Я Гордый часть 6 (СИ)
— Тогда с тебя и начнем, — довольно кивнул я.
Ее тело оторвалось от потолка, долетело до середины комнаты и зависло напротив остальных. Одежда под ошарашенными взглядами пошла прахом, оставив только нижнее и весьма симпатичное белье беленького цвета. Мой сразу воспрявший друг получил строгий выговор, чтобы не поднимал голову раньше времени.
— Ты что творишь?!! — завизжала она.
— Не мешай, — звонко шлепнул я ее по заду. — Итак, дамочки, смотрим внимательно и записываем. У данного экземпляра все хорошо с фигурой — это она так считает, но мы в ходе дискуссии постараемся ее в этом разубедить. Начнем, пожалуй, с головы.
Итак, ее прическа, а точней, волосы… — вспышка, и под ее возмущенный вопль и испуганный остальных ее волосы мгновенно сгорают. — Их, как вы можете сами видеть, нет. Да, она совершенно лысая — так чем же тут гордиться?
— Ты маньяк!!! — завопила та. — Отпусти меня, и я буду пытать тебя целую вечность!
— Ну нет, мы же только начали. Теперь взгляните на ее маникюр
— Не трогай ногти, гад! Они стоят целое состояние!!!
— Зачем они тебе, так криво подстриженные? И к тому же длинные такие? Как ты такими подмываешься вообще? Все же можно поцарапать. Надо подровнять, ты согласна? А впрочем, это был не вопрос, а утверждение. И не вертись, а то могу палец отрезать.
— Нет, не надо, А-А-А-А-А!!! Я тебя ненавижу! Я освобожусь и буду медленно резать тебя на куски!
— Вот, уважаемые зрители. Мы вполне убедительно доказали, что недостатки есть у всех. Но этого нам мало, и мы, конечно же, пойдем дальше. А что у нас по плану? Вот эта замечательная сумочка из кожи белого персидского варана, стоимостью почти миллион рублей.
— Если ты ее хоть пальцем тронешь, я за себя не отвечаю!!! Все прощу, но порчу эксклюзивной модели, что существует в единственном экземпляре, точно нет!!! Да я ее вообще в первый раз сегодня взяла и еще даже попользоваться не успела!
— И тем не менее, раз ты упорствуешь, тебе придется с ней попрощаться.
У меня в руке возник огненный круг, что начал быстро вращаться, приближаясь к сумочке.
— Чтоб ты сдох, гад!!! Спрашивай… Я все расскажу, только ее не тронь, -обреченно всхлипнула она, глядя на меня глазами, полными слез. Но увы, меня этим не пронять.
— То, что вы франки, я понял, и с этим будет разбираться имперская безопасность. Мне интересно, кто вас прикрывает у нас. Не верю я, что никто ничего не знал. И да, дамочки, советую отвечать честно, пока я добрый и сам вас спрашиваю. Когда за вас возьмутся мои умельцы, вы сильно пожалеете, что не захотели говорить со мной.
Опять отвлекает стук в дверь — приоткрываю. Смотрю, за ней стоит дамочка в форме русских ВМС. Пропускаю ее внутрь.
— Ваше Высочество, капитан-командор корабля-перехватчика «Быстрый» Вероника Вертинская, — отдала она честь.
— Вольно, капитан, — быстро переодеваюсь в принесенную одежду. Гражданскую, конечно же, но сейчас это не принципиально. — Отцу сообщили?
— Так точно. В этот квадрат стягивается Черноморская эскадра, все входы и выходы на базу блокированы. Уйти никто не сможет. Пять лет тут служу, сотни раз мимо проходила и никогда бы не подумала, что тут чужая база находится.
— Никто не думал, а она есть. Итак, всех захватить, кто будет сопротивляться — уничтожить. Их тут порядка сотни человек, так что, думаю, справитесь. И да, найдите систему обрушения — как я понял, тут все можно одним махом взорвать, а нам бы этого не хотелось.
Так, дамочки, кто у вас тут главный? Судя по знакам различия на невинно почившей форме, ты, красотка? Объявляй на всю деревню, что вы сдаетесь, иначе сумочку порву и всем сделаю депиляцию в самых неожиданных местах.
— Какой позор! — в бессильной злобе рыдала она, подвешенная в воздухе, и остальные разделяли ее мнение.
— Не печалься, — снова звонко шлепаю я ее по заднице. Орех!!! — Вы достаточно попользовались нашим, теперь уж извиняйте — ананасы закончились. Есть тут у вас средство связи с базой? Вот эта круглая хрень? Отлично. Тогда я сам все скажу. Всегда мечтал выступить перед массами.
Нажав на кнопку и надеясь, что это все же не приказ о самоликвидации, я громким и уверенным голосом, который разнесся везде, сказал:
— Раз-раз, яйцетряс. Говорит наследник престола Российской империи Сергей Гордеев. База захвачена, сопротивление бесполезно. Всем добровольно сложившим оружие будут предоставлены кров, вода, еда и наша радость. Сопротивление бесполезно. Гитлер капут и все такое.
Потом я посмотрел на Вертинскую:
— Действуйте, капитан, а я тут сам разберусь.
— Есть, — отдала она честь и свалила.
— Так, теперь с вами. Я так и не услышал признания — кто у нас дятел? Кто стучит в чужое дерево? Кто продал Родину за заморские тугрики? Колитесь быстро, иначе устрою разврат прямо тут.
— Мы ничего не знаем. Это дело разведки, а мы обычные военные.
— Почему-то я вам не верю. Вот ты, красивая вся такая — как звать?
— Я Мария-Магдалена де Виньеро дю Плесси, маркиза де Комбале, герцогиня д’Эгийон! Поэтому относитесь ко мне со всем уважением, Ваше Высочество.
— Ох, как вас много, а меня так мало! И что-то я такое про Эгийон слышал. Была какая-то мутная история с вашим кардиналом…
— Это все ложь и происки завистников! — зашипела она. — И опустите меня уже на землю. Даю слово, что не сбегу!!!
— Остальные? — посмотрел на них.
— Даем слово, — эхом повторили они.
— Ну, тогда добро пожаловать в мой плен, — улыбнулся я, освобождая их.
Нет, конечно же, я не боялся. Выше воеводы тут никого не было, да и свобода их была мнимой — эфир контролировался жестко и малейшие его колебания приведут к смерти. Церемониться с ними, несмотря на их хорошенькие личики, я не собирался.
— А теперь ждем, когда все закончится, после чего проследуем в уютные каюты наших кораблей.
Дальше мы вели непринужденную беседу о моде, театре и немного о природе этого живописного места. Темы политики старательно избегали, что меня в принципе устраивало. Я свое дело сделал и, думаю, заслужил еще одну медальку.
Хлопнула пробка, и по бокалам полилось благородное вино, которым я спаивал дамочек, чтобы они сняли стресс. Мы ж аристократы и даже на войне должны вести себя подобающе. Пока крови между нами не было, мне их сложно было врагами воспринимать. Воришками — да, но не врагами. Хотя, я помнил про наемников, но они не проблема. Скоро отправятся на дно кормить рыб. Где они находятся, я уже выяснил.
Попутно я восстановил сожженные волосы герцогине, чему она была очень рада и даже хотела выразить эту радость лично, когда мы останемся наедине. Окинув еще раз взглядом ее аппетитную фигурку, я ответил, что все решаемо, и что я буду рад пообщаться с ней в приватной обстановке на предмет секретных сведений. Ну, в общем, мы поняли друг друга.
Опять прозвучал стук в дверь, который прервал наше культурное общение на том самом моменте, когда алкоголя оставалось все меньше, а вместе с этим и одежды на дамах. Меня уже вовсю соблазняли и интересовались на предмет приватного общения в неформальной обстановке. Но я себя держал в руках — нет, в одной руке — во второй была герцогиня, вполне вольготно устроившаяся на моих коленях и ерзающая по ним.
Быстро прикинув, что за дверью может стоять кто-то из моих родных и любимых с острым режущим предметом в руках, я стряхнул нахалку на стул и лично открыл. Но пронесло — за ней оказались незнакомые дамы и мужики, облаченные в мундиры морского спецназа.
— Забирайте, но отнеситесь к ним со всем уважением, — кивнул я на пленниц. — Разместить в отдельных каютах и охранять.
Спустя минуту в помещении стало пусто.
— Что с захватом?
— Еще идет. Найдены и обезврежены взрывные устройства. Хорошо, что среди служащих не было смертников, иначе тут бы все взлетело на воздух.
— Что сказал отец?
— Его Величество… изволит гневаться. Почему вы не отвечаете на вызовы с браслета?
Пару секунд я откровенно тупил, глядя на нее, мучительно соображая — а действительно, почему? Наверное, потому, что отправляясь на романтическую прогулку, я отключил его, чтоб не мешал. И благополучно забыл про него. До сих пор никак заново к нему не привыкну — в школе-то мы ими не пользовались.