Рей и Рита (СИ)

Слушаю его язвительные реплики, крепко сжав кулаки и отчаянно призывая себя к здравому смыслу.
- Бабки будут, - тихо, но твердо говорю я, стремясь завершить этот неприятный диалог.
- Ну вот и славненько, - довольно улыбается он. - Вот и договорились.
Саныч вновь тянет мне раскрытую ладонь, но я предпочитаю сделать вид, что не заметил его прощального жеста. Резко срываюсь с места и иду к бару, на ходу поджигая сигарету и делая глубокую затяжку.
Вот сукин сын! Присосался ко мне как пиявка! И все ему мало, все мало! Так бы и дал ему в жирную рожу, но связан по рукам и ногам незримыми путами бесконечных обязательств и договоренностей.
Заказываю стакан виски и махом опустошаю его, прошу у бармена второй и с ним медленно возвращаюсь к своему лежаку, вокруг которого трется народ.
  
5
 
Рита
Ка-ра-ул! Я все-таки примеряю старый купальник в надежде на то, что в моих воспоминаниях он ужасней, чем на самом деле. И знаете что? Ничего подобного!
Когда я облачаюсь в это тугое чудо из лайкры, то совершенно точно понимаю две вещи. Во-первых, за последнее время я подросла. Купальник слитный, и чтобы натянуть его лямки на плечи мне приходится не хило так ссутулиться, а вот как распрямиться обратно - вопрос. Во-вторых, вряд ли подмигивающий фламинго, изображенный на нем, будет органично смотреться на вечеринке. Если уж Белкина футболку с диснеевской Рапунцель забраковала, то у розовой птички точно нет шансов.
Я разочарованно стягиваю дурацкий купальник и со злостью зашвыриваю его обратно в глубину шкафа. Будто это он виноват, что у меня нет возможности купить нормальные шмотки. Все свои накопления от работы официанткой я потратила на новый телефон, а просить денег у бабушки совестно. У нее и так из-за нашего переезда сплошные расходы, а первую зарплату на хлебозаводе дадут только через месяц.
Решений я вижу два: либо идти на вечеринку без купальника, либо вообще никуда не идти. Второй вариант кажется наиболее разумным, но глупое желание узнать, что такое настоящая городская тусовка, да еще и на пляже, пересиливает.
Под вечер я надеваю легкое летнее платье, которое по праву могу считать лучшим в моем гардеробе. Голубое, выше колена, с юбкой-полусолнцем - оно мне очень нравится, и я довольно кручусь перед зеркалом. Непослушные и чересчур распушившиеся после помывки волосы распускаю и закалываю невидимками, чтобы не лезли в глаза.
- Ты это куда на ночь глядя намылилась, царевна? - раздается голос бабушки, заходящей в комнату.
- Я же тебе говорила, с одногруппницей прогуляемся. Ну, с той, с которой сегодня познакомились.
Я по привычке накидываю джинсовку, но потом вспоминаю, что переехала на юг, и снова вешаю ее в шкаф.
- Чего-то ты шибко нарядилась, - ворчит она. Но миролюбиво, по-доброму.
- Люблю тебя, ба, - звонко чмокую ее в щеку и иду в коридор. - Меня не теряй, я на связи.
Сложив в сумку мобильник, ключи и влажные салфетки, начинаю обуваться и боковым зрением замечаю, как бабушка сует в нее несколько сложенных купюр.
- Не надо, у меня есть деньги, - восклицаю я. - С обоев сдачу я же себе забрала.
- Ничего, пусть будут, - настаивает она. - Лишнего не потратишь.
Я благодарно улыбаюсь, подхватываю сумку и вылетаю из квартиры навстречу приключениям.
Когда такси, поездка на котором обходится мне как месячный проезд на автобусе в родном поселке, привозит меня по нужному адресу, я обалдеваю от такого большого скопления людей в одном месте. Узкая набережная, за которой виднеется широкая песчаная насыпь, горит разноцветными огнями, а до ушей доносится громкая электронная музыка.
Броско одетая молодежь стоит у входа в освещенное фиолетовым неоном здание, держа в руках вейпы и периодически заливаясь визгливым хохотом. Девушки одеты в топы, едва прикрывающие их грудь, а штаны у парней сидят так низко, что того и гляди упадут. В их одежде преобладают кислотные цвета, и во всей этой кричаще-эпатажной атмосфере я чувствую себя не в своей тарелке.
 
Набираю номер Белкиной и долго слушаю протяжные гудки, прежде чем в трубке раздается "ало". Я сумбурно объясняю новой знакомой, где нахожусь, и она обещает встретить меня.
Когда Ксюша в компании подружек подходит ко мне со спины, я вздрагиваю от неожиданности.
- Бу! - Белкина звонко смеется и гладит меня по волосам. - Не боись, это всего лишь я.
Я смущенно улыбаюсь, оглядывая ее спутниц. Высокие, ярко накрашенные, красивые. Да и сама Ксюша существенно преобразилась с момента нашей встречи: выпрямила волосы, подчеркнула губы красной помадой и облачилась в куда более обтягивающее платье.
- Девочки, познакомьтесь, это Рита, моя новая одногруппница, - говорит Белкина. - Рита, а это Катюха и Светик, подружайки мои.
Катя, блондинка с волнистыми волосами, приветливо кивает мне, а Света, девушка в невообразимо коротких шортах, по-свойски берет по руку. Так, будто мы с ней сто лет знакомы.
Вчетвером мы идем ко входу в фиолетовое здание, и я чувствую, как сосет под ложечкой. Лысые парни, стоящие в дверях, совсем не выглядят дружелюбными, и надежды на то, что я попаду сегодня в клуб, с каждым шагом становится все меньше.
Я уже близка к потере сознания и с силой впиваюсь в Светину руку, когда фейсконтрольщик скользит по нам равнодушным взглядом и, не сказав ни слова, пропускает внутрь.
Мы оказываемся в темном холле, где людей не меньше чем снаружи, и Ксюша уверенной походкой пробирается сквозь толпу, ведя нас за собой. Звучные биты бьют по перепонкам,  а огромные глянцевые дискошары на потолке сияют, словно гигантские новогодние игрушки. В воздухе витают незнакомые сладковатые запахи, и у меня начинает кружиться голова.
Наконец мы выходим на открытую веранду, и передо мной открывается потрясающий вид. Широкий песчаный пляж и море, в котором серебряной дорожкой отражается лунный свет. На секунду я замираю, пытаясь поверить, что это не кадр из какого-то фильма, а реальность, а затем вслед за девочками спускаюсь с веранды.
Ноги тут же утопают в теплом песке, и дышится здесь гораздо свободнее. Людей вокруг по-прежнему много, но ощущение тесноты и давки отступает. Рядом с верандой стоит диджейская будка - источник музыки, а чуть поодаль бар, у которого уже выстроилась очередь.
Я скидываю босоножки, и медленно бреду за Белкиной, озираясь по сторонам. Все, происходящее вокруг, мне в новинку, и в крови бурлит неуемный интерес. Кто-то танцует, кто-то пьет коктейли, расположившись на лежаках, ну а кто-то (вот это да!) купается в море, которое в ночи кажется непроглядно темным и от этого еще более таинственным.
- Что будешь пить? - спрашивает Ксюша, когда мы приближаемся к бару.
- А ты? - хитрю я.
- Мохито.
Я бросаю взгляд на пластиковую табличку с ценами коктейлей, и цифры, которые я вижу, меня совсем не радуют. По сравнению с ними моя дорогущая поездка на такси была просто мелочью.
- Эм... Я буду колу, - выдаю я.
Она хоть и стоит втридорога, но ничего более дешевого в меню нет.
- Что так слабенько? Давай повысим градус? - подмигивает Света.
- Я не пью, - качаю головой.
- Вообще? - выпучивает глаза Катя.
- Ага.
- Ой, какая правильная девочка, - смеется Ксюша, но колу мне все же заказывает.
Сжимая в руках красную алюминиевую банку, я смотрю на танцующих людей, которых становится все больше, и слегка подергиваю плечами в такт музыке.
- Ты чего какая зажатая? Расслабься! - укоризненно замечает Света и, обнимая подружек, говорит. - А пойдемте танцевать?
- Сейчас, коктейль допью, - кидает Ксюша, неотрывно глядя куда-то вдаль. - Бабоньки, ну-ка посмотрите, кто вон за тем столиком? Уж не Димка ли Алтуфьев?
Мы как по команде перехватываем направление ее взгляда. Девочки ищут глазами этого Димку, а я просто рассматриваю шумную компанию за большим столом, установленным прямо на песке.
- Он, засранец, - шипит Светка, хватая Белкину за локоть. - Подойдешь?