Калгари 88. Том 10 (СИ)

Проблемы начались сразу же, с дорожным кейсом. Для поездки в лагерь у Люськи был большой старинный дорожный чемодан. Да-да, не удобный импортный кейс на колёсиках, не большой станковый рюкзак, не большая удобная спортивная сумка, которую можно закинуть на плечо на широком ремне, а именно большой фанерный прямоугольный чемодан, обитый кожей, с большой чёрной гетинаксовой ручкой и двумя блестящими замками сверху. Арина посмотрела на раритетную вещь и подумала, что ей по виду лет 40, не меньше. Внутри чемодан был оклеен пёстрой бумагой, а на внутренней стороне крышки жирно написано ручкой «Хмельницкая Дарья».
  
— Это чё за сундук папы Карлы? — с неудовольствием спросила Арина.
— Этот чумудан ещё в 1965 году сделали! Я с ним в институт ездила, и ты всегда с этим чемоданом ездила, — гордо заявила мама, вытащившая чемодан из кладовки и протеревшая его тряпкой от пыли.
— Блин, да он же неудобный и весит, наверное, килограмм 20, — простонала Арина, глядя на эту вещь, которой место в антикварной лавке.
— Люся, не говори глупости, — строго сказала мама. — Пустой он весит килограмма три, не больше, с вещами, может быть, и столько, сколько ты только что сказала. Однако, дорогая, ты спортсменка. Я думаю, что тебе не составит никакого труда поднять его и пронести несколько метров от дома до такси, а от такси до автобуса. Зато в чемодане все вещи будут целые, не помятые, как в твоей спортивной сумке. Хватит ныть. Давай, собирай всё, что нужно.
А нужно было много чего. Самое главное, что положила мама в чемодан, это чёрную юбку, тщательно выглаженную белую блузку с комсомольским значком, белые гольфы.
— Зачем это? — мрачно спросила Арина, глядя на эту лабуду.
— Милая, несмотря на то, что ты комсомолка, ты будешь участвовать в торжественных линейках при поднятии флага лагерной пионерской дружины, — напомнила мама. — Не в обычной же майке ты будешь стоять на площади.
Арина пожала плечами, предполагая очередную отборную порцию официоза. Вот уж она не думала, что в спортивном лагере будет всё это…
Кроме парадной одежды, мама положила купальник, тренировочный костюм, три футболки, двое шорт, несколько лифчиков и трусов, короткую ночнушку для спанья. А ещё тюбик зубной пасты и зубную щётку в пластиковом футляре. Потом подумала, добавила крем от комаров ДЭТУ, и детский крем для кожи.
— Остальное добавим в течение оставшегося времени, — сказала Дарья Леонидовна. — Сейчас мне в голову ничего не приходит.
Арина постоянно додумывала на ходу, что ей с собой везти. А везти нужно было много чего… Во-первых, она не знала, что это за лагерь, какая там инфраструктура, удобства и что ей может понадобиться для проживания в нём. Не будешь же у мамы спрашивать, что надо. Однако Дарья Леонидовна, привыкшая держать дочь под полным контролем, приняла самое деятельное участие в сборах, за что в этот раз Арина была ей сильно благодарна.
Вот и добавляли в течение целых двух дней. Арина от себя взяла большой блокнот, ручку, карандаш для того, чтобы писать впечатления и вообще вести нечто подобное мини-дневника. Потом, подумав, положила пару аудиокассет, каких не жалко. Вдруг там будет магнитофон, на котором можно послушать это. Потом, подумав, добавила небольшой набор парфюма и косметики: туалетную воду, помаду, тени и лак для ногтей. Вдруг пригодится для чего-нибудь… Ах, да… Мыло в пластиковой мыльнице и мочалка в чехле.
Сначала хотела взять с собой кассетный плеер «Сони Валкман», который ей подарили на чемпионате мира, но тут же подумала, что таскаться с ним неохота, да и за 21 день батарейки сядут, а новые навряд ли купить, да и кто знает, получится ли вообще пользоваться им? Поэтому решила оставить дома, ограничившись кассетами.
Остро встал вопрос с обувью. Арина поняла, что, как ни крути, придётся тащить ещё и небольшую спортивную сумку, так как требовались чёрные туфли-балетки для построения и линеек, кроссовки для занятия спортом и кеды для повседневной носки. Ещё желательно было бы захватить сланцы, но она не нашла такого предмета даже в магазине. А ведь это была необходимая вещь. Не будешь же в душ или в баню ходить босиком. Пришлось идти в магазин и покупать самые дешёвые босоножки из кожзама на низкой подошве. Обувь заняла практически всю спортивную сумку. Однако, несмотря ни на что, к первому июня все вещи были готовы.
…Смена начиналась 1 июня, который оказался воскресным днём. Отправление в лагерь проводилось в 10 утра от площади перед заводоуправлением Уралвагонзавода.
— Люся, вставай, завтракать пора, — мама рано разбудила Арину, которая за май месяц успела порядочно расслабиться и не только нагулять жирок, но и сбить весь свой идеальный график жизни, что для профессионального спортсмена являлось делом совсем недопустимым. А ведь она профессионалка, привыкшая всю жизнь вставать в 6:00!
Арина спросонья посмотрела на луч солнца, бьющий в лицо, и ощутила, что начинается новый этап в её жизни. Это вызывало, с одной стороны, большой интерес, с другой стороны, большое беспокойство. Только что она неплохо освоилась в СССР, и вот перед ней открылась новая глава этой реальности.
Арина позавтракала традиционной яичницей с колбасой и почувствовала себя вполне сносно. Можно было погружаться в мир Совёнка.
Несмотря на начало лета, которое на Урале и в Сибири может быть достаточно холодным, в этот день было тепло, поэтому Арина надела футболку, шорты и кеды. Заплела волосы в две косички, свисающие с головы по бокам, и надела на голову белую летнюю панамку. Облик получился типично пионерский, лагерный и на сто процентов советский.
— Вот видишь, на человека стала похожа, — рассмеялась Дарья Леонидовна. — А то я всё время тебя видела то в спортивном костюме, то в спортивной куртке. Не мешало бы, конечно, и сейчас куртку взять, ночи наверняка там холодные. Впрочем, если будет холодно, скажешь, я привезу. Приеду к тебе в следующую субботу.
Всё готово, осталось вызвать такси, и ехать к заводоуправлению.
У заводоуправления стоял красно-белый «Икарус» с жёлтой табличкой на лобовом стекле «Дети» и ещё одной табличкой с надписью «Совёнок». Это был тот же самый заводской транспорт, что когда-то возил делегацию из Екатинска в Свердловск на чемпионат области, поэтому был Арине хорошо знаком. Водитель, сидевший за рулём, увидев её, приветственно помахал рукой через ветровое стекло.
У автобуса уже начали скапливаться дети с родителями. Аньку привезли отец с матерью на белой «шестёрке». Арина вдруг с небольшой завистью поняла, что у будущей маман в семье есть личная машина! И они живут круче её! Впрочем, остальные подростки и дети вместе с родителями приезжали попросту на автобусах и трамваях. К удивлению Арины, в лагерь не поехала Соколовская, которой наверняка путёвку дали бы с большим удовольствием. Похоже, Марина с родителями опять поедет отдыхать либо на юга, либо в Болгарию или Югославию.
Арина, таща в руке тяжёлый чемодан, а через плечо сумку, подошла к общей толпе, поставила чемодан на землю и осмотрелась. Были тут и свои, знакомые. Во-первых, Авдеева с Муравьёвой и Барышниковой, во-вторых, Анька, Стас, а в-третьих, Виктория Дайнеко, которая, как Арина помнила, хотела работать тренером в лагере. Девушка оделась так же, как Арина: белая майка, чёрные шорты, кеды, только на голове белая импортная бейсболка с надписью DDR. Остальных подростков она не знала, но заметила, что девчонок и пацанов было примерно поровну.
Анька в незнакомой компании поджала хвост, присмирела и вела себя вполне прилично: стояла и стреляла глазами по сторонам, внимательно наблюдая за происходящим вокруг, но Арина была уверена, что это только поначалу. Маман даже притоптывала ногой от нетерпения, желая побыстрее смотаться из-под родительского контроля.
  
Увидев Арину, она лишь помахала рукой, хотя девчонки из группы, радостно улыбнулись и закричали:
— Ура! Люська с нами поедет!
— Ну да, поеду, — улыбнулась Арина. — Я тоже очень рада вас видеть. Надеюсь, наши тренировки будут плодотворными.