить.
И лоб весь в испарине и камуфляж влажный – нелегко далось рейдеру вываживание трофея. И, что обидно – потенциальные зрители сопят в четыре дырочки и не подозревают о происходящем в данный момент противоборстве. Уровень адреналина в крови буквально зашкаливает.
«Только бы не сошла!»
Наконец, устал не только рыбак, но и его достойный противник. Пират подтянул трофей к пристани. Держа в правой руке фидер в натяг, левой потянулся к подсаку. Хорошо, что близко под рукой оказался. Подвёл его под рыбину. Луч налобного фонаря плясал по поверхности воды, высвечивая, блеснувшее золотом, тело.
– Есть!
Перехватив подсак двумя руками, фидер уже не нужен - его в сторону, с усилием поднял трофей на пристань.
«Ни хрена себе! Килограмм пятнадцать завесит!»
Длинное и почти круглое бронзовое тело, толстые мясистые губы с свисающими с обеих сторон усами.
– Сазан!
Теперь понятно. Это не лещ, которого стоит лишь поднять на поверхность и дать глотнуть воздуха. А потом спокойно тяни к себе. Опять промучился с вытаскиванием крючка из толстой губы рыбы.
«Хм, ещё немного и мог без трофея остаться» – крючок оказался немного разогнут.
Освобождённый сазан опять показал свой норов. Выгибаясь и подпрыгивая на досках, мокрым хвостом сильно шлёпнул по босой ноге спящего в кресле Мирослава.
– А-а! – спросонья сын не понял, что произошло. Подскочивь, он ошалело вертел головой, не понимая, что случилось. Увидев огромного сазана, замер от восторга.
– Ух ты! Ну и монстр! Батя, класс!
– Это была твоя рыбина, но ты её благополучно проспал.
– Я её бы и не вытянул, - честно признался Мирослав.
– Вот что: разбуди Ксанку, видишь, как она скукожилась в кресле. Пускай в спальнике укладывается. И сам тоже ложись во второй. Как чувствовал, что пригодятся. Толку от вас сейчас один чёрт никакого…
* * *
– Смотри-ка, мать, чего у нас есть! Ты много потеряла, что с нами не пошла.
– Зато, в отличие от вас, я хорошо выспалась – никто у меня под ухом не храпел. Вас комары не съели? - поинтересовалась Белка.
– Я их отогнал.
– Трутовики жёг?
– Да. Хорошее средство. Не нравится кровососам их дым.
– Мама Белка, а я сама леща огромного вытащила, вот такого! - Ксанка с гордостью развела в стороны руки, не стесняясь размерам своей фантазии. А Мирослав только двух карасей поймал. Вот таких, - её ладони едва не сомкнулись одна с другой. Мирослав возмущённо фыркнул, но всё же промолчал.
– Умничка! Знатно половили. Ух, сазанище какой большой! Я приберусь и займусь рыбой. А вы идите спать. Из вас сейчас помощники никакие, вон носами клюёт, - Белка решительно сонных рыбаков отправила спать.
 
– Дорогая, рыбу почистишь? Двух лещей замаринуй, на мангале после приготовим, а Сазана пока в морозилку положи. У подлещиков и плотвы только внутренности убери, чешую не трогай. Я их вялить буду. Извини, я бы помог, но сильно устал. За ночь даже на минутку глас не сомкнул. Я в начале в душ схожу и после на боковую.
– Я вижу – прямо с ног валишься, спишь на ходу. Не волнуйся, я справлюсь. Автомат только здесь не оставляй, наверх забери.
* * *
– Какой божественный запах!
Пират перевернул решётку с лещом. Подёрнутые пепельной сединой угли источали сильный жар. Капли жира падая, вспыхивали яркими звёздочками. Мирослав с Ксанкой не отрывали глаз от мангала, стараясь не показывать, что не терпится попробовать ароматное блюдо.
– Скоро уже? – нетерпеливо спросила Белка, сглатывая слюну.
– Мольчи, женщина! Слюшай, не мешай. А? – придал своему голосу шуточный кавказский акцент. А после уже серьёзно добавил: – жаль, что виноградных листьев нет, ещё вкуснее получилось бы.
– Пират, хватит уже над нами измываться, он и так вкусный! Рыба готова, я и отсюда вижу! Вот, что – ты нам положи, а сам можешь второго леща хоть до следующего утра готовить .
Молодёжь дружно закивала головами, поддерживая предложение мамы Белки. Пират осмотрел рыбу, ковырнул вилкой и сказал: — Я хоть и не Василий Алибабаевич, но очень рекомендую попробовать это отменное блюдо. — Ну, налетайте, голодающие Улья!
– А он кто? – положив кусочек леща в рот и закрыв глаза, причмокивая от удовольствия, уточнила Ксанка.
– В смысле кто? – немного растерялся Пират.
– Ну, этот, который Алибабаевич.
– А ты, что «Джентльменов удачи» не смотрела? - искренне удивился рейдер.
– Это кино такое? - предположила Ксанка?
– Ну, да…
– Нет. И не слышала о нём.
– Ну, ты, Ксанка, тёмная. Я и то смотрел – у нас много фильмов записано, – не удержался от подколки Мирослав.
– Сам ты тёмный! – обиделась на него девчонка и с возмущением добавила, - дурак!
– Погоди, Мирослав, – Пират остановил сына, уже готового дальше препираться с Ксанкой. – А «Иронию судьбы» смотрела? Её каждый Новый год показывали по телевизору.
– У нас такого фильма не было. Если, как говорите, фильм каждый Новый год показывали, то я бы, хоть раз, но увидела бы. Интересный? Про любовь?
– Про любовь..., – Пират задумался, – «как-то за всё время со Следопытом мы не касались исторических моментов. Повода не было. Вполне друг друга понимали. Особо, каких-либо расхождений в марках машин, оружия не имелось…». – Ксанка, а как у вас называется, к примеру, этот автомат?
Она пожала плечами и с набитым ртом, с трудом произнесла: – калаш. - Проглотив прожёванное мясо, вытерла губы салфеткой и добавила, — его создал наш русский оружейник Михаил Калашин.
– Калашников, – машинально поправил её Пират.
Ксанка с удивлением на него посмотрела, – на Калашников, а Калашин. Он его еще при СССР создал.
– А кто у вас сейчас генеральный секретарь КПСС? - Белка не обратила внимание на слова – "... еще при СССР создал".
– Понятия не имею…, – потянулась девчонка за очередным куском рыбы.
– Ты не знаешь фамилию вашего руководителя страны? – удивилась Белка.
– Знаю, конечно. Президент Сергей Путин.
– У вас президент?
– Ну, да. А у вас разве не президент? – теперь уже Ксанка с недоумением посмотрела на приёмных родителей.
 
– Генеральный секретарь.… У нас ведь с Пиратом тоже разные слои, но они особо между собой не различаются. Если только по мелочи и некоторым датам. Фамилии, правда, частично не совпадали. Вспомнила – ещё и по родственным связям имеются отличия, - вроде и всё, - закончила свою мысль Белка.