Сердцу не прикажешь (СИ)

- То, что у тебя никогда не будет. – самодовольно изрекаю я, любуясь задымлением в его глазах.
Да-а! Непередаваемо кайфово затягивать на его шее петлю. Попался, щенок! Показал свой истинный страх, выдал себя этой непростительной слабостью! Слишком поздно бояться, я всё равно убью.
Я годами ждал, когда вылезет его слабоволие, хоть в чём-то. По иронии судьбы моя женщина станет его погибелью.
  
Весьма неосмотрительно прийти вынюхивать про сестру.
Я ж тебя на костре поджарю, падла.
Запечатлеваю этот момент в памяти, в мыслях широко улыбаюсь. Вкус расплаты разливается по венам горючим, перетекает в грудь, лижет душу языками пламени, когда-нибудь этот огонь потухнет и я освобожусь от чёртовой мести, но пока я хочу прожить каждый момент, ничего не пропустить.
- Ты, смотрю, возвращаешься в строй! – обводит меня придирчивым взглядом, дёргает рукой. – Значит, бою быть?
- Я не отказывался.
Так и есть. Я выйду на ринг. Победа бескровной не бывает, меня это не страшит.
- Поблажек не будет, Богдан! – прикрывается глупым смехом, а сам прыгает взглядом по окнам второго этажа.
- С моей стороны тоже.
Какой же наивный придурок. Неужели правда думает, что сможет проникнуть в мой дом? Что так просто доберётся до неё?
Кое-как сфокусировавшись на моём лице, нервно проводит языком по зубам:
- Может, заключим пари? А, Богдан?
- Не интересует. – крайне настойчиво твержу я.
- Выиграю я – Янка уезжает со мной, если ты – оставишь себе! А? Как тебе?
Ярость шаровой молнией разрывает моё спокойствие на куски. Раскидывает на эмоции. Жёстко плющит.
Каков долбоящер! На родную кровь играет!
Делаю порывистый шаг, но умело себя стопорю. Меня не взять на понт. Я боец, а не драчун. Поэтому всегда побеждаю.
- Моя женщина останется со мной. – нахожу в себе силы говорить предельно вежливо.
- Красиво! – гортанно вздыхает и брызжет слюной. – Жаль, что мне похуй!
- Если так, потом не удивляйся.
- Соглашайся, Липатов! Будет повод постараться!
- Моя. Женщина. Останется. Со. Мной.
- Легко ты не хочешь, да? – кривится, словно ему член отсекли. – А вот скажи мне, Богдан! Тебе нормально трахать мою сестру? Дохлый Арсен не перешибает удовольствие?
Рука дрожит дать сигнал на поражение. Один взмах и моя забетонированная дорога окрасится в алый цвет. Кишки Кузнеца потом неделю будут отмывать.
А я буду сожалеть, что поддался. Так неинтересно. Не смогу ощутить себя в выигрыше, это не достойное наказание.
- Я женюсь на твоей сестре и она родит мне ребёнка. – ледяным тоном распиливаю улыбку гниды пополам.
Его лицо на мгновение превращается в кору дерева, кожа покрывается глубокими морщинами, вокруг глаз образуются уродливые заломы, а зубы издают противный скрежет.
В противовес ему обретаю несокрушимую уверенность. Легко сказал, свободно. То, что пора и положено. Сошлись две сильнейших опоры - обдуманное решение и бешеное желание. Такое со мной редко бывает, но непременно улучшает качество жизни до самого пика. Впервые с недавних пор ощущаю полноценность, душевная чаша снова наполняется до краёв, происходит перерасчёт сил, в теле вновь бушует энергия.
С изумлением смотрю на то, как противоположно мне иссыхает Кузнец. Мой подъём скидывает его в пропасть. Моё укрепление его разрушает. Моё счастье его убивает. Моя любимая жена навсегда лишит его сестры.
И это, сука, самое лучшее, что может быть! Вот и расплата, тварь! Вот оно! То, что похуже крови. Что глубже всех ран вместе взятых. Самая сладкая месть, что можно придумать. Жизнь за жизнь. Моя утрата против его. Хоть и долго, но я дождался бумеранга. Теперь настала моя очередь жить, а не существовать.
- Если доживёшь! – отмирает и грязно сплёвывает мне под ноги.
- Встретимся через неделю, Павел. – хмыкаю я и демонстративно отворачиваюсь. Ворота за моей спиной закрываются и это выводит говнюка из себя:
- Скоро Арсену привет передашь! Бойся, мудила!!
  
Глава 21
 
ЯСЯ.
Этой ночью не спится. Жду, когда из тренажёрки соизволит вернуться Богдан. Никогда не видела, чтобы человек так быстро поправлялся. Либо он умело глушит боль, либо он и правда её не чувствует. В доме запустился режим ускорения. Во всём. Хоть Липатов и постоянно на связи с Макаром, видно, что он предпочёл бы сам заниматься делами фирмы. И всё же не рвётся, доверяет Каримову. Всё последнее время тратит на себя. Нанял себе персонального тренера, регулирующего нагрузку. Теперь днями и ночами пропадают на тренажёрах, делают восстановительные упражнения. Потом уколы с убойной дозой лекарств, которые нигде не достать и Богдану привезли на заказ из Европы. Оттуда же регенерирующие мази, какие-то аппараты, бьющие током, даже паровые видела, специальная диета, витаминные коктейли... И ведь это всё помогает. Полежал и хватит. Не из тех, кто может себе позволить ничего не делать. Мой мужчина решителен как никогда, настроен уже в эти дни выйти в свет и доказать каждому, что устойчив к повреждениям, свергнет любые горы.
Ожесточён. Расчётлив. Если в прошлый раз перед его боем атмосфера была накалена невнятной агрессией, неуправляемым напряжением, то сейчас у меня скапливается ощущение, что Богдан действует исключительно по продуманному плану, холодному, выверенному, внутреннему стремлению. Нету у меня неровного ритма сердца, в этот раз я смотрю на своего бугая и понимаю, что хоть и спешно, но ведёт он себя весьма сосредоточенно. Все эти выжатки энергии не просто так. Он собирает себе новую броню, по кускам, но с изменениями, ещё сильнее старой, добывает необходимую мощь. Странно то, что это ничуть не ворошит моё трусливое сознание. Липатов мастерски удерживает меня в одной точке, не давая расшатываться, внушает свою ответственность за каждый поступок. Миновала паника. Наверное, потому что он рядом. А может, потому, что больше ничем не прикрывается, а заявляет прямо – у него будет бой, от которого зависит будущее. А после того, как на моих глазах Богдан с пробитой грудью раскидывал охранников в больнице, чтобы пробраться ко мне, то нынешнее положение внушает больше уверенности. Сейчас он вновь кажется непобедимым. Фантастика, да и только.
- Опять не спишь? – режет тишину запыхавшийся голос.
Вернулся блудный дядька.
- За тебя волнуюсь. – цепляю на лицо осуждающее выражение, а сама с восхищением прохожусь взглядом по его подрагивающим грудным мышцам. Как бы это дико не звучало, но в напряжении его тело выглядит более здоровым и гармоничным, чем в расслабленном состоянии. Без движения чувствуется застой, хочется размять, чтобы кровь приливала, обдать кожу жаром, насытить ярким оттенком.
- Напрасно. Я в норме. – заранее отрезает, красноречиво давая понять, что никаких поучающих лекций терпеть не будет. - Сделай массаж как вчера. – просьба с нажимом, с брутальным придыханием.
С грохотом плюхнувшись на постель, мужчина поворачивает голову и выжидательно прищуривается своим тёмным внимательным взглядом.
- Не спи. Мне нужны твои волшебные руки, Яся.
Тихо посмеиваясь, забираюсь на его большую подтянутую задницу и невесомо пробегаюсь кончиками ногтей по широкой влажной спине. Пялюсь на то, как высыхают капельки пота.
- Ммм… - хрипло мычит уставший медведь.
Прикладываю ладони к горячей коже, слегка сдавливаю, растираю, обвожу тату. Как же смешно выглядят мои маленькие ручки на фоне его твёрдых бугристых мышц. Наклоняюсь и оставляю несколько мягких поцелуев между лопаток, прямо на раскрытой пасти медведя. Это всегда безотказно срабатывает. Мужчина силится сохранить неподвижность, но его руки всё равно пробираются к моим ногам, выгибаются, стискивают голени, пуская россыпь мурашек. Дыхание учащается, сердце вот-вот забарабанит. Естественная реакция на прикосновения Богдана. Сглатываю тягучий ком. Даю все двести, что у него уже опустилась пелена на глаза, включились зверские инстинкты, сейчас накинется… завершит голодовку, отымеет меня так, что не смогу шевелиться. Я физически не готова оказаться под этим шкафом в три часа ночи. Утром пожалуйста, а сейчас мне хочется тепла и ласки. Успокоить его, пригреть.