Герцог-авантюрист

– Клара…
– Адам, не надо. – Она коснулась кончиками пальцев его губ. – Прошу тебя, не надо. Я думаю, ты сможешь солгать, если потребуется. И это будет очень печально. – Подхватив подол халата, Клара направилась к двери. – Прошу тебя, оставайся здесь до моего отъезда. – С этими словами она скрылась за дверью.
В глазах Адама потемнело, и он с силой ударил кулаком по стене. Потом сполз по ней на пол и закрыл глаза. Пустоту в сердце заполнила мука.
    
Глава 23
 
Клара развернула письмо, уже зная, что в нем написано и от кого оно.
Она прочитала единственную строчку:
«Приезжай ко мне».
Подобные письма приходили три раза в день, и так продолжалось целую неделю. Только самое первое письмо – написанное Адамом после его возвращения в Лондон – оказалось более пространным.
«Ты сказала, что влюбилась в меня. Так вот, а я влюблен в тебя. Отказываться от любви большой грех. Приезжай ко мне».
При виде каждого письма Кларе хотелось плакать. И каждое порождало в ее душе неуверенность.
Сможет ли она это сделать? Сможет ли любовь заставить их захлопнуть за прошлым дверь? Даже если в этом самом прошлом Адам верил в виновность ее отца?…
Все это означало, что ей придется поверить в Адама даже вопреки здравому смыслу.
В комнату вошла миссис Финли и объявила о приезде Алтеи. Клара спрятала письмо в ящик стола и достала оттуда пачку банкнот и мешочек с монетами.
– Ты все выяснила? – спросила Алтея, входя в комнату.
– В последние два дня я обошла все магазины. И вот что узнала… У Акермана осталось три журнала, но он уверен, что купят и их. В следующий раз он попросил доставить ему двадцать экземпляров.
Алтея разложила на столе лист бумаги и подвинула к себе чернильницу.
– Что ж, давай начнем, чтобы наши дамы увидели результаты своего труда.
Алтея составила список всех женщин, принимавших участие в создании последнего номера, – начиная с леди Фарнсуорт и заканчивая теми, кто доставлял журналы в книжные магазины. Кроме того, она обозначила причитавшийся каждой гонорар, и Клара отсчитала необходимые суммы.
– Миссис Галбрет – десять шиллингов, – прочитала Алтея последнее имя в списке.
– А вот и твоя доля. – Клара выложила на стол пятифунтовую банкноту.
Алтея взглянула на деньги, потом на подругу.
– Но это не десять шиллингов.
– Конечно, нет. Однако я считаю, что именно это правильная сумма, а в твой список закралась ошибка.
– Мы же договорились о сумме в десять шиллингов еще два года назад…
– Верно. Но тогда мы еще не знали, будет ли наш журнал продаваться. Ты взяла на себя львиную долю работы, Алтея. Без тебя я ни за что бы не справилась, – не говоря уже о том, чтобы выпускать журнал регулярно. Думаю, тебе нужно стать моим официальным партнером.
Лицо Алтеи осветила широкая улыбка.
– Я тоже так думаю. Где поставить подпись?
Клара смеялась до тех пор, пока не расплакалась, а затем, утирая глаза, воскликнула:
– О, какое же это замечательное чувство! А я уже начала думать, что никогда больше не засмеюсь. – Она тяжело вздохнула. – Попрошу своего управляющего составить договор, и мы подпишем его, как только он будет готов. А сейчас забери деньги, пока я не решила расплатиться ими за новое бальное платье.
Взяв со стола банкноту, Алтея спрятала ее в сумочку, после чего разложила банкноты по стопкам, а монеты пересыпала в небольшие кулечки.
– А теперь, – сказала она, – я хочу отпраздновать это событие и потратить свой гонорар на что-нибудь безрассудное. Думаю, нам стоит отправиться на Беркли-сквер и побаловать себя мороженым.
– Поедем в моем экипаже, а потом мистер Брэди отвезет тебя домой. – Клара направилась в холл и попросила экономку отыскать кучера.
Дамы надели шляпки, и Алтея с улыбкой сказала:
– Я ужасно рада, что ты согласилась ко мне присоединиться. Пока мы будем лакомиться десертами у Гантера, расскажешь, почему ты боялась, что никогда больше не засмеешься.
Клара погрузила ложечку в мороженое и отправила в рот немного прохладной сладкой массы. Мороженое помогло немного унять печаль, охватившую ее после рассказа о причинах расставания со Страттоном.
Со своего места за крошечным столиком она видела другие десерты, сделавшие эту кондитерскую знаменитой. Лежавшие в витринах пирожные и печенье так и манили отведать их, рядом с ними расположились марципановые фигурки животных и цветов, а в воздухе витали соблазнительнейшие ароматы.
– Да, конечно, если ты не можешь ему доверять, то ничего уже не поделаешь, – сказала Алтея.
– Я тоже так думаю, – со вздохом пробормотала Клара.
– Было бы ужасно, если бы ваши отношения продолжились, а потом ты вдруг узнала бы, что все это время он тебя обманывал.
– Да, ужасно. Вот только… Мне кажется, он не из тех, кто способен на подобное. Так что с моей стороны было бы несправедливо называть его обманщиком.
– То есть ты считаешь, что никакого обмана не было бы?
Клара задумалась.
– Ну… такая вероятность существует. Но мне не хочется в это верить.
Алтея положила ложку на блюдце.
– Но если ты считаешь, что он не стал бы тебя обманывать, тогда почему сомневаешься в его искренности? Ты сама себе противоречишь, дорогая.
Клара отправила в рот очередную ложечку мороженого и, снова вздохнув, проговорила:
– Как я могу выйти замуж за человека, столь сильно ненавидящего моего отца? Но такая ненависть неудивительна, если Адам действительно узнал, что мой отец способствовал выдвижению обвинений против его отца. В тот день, когда мы виделись в последний раз, в какое-то мгновение мне показалось, что он и меня ненавидит. Ну… по крайней мере, призрака, якобы стоявшего у меня за спиной. И еще…
Алтея вскинула руку и проговорила:
– Помолчи, пожалуйста. Давай вернемся к самой твоей первой фразе. Ты сказала «замуж»?
– В самом деле?
– Да, именно так. Ты что, задумывалась о замужестве?
– Наверное… Немного… – в растерянности пробормотала Клара.
– А он сделал тебе предложение?
– Он сделал его во время нашей второй встречи. Это был такой хитрый способ отомстить. Адам почти признался в этом.
– Но он потом повторил свое предложение?
Клара машинально помешивала остатки мороженого.
– Кажется, да, – кивнула она.
Алтея похлопала подругу по руке.
– Тебе слишком много кажется, дорогая. Разбитое сердце лишило тебя разума?
– Кажется, так, – пробормотала девушка.
– Ну, Клара, тогда вот что… Упоминание о замужестве заставляет меня изменить свое мнение о герцоге и лучше понять твою печаль. Если ты всерьез подумывала о замужестве, значит, этот человек тебе небезразличен. Думаю, тебе стоит выяснить, существует ли возможность обрести с ним счастье. Обдумай все хорошенько. Раз уж тебе выпал такой шанс, не стоит принимать скоропалительных решений.
– Он сказал почти то же самое, – отозвалась Клара. – Вернее, написал.
– Может, в таком случае тебе следует встретиться с ним еще раз и поговорить начистоту?
В эту ночь, после долгих раздумий, Клара взялась за перо и написала:
«Я приеду к тебе в среду днем. Ты должен рассказать мне все. И на поцелуи не надейся».
Клара уверяла себя в том, что отнюдь не трусость заставила ее отложить встречу с Адамом. Она не боялась окончательного и бесповоротного разрыва – вовсе нет. И не ворочалась по ночам, борясь с пытавшейся завладеть ее сердцем надеждой. Просто она не могла встретиться со Страттоном прямо сейчас, потому что у нее были дела.
На следующий день она поднялась довольно рано, чтобы разнести гонорары сотрудницам журнала. Первым делом Клара навестила миссис Далтон, жившую рядом с рекой. Во время сезона они с мужем располагались в довольно скромном доме, а затем возвращались обратно в Кент.
  
Мистер Далтон даже не подозревал, что его жена творит под именем Дочери Боадицеи. Клара прибыла к миссис Далтон в час дня – привычное для визитов время. Пока дамы обсуждали светские сплетни, из сумочки Клары в обширное декольте миссис Далтон перекочевал небольшой мешочек.