Непокорная для тирана (СИ)

— И долго они были женаты? — возвращаюсь к теме насущной.
— Его отец пришёл к моему отцу свататься, когда мне исполнилось шестнадцать. Тогда я узнала, что Саид свободен и ищет невесту, — пожимает плечами Жасмин и опять опускает голову.
— И ты вправду хотела за него замуж? В шестнадцать лет? — скептически бровь выгибаю.
— С десяти лет хотела за него замуж, — выдаёт и краснеет. — Я любила его всю свою жизнь.
— В прошедшем времени? Больше не любишь?
— Люблю, наверное, просто… когда увидела вас в том коридоре. Я очень испугалась.
— Чего? Что он тебя так поцелует и душу высосет? Он может, — хихикаю, но одёргиваю себя, потому что девушка как-то замыкается, горбится и опять глаза в пол опускает. — Ладно, не кисни. Проехали, забыли. Всё прекрасно понимаю. Год жить под руководством монстро-мамаши без возможности вернуться домой — тот ещё квест. Теперь расслабишься, почувствуешь вкус свободы. Парня по возрасту найдёшь. Но учти, начнёшь портить жизнь Нике и показывать характер, я тебя самолично упакую в чемодан и верну домой.
— Я честно не буду! — мотает головой испуганный ребенок.
Остаток полёта проходит довольно легко. Жасмин охотно отвечает на вопросы. Сама с разговорами не лезет, будто боится. Да и меня это устраивает.
В аэропорту нас встречает Асланов. Смотрит на меня с какой-то издевательской ухмылкой. Ещё один муд… Ладно, о мужьях подруг плохо не думаем.
— Привет, Асланов, — вот даже улыбаюсь натянуто.
— Здорово, лягушка-путешественница, — хмыкает мужчина, кидая взгляд на спрятавшуюся за меня девушку. — Привет, Жасмин, помнишь меня?
— Д. да, — лепечет цветочек полевой, выглядывая. И уверена, опять краснеет.
— Поехали, девочки, времени в обрез, — Асланов отбирает мой кривобокий чемодан и безразмерную сумку девчонки и уходит вперёд.
По дороге к ним домой мужчина охотно рассказывает об их семейных новостях. Как оказалось, эта парочка вернулась пять дней назад. В тот самый день, когда я к Валиеву за помощью собралась! Закусываю губу, сетуя на сломанный телефон. Если бы я зашла в соцсети и просто прочла сообщение от подруги.
— Кри-ии-ис! — пищит Ника, стоит нам выйти из машины. Прыгает, словно не она родила пару месяцев назад. Бежит и виснет на шее. Сама безумно рада её видеть. Она мне как сестра и самый близкий человек. Даже ближе Кирилла.
Мы слегка застреваем возле подъезда. Кажется, даже плачем. Во всяком случае, Ника точно.
— Ты просто обязана рассказать мне всё! — с улыбкой пираньи и глазами маньяка заявляет подруга, вцепившись в предплечье.
— Ой, иди ты в пень! Лучше покажи моего крестника, — отмахиваюсь и планирую побег.
— Мы не будем его крестить. Проведем обрезание, — вставляет свои пять копеек папаша года.
— От этого он не перестанет быть моим крестником, — фыркаю и, склонившись над коляской со спящим младенцем, замираю.
Мне даже дышать становится тяжело от накативших воспоминаний. Я ведь похоронила своё прошлое. Я забыла о нём. Стала другим человеком. Свободным. Независимым. А сейчас, глядя на черноволосого мальчишку, я представляю, каким бы был мой ребенок. Ему было бы сейчас целых четыре года. Или ей…
— Крис, — Ника обнимает меня крепко-крепко. Будто тоже знает, о чём я думаю.
— Знаешь, что меня расстраивает, Ярова. — преувеличенно бодро сообщаю, вскинув голову.
— Что? — хмурится подруга.
— Он не похож на тебя! Что за несправедливость!
От моего ворчания подруга хихикает. Рукой машет. И, подняв малыша, передаёт мне.
— Знаешь, как говорят, Крис, — шепчет, укладывая подбородок на мое плечо. — Ребенок похож на отца — значит, мама очень любит папу.
— А если на мать похож?
— Значит, себя любит, — хихикает Ника.
— Странная теория. Проверим на следующих твоих детях.
— Бедовая, — окликает подругу муж.
Женщина оставляет меня со своим сыном и уходит знакомиться со своей временной помощницей. А я сажусь на лавочку у подъезда. Смотрю на карапуза, глажу по лобику и носику. Он морщится и сонные глазки поднимает на меня. Изучает с самым серьёзным взглядом.
  
— Ну ты точно будешь любимчиком всех девчонок, — хмыкаю.
— Пойдёмте в дом, Крис. Поболтаем, вина выпьем.
— Тебе нельзя вино, — напоминает еще один деспотичный тип.
— Мне нельзя, а Крис можно, — фыркает подруга. Хочет забрать у меня ребенка, но я его к себе теснее прижимаю, взглядом останавливая.
Хихикнув, Ника уходит вперёд вместе с Жасмин. Асланов коляску подхватывает и замыкает нашу процессию.
— У вас тут детский сад взорвался? — присвистываю, осматривая просторное, но заставленное детскими вещами помещение.
— Можно и так сказать,— усмехается подруга. — Мы ещё не успели тут всё прибрать, закрутились с делами.
— Понятно какими, — фыркаю, бросая взгляд на мужчину.
— Ты к нему слишком предвзята, — обиженно бурчит Ника.
Прикусываю язык, чтобы не обижать подругу. Потому что я не просто предвзята. Я Дамира прибить хочу монтировкой по макушке несколько раз. И Саида для профилактики тоже. За Нику!
Жасмин с Никой в процессе сервировки стола знакомятся. Ника очень коммуникабельная. Быстро находит общий язык с любым человеком. Асланов нас вовсе покидает, удаляется в кабинет. А я остаюсь в компании Марата. Перебираюсь с ним на диван и болтаю.
Малыш — отличный слушатель. Где надо — покрякивает, где надо — ножки свои в жёлтых носочках в рот суёт. Бровки хмурит и кулаками машет. А когда я ему про Саидовскую тиранию рассказываю, и вовсе выражает своё мнение, хорошенько так напрудив в памперс. Аж сам пугается того, что совершил, и ревет.
— Ника, тут кое-кто слишком сильно выразил своё мнение, — подхватываю младенца на вытянутых руках и несу матери.
Подруга хохочет и охотно принимается за свои обязанности. Попутно меня разглядывает, но загадочно молчит. И я молчу. Долго так.
— Ты же не хочешь, чтобы я выспрашивала всё у Жасмин, — давит Ника, училку включает.
— Можешь спросить, только она расскажет свою версию, а она неправдивая, — пожимаю почти равнодушно плечами.
— Ты меня знаешь, я ведь и молить начну, — выгибает бровь, подхватывая вновь притихшего малыша и прижимая к груди.
— Ничего нет, Ник. Саиду нужна была фальшивая невеста. Он попросил подыграть. Я согласилась. Вот и всё.
— Ты просто так согласилась полететь с тем, кого ещё месяц назад грозилась задавить, если вдруг он появится на твоём пути?
— Ладно, не просто так., — закатываю глаза и губы дую. — Кирилл подставился на своей работе. И его бандюганы пришли просить деньги с меня. И я пошла к Валиеву. Он сказал, что заплатит, а взамен я подыграю ему. Не осуждай.
— Не собиралась. Но почему ты не обратилась ко мне? Мы ведь почти сёстры! Я попрошу Дамира, и мы уладим вопрос с Саидом.
— Нет, Ник. Уже всё кончено. Наш договор завершился. Только цветочек полевой не знает, и лучше не говори ей. — киваю в сторону Жасмин, которая на кухне опять колдует. Совсем без дела не сидит. То же мне — идеальная!
  
Глава 24
 
Саид
 
Незаконченные дела деда занимают больше времени, чем я планировал провести в родном городе. Ещё и братья со своими проблемами просят помочь. Раньше все их заботы решал Камиль и старался оградить мелких от родительского бизнеса. Когда всё развалилось, им пришлось учиться самим искать решения.
Да и родня цветочка… тьфу, Жасмин. Выражаюсь, как одна взбалмошная куколка уже. Тоже недовольны поступком дочери. Хотя откупные мои приняли за милую душу. Старший брат недоволен, что отправил её в Петербург, не дав поговорить. Он бы сумел образумить. Не зря малышка боялась родственника, и Крис была права.
Как итог, почти на три недели застреваю, разгребаю эту кучу. Понимая, что не только отцовский бизнес утоплен, но и дед все свои финансы растратил, скрывал долги, продолжая жить на широкую ногу, ни в чём себе не отказывал. Любит моя семья пускать пыль в глаза.
Я бы послал всех к херам и бросил это гиблое дело, но ради наны остаюсь. Не хочу, чтобы кредиторы деда к ней лезли. Младшие не справятся, заняты своими семьями и удержанием на плаву остатков папиных мелких фирм. Хотя я бы на месте братьев продал все и полученные деньги вложил во что-то своё. Прислушаются ли они к моим словам — большой вопрос. В последние дни подумываю бабушку с собой забрать, но старушка отказывается уезжать.