Герцог-авантюрист

– А теперь знаешь? Знаешь, кого обвинять?
– Пока нет. – Адам пожал плечами.
– Интересный ответ. – Лэнгфорд стряхнул пепел с сигары. – Кажется, теперь мы знаем, зачем он вернулся в Англию. Правда, Брентворт?
Клара быстро ознакомилась с утренней почтой за завтраком в Гиффорд-Хаусе – лондонской резиденции семьи. Два письма ее заинтересовали.
В первом бабушка выражала свое недовольство:
  
«Мне сказали, что ты дважды отказалась принять Страттона, приехав в Лондон десять дней назад. А посему я настоятельно требую прекратить его провоцировать».
Письмо от Тео мало чем отличалось от бабушкиного.
«Мы вряд ли добьемся успеха в отношениях со Страттоном, если ты будешь продолжать наносить ему оскорбления. Подумай о будущем Эмилии, а также о моем. Неужели ты не можешь проявить хоть каплю уважения к этому человеку?»
Но ведь именно это она, Клара, и делала – думала о будущем сестры. И о будущем своей семьи. Сама мысль о том, чтобы наладить отношения с семьей Страттона, казалась ей неблагоразумной и предательской. Пусть бабушка с братом делают что хотят. Она не примет их сторону. Старая графиня это знала и именно поэтому не посвятила ее в свои планы.
Надев шляпку и мантилью, Клара взяла со стола сверток и спустилась в холл. Не желая пользоваться принадлежавшим семье экипажем, она попросила лакея найти наемный, после чего вышла из дома и с облегчением вздохнула. К сожалению, уехать она не успела – на подъездной аллее остановился экипаж, и Клара тихонько выругалась.
Снова Страттон! И никуда не спрятаться! А посему солгать, что ее нет дома, не получится.
Но, с другой стороны, всякому стало бы ясно, что она уезжает, поэтому они со Страттоном коротко обменяются любезностями – затем пусть убирается.
Герцог вышел из экипажа и подошел к девушке. Отвесив поклон, он поставил ногу на нижнюю ступеньку крыльца и воззрился на Клару.
– Вы ведете довольно насыщенную жизнь, – заметил он.
– Я ношу траур, но пока еще не умерла.
Герцог указал на свой экипаж.
– Позвольте вас подвезти.
– Вы очень любезны, но скоро подъедет мой собственный экипаж.
– Но ведь его еще нужно дождаться.
В этом герцог был прав. Мысленно застонав, Клара пробормотала:
– Коль скоро вы решили нанести мне визит, давайте войдем в дом.
Она зашла в холл, передала свой сверток лакею и провела герцога в гостиную на втором этаже. Там опустилась в кресло, надеясь, что выглядит сейчас так же устрашающе, как ее бабушка.
Гость расположился в кресле подле нее, и Клара заметила, что после их встречи на холме его прическа изменилась. Теперь непокорные локоны были красиво подстрижены и не отвлекали внимания от ясных темных глаз, чувственных губ и волевого подбородка.
– С вашей стороны было очень любезно принять меня, леди Клара.
– Поскольку вы проинформировали членов моей семьи о том, что я не оказываю вам должного внимания, я сочла уместным сделать вид, будто поддерживаю их странное стремление завязать с вами дружбу.
– Вы очень прямолинейны.
– А вы очень настойчивы.
– Настойчивость считается мужской добродетелью, в то время как женская прямолинейность…
– Досадная неприятность, не так ли, сэр? А посему напрашивается вопрос: почему вы так упорно добивались встречи с такой досадной неприятностью, как я?
– Прекрасный вопрос, леди Клара. Но если вы видели меня во время первого визита, то теперь наверняка понимаете мои намерения.
«Странный ответ, – промелькнуло у девушки. – Какими бы ни были его намерения…»
– Может быть, вы просветите меня относительно своих намерений? – проговорила она. – Только побыстрее, чтобы я могла вернуться к своим делам, от которых вы меня отвлекаете.
Герцог тихо рассмеялся – как если бы леди Клара отпустила какую-то известную лишь им одним шутку, – и заметил:
– Ваш брат считает вас сварливой, и теперь я понимаю почему.
Сварливой?… Клара нахмурилась. Испорченный вероломный мальчишка!
– Я бы предпочла, чтобы меня называли прямолинейной. Уверена, что вы, как джентльмен, тоже предпочли бы именно этот эпитет.
– Да, конечно. В таком случае позвольте мне высказаться так же прямолинейно – чтобы вы могли побыстрее вернуться к своим делам. – С этими словами герцог подался вперед, упершись локтями в колени. И теперь его лицо оказалось совсем близко… – Вам ведь известно, что ваша бабушка планирует устроить наш с леди Эмилией брак.
– Да, известно.
– Так вот, я решил отклонить ее предложение.
Клара едва сдержалась, чтобы не завизжать от радости. Какое счастье, что хоть кто-то решил проявить благоразумие!
– Я пришел к выводу, что вы больше подходите мне и лучше вписываетесь в планы вашей бабушки, – добавил герцог.
В гостиной воцарилась тишина. Кларе потребовалось немало времени, чтобы осознать услышанное. И все равно слова герцога показались ей… по меньшей мере странными.
– Ваша сестра слишком молода для меня, – продолжал гость. – К тому же с той собственностью и доходом, которые дают за ней в качестве приданого, она не будет для меня подходящей женой. Ну, что скажете?
Клара попыталась собраться с мыслями. Заявление герцога ошеломило ее, но ей все же удалось сохранить хладнокровие.
– А вы встречались с Эмилией? – спросила она.
– Нет, но это не имеет значения. Я абсолютно уверен: несмотря на все свое внешнее очарование, она совершенно не подходит мне в качестве жены.
– Но как вы можете такое говорить, если даже не…
– Я просто это знаю.
– В таком случае постарайтесь передумать – и как можно быстрее, – потому что я тоже совершенно вам не подхожу.
Герцог откинулся на спинку кресла. Решительный отказ леди Клары явно не произвел на него должного впечатления.
– Вполне понятно, что вас удивило мое предложение, но я уверен, в конце концов вы его примете.
И тут Клара, не сдержавшись, вскочила на ноги и гневно посмотрела на сидевшего перед ней самонадеянного глупца. К сожалению, герцог последовал ее примеру, и теперь, вместо того чтобы триумфально смотреть на него сверху вниз, Кларе пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его лицо.
– Но я не услышала никакого предложения, – проговорила она. – Из ваших уст прозвучал приказ. Но знаете… Я никак не могу взять в толк, с чего вы решили, что я подчинюсь. Даже если бы мне когда-нибудь вздумалось выйти замуж, вы были бы последним человеком, которого я стала бы рассматривать в качестве мужа. Отец перевернулся бы в гробу, если бы подобная идея пришла мне в голову. А теперь, сэр, благодарю вас за визит, но мне пора ехать по делам. Я и так уже опаздываю.
Развернувшись на каблуках, Клара покинула гостиную и спустилась по лестнице. Забрав у лакея сверток, она вышла из дома и почти тотчас же почувствовала, что герцог неотступно следует за ней.
Наемный экипаж уже ждал рядом с экипажем Страттона. Герцог бросил на него взгляд и спросил:
– Почему вы не пользуетесь вашим семейным экипажем?
– Не хочу. – Клара спустилась по каменным ступеням и направилась к экипажу.
Герцог присоединился к ней.
– Осмелюсь предположить, что вы направляетесь на тайное свидание. И не хотите, чтобы о нем знали слуги. Другого объяснения наемному экипажу я не нахожу.
Кларе ужасно захотелось стукнуть его свертком – этот негодяй говорил слишком громко, да еще в присутствии лакея.
Клара опустилась на сиденье, и лакей закрыл за ней дверцу. Дождавшись, когда тот отойдет подальше, герцог сказал:
– Сейчас я не стану требовать от вас объяснений, но если вы собираетесь встретиться с мужчиной, то должны немедленно положить конец этой связи, поскольку мы с вами помолвлены.
  
Клара выглянула в окно и прошипела:
– Ошибаетесь, сэр, мы не помолвлены!
В следующее мгновение экипаж отъехал от дома, но глаза девушки еще долго метали молнии.
Спустя полчаса Клара уже стояла у стола в библиотеке дома на Бедфорд-сквер. На столе лежали стопки рукописей и чистый лист бумаги.