Все Здесь Хорошие Люди (ЛП)

"Мы сожалеем о Януарии!" — закричало множество голосов маниакальным, отстраненным тоном, который не соответствовал настроению этих слов. Далеко не сожалея, они, казалось, ликовали. "Какой она была?" "Расскажите нам о ней!" "Что произошло две ночи назад?" "Как вы думаете, кто убил вашу дочь?"
Таунсенд провел их по ступенькам крыльца, завел внутрь и захлопнул за ними дверь. Мгновенно шум голосов во дворе стал приглушенным и слабым. Крисси выронила руку Джейса.
"Что это было, черт возьми?" прошипел Билли, указывая дрожащим пальцем на входную дверь.
"Билли", — огрызнулась Крисси, наклонив голову к Джейсу. Она наклонилась перед сыном, обхватила его запястья руками, а глаза ее были устремлены на воротник его рубашки, потому что она не могла смотреть ему в глаза. "Джейс, ты можешь пойти в свою комнату и немного поиграть?" На самом деле ее не волновал язык Билли; она просто хотела увести сына как можно дальше от детективов.
"Но…" сказал Джейс. "Что мне делать?"
"Почему бы тебе не порисовать своими цветными карандашами? Или поиграй с твоим Lite Brite. Что хочешь".
Лэкс прочистила горло. "Если вам нужно договориться с кем-то, чтобы он присмотрел за ним…"
"Нет", — сказала Крисси. Она не хотела, чтобы какой-то незнакомец нависал над ним и задавал вопросы. "С ним все будет в порядке. Он не против побыть один какое-то время".
Она повернулась к Джейсу, протягивая ему рюкзак с "Могучими рейнджерами", который она собрала накануне. Он взял его и послушно просунул свои маленькие ручки в лямки.
Когда он исчез в дверном проеме, Лэкс повернулась к Билли. "Мистер Джейкобс, — сказала она. "Я пыталась предупредить вас вчера вечером. Я боюсь, что это будет большая история. Когда мы вчера проводили пресс-конференцию…"
"Вы… что? Зачем вы устроили пресс-конференцию?"
Детективы обменялись взглядами, которые не пытались скрыть. "Ну", — медленно сказала Лэкс. "Это расследование убийства. Это стандартная практика".
Крисси потерла виски. Теперь она поняла, что они должны были ожидать этого, но они были так изолированы в полицейском участке и в отеле; телевизор весь день был настроен на Cartoon Network для Джейса. И даже если бы они были готовы, то то, что их заполонили все эти репортеры, было гораздо более нервным, чем она могла себе представить.
"Послушайте", — сказала Лэкс. "Мы понимаем. Прессы может быть многовато. Но если мы будем говорить об этом, мы сможем получить гораздо больше советов и информации от общественности. В конце концов, мы все просто хотим поймать плохого…"
Звук дверного звонка прервал ее.
Лэкс терпеливо улыбалась, сцепив руки за спиной. Когда ни Крисси, ни Билли не сделали ни шагу, чтобы ответить, она сказала: "Кто-нибудь из вас двоих хочет ответить?".
"О." Крисси кивнула головой. Она чувствовала себя ребенком рядом с детективами, нуждаясь в их разрешении на все. "Конечно".
В дверях стояла компания женщин, которых Крисси хорошо знала — мамы маленьких девочек из танцевального класса Яны. Все они учились в ее школе, но закончили ее на пять-десять лет раньше нее. Она называла их "птичками", потому что они всегда одевались в яркие цвета и важно порхали по студии, передавая сплетни, как сочные червячки. Стоя на крыльце, Птички смотрели на нее с жалостью на лицах, в каждой руке было по контейнеру Tupperware.
"О, Крисси", — сказала Птичка у входа. Трейси Миллер. "Нам очень жаль". Последнее слово застряло у Трейси в горле.
Крисси почувствовала, как внутри нее что-то ожесточилось — все эти женщины, их дочери, живые и здоровые, пришли, чтобы получить удовольствие от того, как благожелательно и печально Крисси рассказала им свою историю. Она с радостью убила бы любую из их дочерей прямо сейчас, чтобы вернуть свою еще на один день.
 
"Мы просто не можем в это поверить", — сказала Трейси. "Мы просто не можем. И, Боже мой, все эти камеры?" Она бросила взгляд на рой СМИ в конце дороги. "Абсолютно никакого уважения к тому, через что вы, ребята, проходите".
Птички покачали головами с коллективным кудахтаньем, а затем та, что была рядом с Трейси, Шэрон Мейер, заговорила. "Мы знаем, что ничего не можем сделать, чтобы облегчить вашу боль, но мы хотели принести вам немного еды. По крайней мере, на какое-то время это отвлечет вас от работы". Она протянула оранжевую миску Tupperware с несочетаемой красной крышкой. На ней была приклеена карточка с изображением креста и взлетающего голубя. Прописными буквами было написано "Блаженны скорбящие, ибо они утешатся".
Крисси представила, как она выбивает посуду из рук Шэрон Мейер, как она с грохотом падает на крыльцо, отрыгивая внутренности салата с макаронами. "Это очень мило. Спасибо."
Птички улыбнулись, кивнули, но не двинулись с места. Крисси с ужасом поняла, что они ждут, когда их впустят. Она широко распахнула дверь. "Я провожу вас на кухню".
Она чувствовала себя неохотным экскурсоводом, когда за ней маршировала шеренга Птичек, поворачивавших головы в сторону Билли и двух детективов. Билли неловко переводил взгляд с пола на женщин. Лэкс и Таунсенд наблюдали за всем этим, выглядя совершенно спокойными.
Как только Крисси повернула за угол на кухню, она остановилась. Детективы заверили ее, что их дом будет приведен в нормальный вид, но, похоже, нарисованные краской слова оказались слишком хлопотными. Они были наполовину затерты, так что белые стены стали грязно-розовыми. Она едва могла разобрать слово "сука" над кофеваркой. Она обернулась, чтобы не видеть женщин, но было уже поздно. Они смотрели на нее круглыми, как серебряные доллары, глазами.
Они быстро сдержали себя, сжав губы в изящные улыбки и сделав взгляд пустым и дружелюбным, но Крисси знала, что ущерб уже нанесен. Если город еще не знал о нарисованных краской посланиях, то скоро узнает — и эта горстка слов разделит ее и ее семью на всю оставшуюся жизнь.
Трейси возглавила инициативу по заполнению холодильника, которую она превратила в настоящий спектакль, с непомерной властью передвигая коробки с соком и пакеты с молоком, огрызаясь на Пегги Шумейкер, что они должны "класть сначала большие", когда Пегги пыталась положить свой пирог "Фрито" перед запеканкой с тунцом Рейчел Кауффман.
После того, что казалось целой жизнью, Крисси выпроводила их обратно на улицу с натянутой, накрашенной улыбкой. Когда они выходили, каждая Птица взяла ее руку в свою и пообещала молиться. Когда она наконец закрыла за ними дверь, она выдохнула, закрыла глаза и прислонилась головой к двери.
Когда она снова открыла глаза, то поняла, что осталась одна. Детективы и Билли исчезли. Из коридора она услышала голос Билли, который, должно быть, говорил по телефону, потому что только его она и слышала. Через мгновение после приглушенного разговора она услышала щелчок, когда трубку положили обратно в подставку, а затем шаги в коридоре.
"Куда делись детективы?" спросила Крисси, когда он появился в дверях.
"Они ушли. По крайней мере, пока. Сказали, что свяжутся завтра".
Она вздохнула. Прошло два дня скорби и допросов, а ей уже казалось, что прошла целая жизнь. Она чувствовала усталость в своих костях. " С кем ты говорил по телефону?"
Билли прочистил горло. "Телепродюсер. Из "Headline" с Сэнди Уоттерс".
"Рубрика с Сэнди Уоттерс?" Наряду с "20/20" и "60 минут", "Headline with Sandy Watters" была одним из самых больших расследовательских шоу на телевидении.
Он кивнул. "Они хотят, чтобы мы дали интервью".
"Господи…"
"Я думаю, мы должны это сделать".