Рей и Рита (СИ)

- Че хотел? - спрашиваю я, направляясь следом за ним на кухню.
- Извинится хотел, - просто выдает Тоха, садясь на стул. - Тупо тогда на балконе вышло.
- И давно ты запал на мою девушку? - глядя на него в упор, спрашиваю я.
- Давно. Сразу, как увидел, - признается он. - Слушай, Рей, я понимаю, что исправить уже ничего нельзя, но испортить все окончательно еще можно. И я бы не хотел этого делать.
- Предлагаешь мне просто закрыть глаза на то, что ты пытался поцеловать мою Риту? - издевательским тоном уточняю я.
- Предлагаю не заострять на этом внимание. У нас ведь общий бизнес как никак.
Сажусь на подоконник, открываю окно и медленно закуриваю сигарету. Втягиваю дым в легкие, а затем тонкой струйкой выпускаю его наружу, в ночную прохладу.
- Ты не будешь общаться с ней, не будешь смотреть на нее, даже дышать в ее сторону не будешь, - наконец говорю я, поворачиваясь к Пеплу.
- Как скажешь, - безэмоционально соглашается он.
- И никаких тусовок вместе, только работа. Как я сказал, мы больше не друзья.
- Смоешь в унитаз тринадцать лет дружбы из-за бабы? - с легкой горечью в голосе усмехается Тоха.
Делаю очередную затяжку и, отбросив сигарету в пепельницу, негромко, но отчетливо произношу:
- Во-первых, она не баба. А, во-вторых, тринадцать лет дружбы в унитаз смыл ты, когда пытался подкатить к девушке своего друга.
Пепел болезненно кривится и отводит взгляд в сторону. Я вижу, что ему стыдно, но жалости не чувствую. Я готов убить каждого, кто посягнет на мою Риту, даже если это человек, с которым мы вместе выдирали молочные зубы.
Рита
С утра пораньше я прихожу к Денису, чтобы вместе подготовиться к зачету по бухучету, но он очень долго не открывает мне дверь. Я стучу и нажимаю кнопку звонка, параллельно набирая его по телефону, минут пятнадцать, не меньше.  Когда дверь наконец распахивается, на пороге, привалившись к косяку, показывается Рейман - бледный, сонный, подавленный.
- Ты здоров? - обеспокоенно интересуюсь я, вглядываясь в его помятое лицо.
- Да, просто с колесами вчера переборщил, - прочистив горло, отзывается он.
- С чем переборщил?
- С колесами, - шатаясь, он бредет к себе в спальню. - Ну и с алкоголем.
- Опять наркотики, - хмурюсь я. - Сколько можно гробить свой организм?
- Да я молодой, че мне будет? - усмехается Денис, но вид, откровенно говоря, у него болезненный. Будто вот-вот вырвет.
- Я знаю, что уже говорила это... Но повторю снова, - вздыхаю я. - Может, пора завязывать, а? У нас зачет завтра, а ты...
- Да плевать я хотел на этот зачет, - огрызается он, накрываясь одеялом с головой. - Будь другом, Веснушка, шторы задерни, а то я сейчас ослепну.
Я подхожу к окну и натягиваю занавески, лишая солнечных лучей возможности озарять комнату. На душе паршиво, хоть вой. Это далеко не первый раз, когда Денис наедается какой-то дряни в виде таблеток, а потом валяется в кровати весь день, не в силах даже умыться.
Помимо плохого самочувствия у него путается речь, слезятся глаза, а еще случаются в провалы в памяти. Тогда он напрочь не помнит даже ключевых моментов прошедшего вечера. Обычно это происходит, если Денис запивает наркотики крепким алкоголем.
Лично я после того раза с травой на вечеринке у Пеплова приняла решение, что дальше шагать по этой скользкой дорожке не хочу. Я попробовала, узнала, что это такое, и поняла, что пребывать в трезвом уме мне нравится гораздо больше.
А вот Денис, к сожалению, моего мнения не разделяет. Он относится к здоровью, да и к жизни в целом с долей пренебрежения и черным юмором. "Рано или поздно все равно помрем. А помирать здоровым - обидно," - обычно отвечает он на мои заявления о вреде наркотиков.
- И что за повод был вчера? - кисло интересуюсь я, подбирая с пола его вещи.
- Пепел приходил поговорить, - доносится голос Дениса из-под одеяла.
Я замираю посреди комнаты с его джинсами в руках.
- И как поговорили?
- Неплохо. Он обещал держаться от тебя подальше. И от меня тоже.
 
- Это вовсе не обязательно, - говорю я, садясь на край кровати. - Лично я не держу на него зла.
- Зато я держу! - Денис рывком скидывает с себя одеяло, а затем болезненно морщится. - Блядь, так голова трещит. Попить принеси, пожалуйста.
С тяжелым вздохом плетусь на кухню, размышляя о его словах. Антон с Денисом ведь лучшие друзья, и быть причиной их ссоры мне совсем не хочется. Тем более Пеплов, в отличие от вечно веселого и шального Бобра, кажется мне более основательным и надежным.
Наливаю в стакан воды, выжимаю в нее лимон и несу Денису. Парень с благодарной улыбкой принимает из моих рук напиток и жадно пьет. Осушив стакан, он опять откидывается на подушку и жестом манит меня к себе.
Залезаю к нему под крылышко, вдыхая сладковатый аромат его одеколона, и тихо говорю:
- Денис, не рви отношения с Антоном. Та ситуация того не стоит.
- А че ты его выгораживаешь, Рит? - напрягается он. - Или тебе нравится быть объектом обожания сразу нескольких парней, а?
- Какого еще обожания? - смеюсь я. - Антон был пьян и просто поддался порыву.
- Много ты знаешь, - ворчит Денис, зарываясь носом в мои волосы. - Меня от одной мысли, что кто-то думает о тебе в этом смысле, колбасит.
- Ты собственник, - констатирую я очевидный факт.
- Ну да, я по жизни не люблю делиться, - усмехается он.
- А по поводу наркотиков ты все-таки задумайся, пожалуйста, - вновь возвращаюсь к тревожащей меня теме.
- Ты так говоришь, как будто я герычем ширяюсь, - возражает Денис. - Это просто легкие наркотики... Так, чисто расслабился.
- По-моему, от них ты больше напрягаешься, чем расслабляешься. Вон, как плохо тебе сегодня...
- Так, отставить морализаторство, - перебивает он. - Я уже большой мальчик, Рит. Сам как-нибудь разберусь, окей?
Я замолкаю, решив не давить на него слишком сильно, но напряженная тишина все же повисает между нами. И пока я думаю, как бы по-умному отвернуть Дениса от всех этих "способов расслабления", он засыпает. Крепким, но тревожным сном.
  
50
 
Рита
Аккуратно, стараясь не разбудить Дениса, я выбираюсь из его объятий, выхожу из спальни и плотно прикрываю за собой дверь. Подхватив сумку с конспектами, я направляюсь в зал, где обкладываюсь учебниками и активно принимаюсь за подготовку к завтрашнему зачету.
Спустя часа полтора, когда я отчаянно стараюсь запомнить основные бухгалтерские проводки, раздается звонок в дверь. Настойчивый, долгий и, я бы даже сказала, требовательный.
В легком замешательстве иду к Денису в спальню, но он спит крепко, словно младенец, напрочь не слыша протяжной трели, вновь и вновь прорезающей воздух. Поразмыслив пару секунд, на цыпочках пробираюсь в коридор, заглядываю в глазок и вижу пожилую женщину в косынке с обеспокоенным лицом. Недолго думая, распахиваю дверь и встречаю ее вопросительным взглядом:
- Здравствуйте.
- Дочка, я не пойму, вы топите меня, что ли?! У меня ведь ремонт свежий! И двух лет не прошло, как зять все собственными руками сделал! Я на обои и люстры несколько лет, между прочим, пенсию откладывала...
- Подождите, - прерываю поток ее бессвязных причитаний. - Что случилось? С чего вы взяли, что топим?
- Так это... С люстры у меня капает, кап-кап... Я сначала внимания не обратила, думала, показалось. Ан нет! Не показалось! Люстра мигать сегодня стала, и водица с нее действительно сочится!
- С люстры капает? - растерянно повторяю я, не вполне понимая, как такое возможно, а затем догадываюсь. - У вас потолок натяжной, да?
- Да, - согласно кивает старушка. - Натяжной. Глянцевый такой, красивый.
- Можно я к вам зайду, посмотрю? - спрашиваю я, обуваясь.
- Можно-то можно, только толк какой?  - вздыхает она. - Чего мы с тобой две женщины-то поймем? Брата или отца у тебя дома нет?