Выпускник. Журналист (СИ)

— Тархан и его компания, они достают Николая.
— Зачем?
— Не знаю, ты сам спроси у товарища.
— Понял.
Лидия уходит прочь, и я даже не успеваю крикнуть ей слова благодарности.
Прямиком направляюсь в комнату, где застаю следующую картину — Коля с огромным синяком в половину лица, с заплывшим глазом сидит за домашкой, корпит на тетрадью с ручкой, правда я сомневаюсь в том, что он видит, хотя бы пару строк и может разобрать свою писанину.
Серега и Миша ужинают. Завидев меня, приглашают присоединиться. Что я и делаю.
— Где его так знатно отделали?
— В рейде. В парке Тархан и его ребята к девушке приставали, он их пьяненьких пока упаковывал, Тархан его отделал.
— Понятно.
Оборачиваюсь, вцепляюсь взглядом в Колю, делающего вид, что меня не существует.
— Коль, ты сам на него полез с кулаками или он на тебя?
— Какая разница? — буркает товарищ, не поднимая глаз.
— На меня злишься?
— Если бы ты не плевал на товарища, а помогал учиться боксировать, я бы его одолел. А так опозорился на глазах у всех.
— Не гони, их в милицию забрали. Ты справился, — добавляет Сергей.
— Это не меняет того, что я слабак.
— Твою мать! — срываюсь с места. — У вас абсолютно разные весовые категории! Ты не Рокки, чтобы с наскоку победить его.
— Будешь со мной заниматься? — смотрит исподлобья.
— Как раз хотел вас обрадовать — я ушел из «Правды», не мое это.
Коля подрывается с места.
— Ты теперь с нами, друг?
— Не совсем… меня берут в ТАСС, вместе с моей командой.
— Внештатником?
Киваю.
— Что за команда? — Миша отрывает глаза от тарелки.
— Лёня — фотограф, Валя — боевая подруга и я.
— Боевая подруга значит, так это теперь называется?..
Парни громко и непотребно смеются.
— Да, идите, вы, — отвечаю незлобливо, беру полотенце, гигиенические принадлежности, направляюсь в душ. Нужно смыть с себя всё то, что осело на моей броне за последние месяцы.
* * *
Жизнь идет по накатанной –учеба –тренировки по боксу- встречи с девчонками — снова зубрежка.
До начала работы в ТАСС еще целый месяц, пока у них есть свои внештатники, но вскоре они переходят на другие места — кто в штат, кто — то увольняется в связи с переездом в другой город.
Остается только ждать.
Мистер из ОБХСС встречи со мной не ищет, и я рад этому. Не очень-то и хотелось быть нужным для его системы.
Развлечением служат девчонки и Коля, который по-прежнему висит у меня на шее и требует, чтобы я сделал из него себя.
Свою голову к чужой шее не приставишь, и кулаки не одолжишь.
Как-то в коридоре меня вылавливает Лидия, и я просто слушаю ее треп, делаю одолжение. Как оказывается, не зря.
— Они провоцируют нас.
— Кто?
— Тархан и его ребята.
— Чего он хочет? Коля разе не вернул ему должок?
— Он хочет бой с тобой устроить.
— Ну, пускай официально в секции заявит.
— Он хочет один на один, в парке они собираются по вечерам.
— Такое ощущение, что после выхода фильма Рокки все сошли с ума, все ищут возможности стать победителями, приложившись к чьей-то роже.
— Что ты предлагаешь? — чешу затылок.
— Выходи сегодня в рейс вместо Коли.
— Серьезно?
Кивает и вздыхает тяжело.
— Они только тебя боятся, Макар. Нам от них совсем житья не стало, а милиция не может всю шпану нашего района пересажать.
— Ладно, — соглашаюсь, сцепив зубы.
Возвращаюсь в комнату, думаю о том, почему так мало пожил в тишине и покое? Такое ощущение складывается, что проблемы сами ко мне липнут. С чего бы это?
— Коля, я сегодня вместо тебя пойду вечером с дружинниками.
— С чего это?
— Лида просила.
— То есть я слабак?
— Никто этого не говорил, — успокаиваю его.
— Ладно.
Вечером, как и договорились, одеваюсь, спускаюсь вниз, где меня уже ждет Лидия. Улыбается самодовольно, что затащила всё-таки в свою авантюру. Я же нахлобучиваю шапку на лоб и смотрю на нее зло. Пускай не расслабляется.
Чуть позже к нам присоединяются парни с третьего и пятого курсов. Шагать становится веселее. Первый час дежурства проходит вполне себе нормально, без происшествий, если не считать помощи бабуле с сумками, ручного толкача запорожцу и парочку пьяных, которые сбежали, едва увидели нас.
  
Тархан появился из ниоткуда и сразу поманил меня пальцем, за его спиной стояла целая банда из парней от шестнадцати до двадцати и даже старше.
— Граждане, расходимся, митинги не устраиваем, — заголосила Лида, но я помотал головой, и она замолчала.
Я сделал два шага вперед, и Тархан поступил также.
— Чего надо?
— Личный разговор.
— Личное в секции решай, к тренеру обращайся, ко мне не лезь.
— А мне именно ты нужен. Чемпион района.
— Хочешь ударить, подраться на улице и загреметь в милицию? Чтобы на работу пришла жалоба. Оно тебе надо? Премии лишат.
— А я на себя работаю! — заявляет гордо. — Так что мне плевать, что они мне премию не заплатят, на одном окладе продержусь.
— Впрошлый раз ты на срок какой наработал на спекуляции?
— Это был прошлый раз, в этот — всё иначе, — переходит на шепот, — хочешь я тебе кое-что покажу?
— А не шел бы ты!
— Держи, — Тархан протягивает мне в руки бумажку, приходи завтра один. — Посмотришь, как деньги зарабатывают парни.
— Так ты мне работу предлагаешь? — наконец доходит до меня. И я громко усмехаюсь.
— Очень даже приличную, — делает еще шаг ко мне, шепчет — до тысячи рублей в месяц.
Ни черта себе!
Мне бы послать Тархана к черту, но я измучился без денег, поэтому не посылаю, а бумажку прячу подальше.
— Расходимся, — командую, и Тархан уходит, парни следуют за ним по пятам.
На следующий день ровно к восьми вечера иду по адресу — жилой дом, пятиэтажка, подвал, у дверей у входа в подвал дежурит парень.
— Ты кто? — останавливает меня.
— Макар по приглашению Тархана.
— Проходи.
Я вхожу в темноту, спускаюсь по лестнице, и оказываюсь в душном помещении с низким потолком и трубами. Здесь тепло и многолюдно, прохожу дальше — парни спарингуются в боксе, а еще дальше — бьют по грушам.
Секция бокса?
— Где Тархан?
— Я здесь, — он выходит из маленькой темной комнатушки, приглашает меня за собой.
— Какого черта я здесь делаю?
— Я приглашаю тебя в свое дело?
— Очень интересно, в качестве кого?
— Тренера по боксу?
— При чем здесь ты и бокс?
Идея возникла, ребята хотят ставками на бокс зарабатывать, у моего брата есть подходящее для ринга помещение, куда можно приглашать зрителей.
— И-и?
— Нужно мясо готовить!
— Мясо?
— Ну да, тех кого будут лупить, и тех, кто будет лупить. Дело скользкое, не могу к кому попало обратиться, а тут ты напомнил о себе. Я и подумал, ты у нас любишь деньги, и боксировать. Работы в газете лишился. Почему бы тебе не попробовать себя в качестве тренера.
— Издеваешься? Это незаконно. К тому же я никого никогда не учил.
— Неправда. Колю научил…
И тут до меня доходит, зачем они до Коляна докапывались всё это время, чтобы я вынужденно натаскивал его.
— Где гарантия, что парни, которых буду учить, не захотят выйти на улицу, чтобы выбивать из людей деньги, угрожая пальцы переломать и ребра пересчитать? Парни твои такие же беспринципные, как ты!
— Макар, завязывай со своим чистоплюйством. Ты хоть знаешь, что Коля сломал ребра не тому чуваку, и сдал его в милицию, теперь твой парень должен нам.
— Коля должен — пускай отдает.
Разворачиваюсь, иду на выход. В спину прилетает — ну да, какой ты боксер, так себе боксеришко.
Разворачиваюсь, смотрю набычено на оппонента.
Рожа Тархана раздражает безумно — он считает, что держит район, и всех, кто в нем живет.
— Давай так, вызываю тебя на бой. Если одержу победу, то ты от Коли отлипаешь, если нет — он вернет вам деньги. Тренировать твоих головорезов не буду!