Оракул с Уолл-стрит 9 (СИ)

— Дэвид, — сказал я, обернувшись к нему, — я думаю, пришло время показать европейцам, на что способны американцы. Но для этого нужно объединить усилия всех независимых производителей.
— Вы предлагаете создать картель против картеля?
— Не картель — альянс. Американский нефтяной альянс для защиты национальных интересов. — Я подошел к столу и взял перо. — У кого из крупных независимых компаний есть аналогичные проблемы?
  
Роквуд задумался, перебирая в памяти своих коллег по отрасли.
— «Texaco» жалуется на проблемы с получением концессий в Мексике, ведь мексиканское правительство отдает предпочтение «Royal Dutch Shell». «Gulf Oil» столкнулась с саботажем на своих месторождениях в Кувейте. «Phillips Petroleum» не может получить кредиты на расширение европейской сети АЗС.
— А более мелкие компании?
— «Sinclair Oil» потеряла контракт на поставки в Аргентину, его перехватила французская «Total». «Union Oil» столкнулась с патентными исками от немецких компаний. «Marathon Oil» не может получить разрешения на строительство нефтепровода через канадскую границу.
Я записал названия компаний на листе бумаги, мысленно подсчитывая их совокупные ресурсы.
— Если объединить эти компании, — сказал я, — мы получим капитал около ста миллионов долларов, контроль над значительной частью американской добычи и переработки, плюс политическое влияние в Вашингтоне.
— Достаточно, чтобы противостоять европейцам?
— Больше чем достаточно. — Я отложил перо. — Особенно если использовать правильную стратегию.
Роквуд внимательно посмотрел на меня.
— Какую стратегию вы имеете в виду?
— Трехэтапную. — Я подошел к карте мира. — Первый этап — финансовая война. Мы атакуем европейские нефтяные компании на их собственных биржах, обрушивая котировки и заставляя их отвлекать ресурсы на защиту.
— Это потребует огромных средств.
— У меня есть двадцать пять миллионов долларов, готовых к инвестированию. Плюс связи с людьми, которые могут организовать спекулятивные атаки на любую европейскую биржу.
Роквуд поднял брови, такие суммы внушали уважение даже нефтяным магнатам.
— Второй этап — технологическое превосходство. — Я указал на карту США. — Создаем исследовательский центр в Хьюстоне, привлекаем лучших инженеров и химиков, разрабатываем технологии следующего поколения.
— А если европейцы переманят наших специалистов?
— Не смогут. — Я улыбнулся. — Потому что мы предложим им не только деньги, но и возможность работать над проектами, которые опередят время на десятилетия.
Это рискованное заявление, но я знал, какие технологические прорывы ждут нефтяную промышленность в ближайшие годы. Уже начал потихоньку скармливать их Роквуду.
— Третий этап — геополитическое маневрирование. — Я обвел карту США красным карандашом. — Заключаем долгосрочные контракты с американским правительством на поставку стратегических запасов топлива.
— Но зачем правительству стратегические запасы в мирное время?
— Потому что мирное время заканчивается. — Я посмотрел на него серьезно. — Дэвид, через несколько лет в Европе начнется большая война. И тогда американская нефть станет важнее всех европейских интриг.
Роквуд молча изучал карту, обдумывая мои слова. Наконец он поднял голову.
— Хорошо, Уильям. Я готов попробовать. Но это означает тотальную войну с самыми могущественными компаниями мира.
— Война уже идет, Дэвид. — Я протянул ему руку. — Вопрос только в том, будем ли мы в ней побеждать или проигрывать.
Он пожал мою руку крепким рукопожатием нефтяника, привыкшего к рискованным сделкам.
— Тогда начинаем завтра. У меня есть телефоны всех руководителей независимых компаний. К концу недели мы узнаем, кто готов сражаться за американскую нефтяную независимость.
К десяти вечера мы перебрались в домашнюю библиотеку Роквуда, просторную комнату на втором этаже его особняка. Дом построен в стиле английского поместья.
Красный кирпич, высокие окна, покрытые плющом стены. Внутри царила атмосфера солидности и достатка, накопленного несколькими поколениями нефтяных магнатов.
Библиотека поражала своим богатством. От пола до потолка тянулись полки с кожаными томами, преимущественно по геологии, экономике и истории американской промышленности.
Здесь были первые издания работ Адама Смита, полное собрание отчетов Геологической службы США, редкие карты нефтяных месторождений начала века. В центре комнаты стоял массивный стол из красного дерева, а у камина располагались два глубоких кожаных кресла.
Огонь в камине весело потрескивал, отбрасывая танцующие тени на стены, уставленные картинами. Пейзажи нефтяных месторождений Техаса и Оклахомы, портреты пионеров американской нефтедобычи, схемы первых буровых установок.
Это святилище человека, посвятившего жизнь черному золоту.
Роквуд разлил по хрустальным стаканам шотландский виски. «Macallan» двадцатипятилетней выдержки, который в обычное время стоил бы целое состояние. Но сейчас не время для экономии. Мы планировали войну.
— Уильям, — начал он, устраиваясь в кресле напротив меня, — после нашего разговора днем я связался с коллегами. Картина еще хуже, чем я думал.
Он достал из стола толстую папку с телеграммами и записями телефонных разговоров.
— Харольд Фоллетт из «Texaco» сообщил, что на прошлой неделе мексиканское правительство внезапно пересмотрело условия их концессий. Новые налоги, ужесточенные экологические требования, обязательные отчисления в «фонд развития национальной нефтяной промышленности».
— А кто получил преференции?
— «Royal Dutch Shell» и французская «Total». — Роквуд отпил виски и поморщился, но не от вкуса, а от горечи ситуации. — Официально — потому что они «демонстрируют большую заботу об интересах мексиканского народа». Неофициально — потому что заплатили нужным людям нужные суммы.
Он перелистнул несколько страниц записей.
— Я уже говорил, что Эверетт Ли из «Gulf Oil» столкнулся с аналогичными проблемами в Кувейте. Британские колониальные власти вдруг обнаружили «нарушения в договоре концессии» и потребовали пересмотра условий. Штрафы, новые обязательства, ограничения на экспорт.
— А европейские компании?
— Получили расширенные права и льготы. — Роквуд встал и подошел к камину, глядя на огонь. — Дэвид, это не просто конкуренция. Это тщательно организованная кампания по вытеснению американских компаний с международных рынков.
Я изучил записи, отмечая повторяющиеся закономерности. Везде одна и та же схема. Административное давление на американцев, преференции для европейцев, использование политических рычагов для экономических целей.
— А что говорят в «Phillips Petroleum»?
— Фрэнк Филлипс сообщил интересную деталь. — Роквуд вернулся к креслу. — На прошлой неделе к нему приходил некий мистер Вагнер, представлявшийся консультантом по международным вопросам. Предлагал «помощь в разрешении возникших трудностей» в обмен на «координацию бизнес-стратегии с европейскими партнерами».
Упоминание про Вагнера меня не удивило. Тот же человек, который пытался вербовать меня для Альянса. Очевидно, европейцы проводили широкую кампанию по «мирному» подчинению американских нефтяных компаний.
— Филлипс отказался?
— Послал его куда подальше. — Роквуд усмехнулся. — Но на следующий день у него начались проблемы с банковскими кредитами, а еще через день произошла «случайная» поломка главного нефтепровода в Канзасе.
Я встал и подошел к книжным полкам, где среди геологических атласов стояли тома по военной стратегии. «Искусство войны» Сунь-цзы, «О войне» Клаузевица, мемуары генералов Гражданской войны. Роквуд явно изучал не только нефтяную геологию, но и принципы стратегического планирования.
  
— Дэвид, — сказал я, обернувшись к нему, — пришло время переходить от обороны к наступлению. У меня есть план, но он потребует координации всех независимых компаний и значительных финансовых вложений.
— Слушаю.