Три сердца

Мы почти добрались до выхода с ипподрома, когда судья объявил о присуждении титула Первого наездника семи королевств Таегану Сумати. Его лошадь Вигго победила в скачках.
Я покосилась на Сареля. В данный момент он должен был подниматься на трибуну, чтобы, как прошлый чемпион, наградить нового.
Сарель обернулся и посмотрел на меня.
– Мое время всего на две секунды дольше. Догадываешься, почему я проиграл?
Говорил он весело, да и вообще казалось, что арест не доставил ему особых неудобств.
– Я не просила тебя о помощи. Наоборот, требовала, чтобы ты оставил меня в покое. Лили бы вернулась, и я…
– Когда я добрался до финиша, Лили была уже там, – усмехнулся Сарель.
– Я бы сама справилась!
– Я старался не ради тебя. Кентий сказал тебе про карточный долг? Поверь, он был больши-и-им…
Рассмеявшись, Сарель пошел вперед, подталкиваемый гвардейцами. Я ворчала ему вслед, пока он не застыл на месте, и я чуть не врезалась в его спину.
– Я нашел выход, леди Александра. Вам не придется делить карету с преступником, – гордо объявил гвардеец, показывая на открытую повозку с внушительного вида цепями, приготовленную для Сареля. Ее привязали к тюремной карете, в которой предлагалось ехать мне.
Фредерик обернулся, и в этот раз на его лице не было ни капли веселья.
– Ты стоила мне кубка и титула Первого наездника… – процедил он.
– Ты стоил мне участия в следующих скачках… – перебила я.
– Из-за тебя я не получу денежный приз победителя, очень большой приз…
– Зато дядя простил тебе долг, очень большой долг…
– А теперь из-за тебя я поеду через два королевства в открытой повозке в цепях?
– В Виалии отличная погода – солнышко, приятный ветерок…
Фредерик Сарель взревел от негодования.
– Я не собираюсь ехать в повозке! Это оскорбительно! – заявил он гвардейцу. Тот фыркнул и грубо толкнул его вперед.
– Раньше надо было думать! – рассмеялся кто-то.
Вокруг собралась толпа, с любопытством глядя на свергнутого кумира. Фредерик бросил на меня злой взгляд. В происходящем он винил только меня. Я же ничуть не расстроилась от того, что поеду в тюремной карете. Главное – как можно скорее добраться к королю.
Фредерика затолкали в повозку и приковали цепями. Он не сопротивлялся и не следил за действиями гвардейцев. Смотрел он только на меня, и этот взгляд был недобрым. Многообещающим в самом плохом смысле этого слова.
– Вам очень подходит тюремная карета, леди Александра, – елейным голосом произнес он.
– А вам – повозка, герцог Сарель.
Фредерика перекосило, то ли от моего сарказма, то ли от упоминания наследного титула, которого он лишился несколько лет назад. Однако его эмоции меня не интересовали.
– Прошу вас, поехали! – обратилась я к гвардейцу, и тот свистнул остальным.
– Подождите! – запротестовал Фредерик. – Я должен дождаться распорядителя, чтобы договориться о моей лошади.
– Кто-нибудь хочет заполучить хорошую, резвую лошадку? – рассмеялся один из гвардейцев.
Фредерик яростно протестовал, тряс цепями, но лошади тронулись с места, потянув карету и повозку за собой.
Я осталась равнодушной к проблемам Фредерика Сареля, но Берканта – это совсем другое дело.
– Остановитесь! – велела я, распахнув дверцу кареты. – Я забыла отдать распоряжение по поводу… моих нарядов. И… и драгоценностей.
Гвардейцы обменялись насмешливыми взглядами, но карету остановили. С трудом выбравшись наружу, я захромала в направлении дяди, и тот поспешил навстречу. Убедившись, что нас не подслушивают, я попросила:
– Пожалуйста, позаботься о Берканте, лошади Фредерика. Возьми ее к себе и заботься, как и о Лили. Бедняжка не виновата, что ее хозяин такой… разбойник.
– Александра, я не собираюсь связываться с Фредериком. Мы не друзья. Ты не понимаешь…
– Прошу тебя, Кентий, сделай это для меня.
– Я не могу забрать из конюшни чужую лошадь.
Критически глянув на дядю, я фыркнула:
– Сможешь, если подделаешь доверенность, как ты подделал письмо из банка после скандала с продажей нелегальных ассигнаций, или когда ты…
  
– Понял! – вздохнул Кентий и закатил глаза. – Знаешь что, Александра? Я дал тебе плохой совет. Что бы ни случилось, даже если ты будешь в опасности, не обращайся за помощью к Фредерику. Оставайся рядом с гвардейцами и полагайся только на них. Поняла меня, детка? Под панцирем из иронии у тебя бьется слишком нежное и чувствительное сердце, и я не хочу, чтобы Фредерик его растоптал.
– Кентий, я обещаю, что не случится ничего плохого. Король сообщит о размере выкупа, мы соберем деньги и вернем отца домой. А насчет Фредерика не волнуйся – ему нечего мне предложить. Я не обращусь к нему за помощью ни при каких условиях.
Ковыляя обратно к карете, я ощущала на себе воистину убийственный взгляд Фредерика Сареля. Мужчины, который больше не представлял для меня никакого интереса.
***
К глубокой ночи мы добрались до границы Виалии.
– Леди Александра, лошади устали, да и нам хорошо бы отдохнуть, – сказал гвардеец.
– Только недолго, прошу вас. Тронемся в путь засветло.
– Хотел бы я знать, куда ты так спешишь, – буркнул Фредерик, не знавший о причине моего срочного возвращения в Виалию. После многочасовой тряски в повозке он выглядел измученным и злым. Однако откровенничать с ним я не собиралась.
– Завтра начинаются распродажи. Представляешь, там будут новые меха, наряды, драгоценности… столько всего накуплю! – изобразила восторженную улыбку.
– Распродажи? – презрительно повторил Фредерик.
– Критическое время в жизни каждой женщины.
– Пустоголовая, избалованная девица! – Фредерик сказал это достаточно громко, чтобы я услышала, но не слишком, чтобы не привлекать внимания остальных.
– Вор и грубиян! – ответила в тон ему.
Мы прибыли в столицу на следующий день. Передав меня под охрану королевской стражи, гвардейцы повезли Фредерика в тюрьму.
– Ты была достойной соперницей, – сказал он на прощание. Других женщин рядом не было, так что эти слова безусловно предназначались мне.
– А ты – нет, – пробурчала я, не оборачиваясь. Когда через два года я выиграю титул Первой наездницы, он подавится своими насмешками.
 
Глава 3. Тюрьма – лучшее алиби
 
Его Величество Элиас VI мерял шагами кабинет. Непослушная копна волос отсвечивала медью с проседью, среди прядей затерялся ободок короны. Глубоко посаженные глаза горели подозрительным огнем. Король Виалии походил на огромного рыжего кота, но считать его покладистым и домашним было бы огромной ошибкой.
– Почему ты не победила в весенних скачках? – потребовал.
Я и понятия не имела, что о моем участии известно самому королю, хотя неспроста гвардейцы приехали за мной прямо на ипподром.
– Я плохо подготовила лошадь, и она сбросила меня, испугавшись магии.
Элиас зашипел сквозь стиснутые зубы.
– Выгораживаешь Сареля?! Я знаю, что он выкинул тебя через аварийку.
– Это случилось после травмы, я бы все равно не выиграла. – Вмешивать короля в наши разборки с Сарелем казалось нечестным.
– Если бы он тебя не выкинул, тебе бы разрешили участвовать в следующем году. Сарель – бесстыжий негодяй, он украл Бунтарское сердце. Раньше он воровал всякие побрякушки, а теперь умыкнул королевский рубин! Алоиса сняла его после бала и положила в сейф. Самый надежный сейф семи королевств! Пока она принимала ванну, Сарель взломал сейф и оставил в нем розу и визитную карточку. Знаешь, что этот негодяй на ней написал?
– «С легким паром, Ваше Величество!» – сказала я одними губами, но Элиас заметил.
– Откуда ты знаешь? – всполошился. – Гвардейцы сказали?
– Нет, Ваше Величество, я просто догадалась.
Подозрительный взгляд короля давил на меня, но я держалась молодцом. Не позволила себе ни толику улыбки, хотя хотелось смеяться в голос. Не поймите меня превратно, я не одобряю поступок Сареля, но есть в этом негоднике некое преступное очарование… о котором лучше не задумываться.