Выпускник. Журналист (СИ)

Кроме того момента, что бой веду не я.
Снова рефери делает замечание, на этот раз мне.
— Низко наклоняешь голову.
Тархан набирает очки в ближнем бою, но получает встречный удар от меня. Сильный, точный.
Рефери объявляет:
— Нокдаун.
Раунд заканчивается, Тархан не может продолжать бой.
Третий раунд — топчемся на месте. Неожиданно Тархан открывается, и мой железный кулак летит ему под дых. Он едва дышит, продолжать не может, убегает в угол, пытается отдышаться.
Набычившись, жду.
— Удар был ниже пояса.
Судья останавливает бой.
Какого черта? Ниже пояса — это на уровне ремня на боксерских трусах. Но это неправда. Я не метился ему в пах, только под ребра. Я не Тархан, это он если встретит в ночном переулке, то спокойно зарядит в пах, в ноги.
Жду. Напряжение нарастает.
Вода течет ручьями с лица, по подбородку сбегает на грудь.
Судьи принимают решение.
Рефери поднимает мою руку за перчатку.
— Побеждает Макар Сомов. Ввиду невозможности продолжения боя Артуром Тархановым.
Явное преимущество у меня. Но почему-то к радости примешивается ложка дегтя.
Плевать. Потом подумаю, чего ему от меня надо.
Тренер вытирает мое лицо от пота, и я снова выбегаю на ринг, высоко поднимаю руки. Радостно улыбаюсь.
Девчонки визжат, ребята свистят.
Только я не расслабляюсь, потому что знаю, Тархан этого так не оставит.
Но ничего, я буду ждать его появления в моей жизни.
— Твою победу надо отпраздновать! — орет Колян спустя два часа.
— Ну так, не только мою, — буркаю я.
— У тебя первое место в полутяжелом весе, а у меня второе в полусреднем. Так что, ты- победитель! Тебе решать.
Мы стоим толпой на улице, обмозговываем, как лучше провести этот день.
Я, Миша, Коля, Сергей. С нами увязались девчонки — Маша с подругой Дашей.
Мимо продефелировала Лидия со своей подругой.
— Что это с Лидкой? — спросил кто-то из парней. — Чего этой она пришла на бокс? Упала с койки, голову ушибла.
— Выслеживает, — шипит Маша.
— Кого? –спрашиваю недовольно, прекрасно понимая, что речь идет обо мне.
— Ясное дело кого — тебя!
— Зачем? Я дал ей ясно понять, что не намерен соответствовать всем ее требованиям.
— Змея. Обиду затаила, — в разговор вступает Даша. Симпатичная однокурсница. В черной цигейковой шубке, с белыми рукавичками, в белой вязаной шапчонке. Москвичка.
— Что за обиду?
— Так я всё про то собрание, когда мы ей бойкот объявили, и она осталась одна делать свою чертову стенгазету к Новому году, она же обиделась на нас.
— Я если честно, была уверена в том, что она пожалуется куда-нибудь выше.
— Ну, кто же захочет стукачом прослыть?
— Если бы узнали, что мы с ней не разговариваем, то обвинили бы тебя Сомов, как зачинщика травли. И точно отправили бы домой, выгнав из Университета.
— Сом теперь боксер, никто его не тронет, он же может стать лицом университета.
— А время Сом где найдет? — спрашиваю такого чересчур умного Сергея.
— Ах да, забыл. Ты же у нас деловая колбаса. У тебя работа, девушки.
— Девушки? — Маша и Даша внимательно вглядываются в меня.
— Давайте уже выдвигаться вперед, у меня ноги замерзли, — процедил я, не собираясь объясняться ни перед парнями, ни перед девчонками, которые как сороки на хвосте унесут новость, и разболтают ее по всей общаге.
Дескать у Сома появилась девушка.
А это не так.
Я запутался в этих самых девушках. Вроде они мне и не были нужны, но, когда я приехал в столицу, они меня окружили со всех сторон.
Бесконечные Лиды, Маши, Оли, Даши… Вали, Клавы, Ники.
Настроение падает, и я говорю:
— Возвращаемся в общежитие.
Парни в обиде.
— Как так, а отметить победу?
— В институте отметим. У меня еще банка красной икры осталась и две банки черной. Так что хлеб найдем и чем запить, — подмигиваю Мише. Он у нас самый проворный на этот счет.
Спустя час уже сидим в дружном кругу — всё те же девчонки. Только еще две добавились.
— Как ты его в нокаут отправил, — верещит Маша.
— В планах нокаута не было, я думал, Тархан намного сильнее и мощнее. Харизматичный такой ходил. Важный. Да, Маш?
  
Девушка кивает и ее реснички порхают игриво.
— Жаль, что бокс у букмекеров не в чести сейчас, вот бы они наварились! — подмечаю я, разомлев.
— Чего? — Колян пытается понять, что я говорю. Как мне объяснить ему, что я из будущего, где бокс является самым популярным видом спорта для букмекерских ставок. Что все, кто понимают специфику бокса, могут делать успешный беттинг. Никак.
Поэтому меняю тему разговора.
— Я раньше думала, что боксеры — это большие обезьяны, — лепечет глупышка с темными кудряшками, кокетливым взглядом и пышной грудью, едва умещающейся в белой блузе.
Ну да, такой мозги не нужны, она красивая и сексуальная. Приехала с юга СССР, откуда-то из Краснодара.
Карие глаза девчонки смотрят на меня с восхищением.
— Ага, боксеры — кабаны с огромными ручищами и выглядят как танк Т-34, — ржет Коля, который в отличие от меня весит шестьдесят девять килограмм, и назвать его гориллой никак не выйдет. Не тянет по габаритам явно.
— Правда, я думала, что это такие парни с суровой внешностью, агрессивные.
— А мы кто? Задохлики? На которых без слез не взглянешь — хохочет Коля.
— Добрый мальчик с глазами девственника.
— Эй ты, — Коля становится пунцовым. Ему явно стыдно перед девчонками обсуждать свою личную постельную жизнь, которой явно нет. Он же все время проводит здесь в общежитии.
— Во! — смеюсь я. — Теперь взгляд гориллы. Кажется, ты сейчас плюнешь и разотрешь противника на ринге. Прессанешь его как следует.
— Прессанешь? Странно ты сегодня разговариваешь.
— Да, действительно странно, — понимаю, что после боя я до сих пор нахожусь в боевом настроении, и отпустил меня ментально. Несу всё, что созревает в мозгу. Не контролирую. Может, всё-таки словил удар по голове.
Нет, не то. Я словил азарт, и не желаю его отпускать.
Успокаиваемся, занимаем свои места.
— Макар, когда ты занялся боксом? — интересуется все та же нимфа с кудряшками и аппетитной грудью.
— Дай посчитаю, мне восемнадцать, на дворе 1976 год.
— Чего гадать? В тринадцать лет, — выдает за меня Колян. — Раньше тебя бы не взяли в секцию.
— Так я не в секции начинал, а во дворе с пацанами. Лет десять мне было. Помню, кто-то из старших парней принес книгу Булычева «Бокс».
— Это желтенькая такая?
— Да. И еще синенькая была «Современный бокс» Огуренкова. Вот по ним и занимались. А потом, когда в секцию пришел, сразу умудрился выиграть первенство секции. Мне тогда сам Борис Терешин сборник подарил «На ринге».
Фото осталось в домашнем архиве. Я на той карточке смешной — худой длинный нескладный. В белой майке, черных шортах, коротко стриженный.
— Посмотреть бы твои фото, — тихо подмечает Маша.
Мазнув по девушке взглядом, продолжаю.
— Потом один из парней из двора решил завязать с боксом, что-то другое нашел. Ну он предложил мне за «недорого» купить стопку старых методичек про бокс. Покупка оказалась выгодной. Я там нашел фотографии зарубежных боксеров-чемпионов, программу соревнований по боксу территориальной спартакиады. Вот по ней я и занимался. Позже, тренер всё подправил.
— Теперь я знаю, что подарить тебе на день рождения, — радостно восклицает Маша.
— Что?
— Справочник по боксу!
— У меня уже есть, — показываю на стопку книг у себя на тумбе. Там и синенькая книженция’Бокс' справочник, и коричневая «Всё об олимпийских играм», с атлетами, бегущими на обложке.
Дома я вырезал фотографии боксеров отовсюду — из книг, из журналов и газет. Из библиотечных книг подрезал. Уж простят меня библиотекари. Не со зла делал.
— А у меня есть книга Михайлова «120 встреч на ринге» — тут же похвалился Коля.
— Вот бы и занимался по ней, — тут же отметила Маша. — Чего она у тебя пылится, наверное, даже закладок в ней нет.