Нелюдимый (СИ)

У Кости дёргается кадык, когда его взгляд касается моей груди.
— Хочу тебя, пиздец… — вымученно сипит Костя и неожиданно резко поднимается на ноги.
Он сразу отворачивается к окну, а я совсем перестаю контролировать свои эмоции. Тело лихорадит и обдает жаром, уши заложило, а по щекам почему то катятся слезы.
Григорьев подходит к окну и вцепляется руками в подоконник. В комнате сразу же воцаряется гнетущая тишина, которая прерывается только нашим порывистым дыханием.
— Я сегодня лягу внизу, Кира. Так тебе будет спокойнее. Да и мне…
Костя оборачивается и в тысячный раз охватывает моё тело жадным взглядом.
— Спи, — еле слышно бормочет мужчина и пулей проносится мимо меня.
Когда он спускается вниз, я сворачиваюсь в позу эмбриона и насильно заставляю себя дышать. Вдох-выдох. Вдох-выдох.
Жар внизу живота спускается ещё ниже и я ловлю себя на мысли, что совсем не хочу, чтобы он уходил.
— Костя! — раздается в тишине и я не сразу осознаю, что позвала его не про себя, а вслух.
Зажмурившись, я жду его отклика и утыкаюсь носом в Костину подушку.
Шаги…
Шаги — не быстрые, даже заторможенные. Они практически сразу слышатся внизу и я зажмуриваюсь от охватившего тело предвкушения.
Неужели всё это происходит со мной..?
Когда это произошло..?
Как так вышло, что я, до дрожи в теле, хочу его прикосновений, поцелуев… Его хочу!
Григорьев точно заразил меня своим безумием.
Пока Костя поднимается, я считаю каждую ступеньку. Одна, вторая, третья… Вот сейчас… сию минуту он будет здесь…
И когда он появляется, я словно под разрядами тока вскакиваю с постели. Поднялась и еле стою на дрожащих ногах.
А он смотрит… Взгляд цвета темной стали окутывает меня всю… по сантиметру… Не торопится, выжидает чего-то, медлит. Я же нахожусь практически на грани, поэтому делаю большой глоток воздуха и тихо выдавливаю.
— Прошу…
Движение и мое тело словно само воспаряет над полом… Только через пару секунд я понимаю, что это Костины руки подхватили меня и тут же усадили на прохладную поверхность письменного стола.
— Моя! — рычит мужской голос у самого уха, а уже через мгновение его губы накрывают мои.
Тому, что происходило потом, сложно дать подходящее обозначение. Только одно я могла сказать точно — мы занимались с Костей именно любовью, а не сексом. Механическое слово секс не вязалось с той любовью, которую я чувствовала в каждом Костином поцелуе, в каждой ласке…
Я как могла сдерживала рвущиеся наружу стоны, но когда его губы подцепили основание соска, я утратила остатки контроля. Более того, я словно дикая кошка, вцепилась в плечи Григорьева и стала умолять его не останавливаться.
Я раньше и представить не могла, что такие ласки могут приносить столько удовольствия. Низ живота бесконечно содрогался в сладостных конвульсиях, а между ног стало очень горячо и мокро.
Повинуясь внутреннему порыву, я по шире раздвигаю ноги и сдвигаюсь на самый край стола. Прикрыв веки, я с какой-то мазахистской одержимостью, начинаю тереться своей промежностью о его твердость… Жажда усиливается, но я только увеличиваю темп.
Ответ приходит незамедлительно. Костя отрывается от груди и хрипло выдавливает.
— Не торопись… или всё быстро закончится… Я на грани, Кира.
— И я, — шёпотом хнычу я и умоляюще смотрю на мужчину.
В ответ Костя опускает взгляд и просовывает руку ко мне в трусики.
— Ммм, — только и могу произнести я, потому что его пальцы резко проникают в меня.
— Хочешь меня? — врезается в ухо горячий шепот Григорьева, но я не в силах сейчас ответить, — скажи, что хочешь меня… Скажи мне, любимая…
В ответ я бормочу что-то не разборчивое и постанываю. Голос не слушается меня, а тело полностью подчинилось ритму его пальцев, которые не останавливаются ни на секунду.
— Скажи… скажи, — снова и снова повторяет мужчина, но я его практически не слышу.
Меня постепенно уносит в другую реальность, в другое измерение… В мир легкости и неземного блаженства.
Приоткрыв рот, я беззвучно кричу и полностью теряю связь с окружающей действительностью…
 
Прихожу в себя от легкого дискомфорта между ног. Распахнув веки, я не сразу понимаю, что именно происходит. Проморгавшись, я вглядываюсь в Костино лицо.
— Тебе было хорошо? — шепчет мужчина и я понимаю откуда этот дискомфорт.
Член Григорьева упирается мне между ног, но не входит.
— Да, — хрипло отвечаю я и Костя еле заметно кивает.
Практически сразу он подаётся вперёд и начинает медленно входить.
— Я люблю тебя, Кира, — шепчет мужчина, на что я прикрываю глаза и просто киваю.
Ответного желания сказать ему подобные слова я не чувствую, а врать я просто не хочу.
Тем временем, темп мужчины резко увеличивается и через несколько толчков, Костя выходит из меня. Живот обдает чем-то влажным и горячим и я чувствую, как Григорьев накрывает меня своим телом.
Мне показалось, что я провалилась в сон — настолько невесомо я себя ощущала. Но когда Григорьев взял меня на руки, я поняла, что просто отключилась на мгновение.
— Мы куда? — испуганно спросила я, когда поняла, что мужчина спускается вниз.
— Надо сходить в душ, — коротко отвечает Костя и посильнее прижимает меня к себе.
— Я сама… — начинаю я, но Костя сразу же перебивает.
— Вместе сходим… Не бойся.
Глава 7 
Не могу сказать, что именно меня разбудило, но проснулась я резко — меня словно выдернули из сна и заставили открыть глаза.
В комнате был полумрак. Осеннее солнце не светило омобенно ярко и не давало столько света, как летом.
Тело затекло и горело, так как Костя даже во сне не отпускал меня. Мужчина создал некий кокон из своих рук, ног, тела и в центре этой конструкции была я. Похоже он даже не шевелился за ночь ни разу, так как засыпала я тоже в таком положении. Сама я точно не двигалась — Костя лишил меня этой возможности.
Вчера Григорьев спустил меня вниз и сразу занёс в ванную комнату. Полностью обнаженная и красная от стыда, я следила за тем, как Костя настраивает воду в душевой кабине. Нащупав глазами полотенце, я укуталась в него и стала уговаривать мужчину оставить меня одну. Я очень нуждалась в одиночестве именно в ту минуту, но Григорьев был непреклонен.
— Я помогу тебе, Кир. Не трясись ты так… Слышишь?
А потом он сам залез под душ и затащил меня за собой. Для меня это «мойка» стала настоящим испытанием. Я ещё не отошла от нашей близости, а тут сразу мыться с мужчиной в одной душевой, к тому же полностью обнажёнными… Но главное, Костя решил, что помоет меня сам. Кошмар! По другому и не описать это действие.
Отвернувшись к стене, я как могла сдерживала себя и слегка вздрагивала от неторопливого движения мочалки по моему телу. А потом мочалку сменили Костины руки и в спину уперся его член. Вот тогда я не выдержала и тихо попросила.
— Я хочу выйти… Отпусти меня.
Костя замер на пару секунд, а потом быстро поцеловал меня в шею и открыл дверь кабины.
Вцепившись в знакомое полотенце, я быстро закуталась в него и попыталась поскорее убежать из ванной комнаты, но Костя не позволил мне это сделать.
Обхватив меня сзади за талию, он уткнулся носом в мои волосы и тихо сказал.
— Не убегай. Подожди… вместе поднимемся.
Костя выпустил меня из объятий и тоже подцепил с сушки полотенце. Обернув его вокруг пояса, он развернул меня к себе и с улыбкой спросил.
— Может чая хочешь? Или ещё чего-нибудь?
Я опустила глаза вниз и отрицательно мотнула головой. В ответ он взял меня под руку и повел на второй этаж.
В спальне мы надели бельё, после чего Костя решил, что эту ночь мы проведем в одной кровати. Он решил, а я молча согласилась. Очень хотелось побыть наедине с собой, но и тут мне пришлось согласиться.
Из размышлений меня вытащил тихий мужской шёпот и движение сзади.
— Доброе утро…
Костя немного ослабил захват и я смогла освободиться из его объятий. Усевшись на кровати, я сверху вниз посмотрела на мужчину.