Чудесные куклы барышни-попаданки (СИ)

Не стоит и надеяться. Он не представился, а я уже замужем.
Кстати! Если я замужем, то не могу стать жрицей. Это помогло мне принять решение.
— Тетушка! — «отмерла» я. — Милая тетушка!
Изобразить слезы не получилось, но я вполне искренне печалилась, рассказывая вкратце о том, что со мной приключилось.
— Как⁈ — восклицала тетка. — Бедная девочка! — И, наконец, спросила, кивая на моего спутника: — А он — кто? Муж?
  
Мужчина, спокойно стоящий в стороне, вздрогнул.
— Ох, нет, тетушка… Мужа я не рассмотрела, — пожаловалась я. — А это…
— Владислав Юрьевский, — подсказал тот, кланяясь тетке. — Рядом… случайно оказался. Посещал остров… слышал, там есть источник с живой водой. Хотел поискать…
— Ай-яй-яй, юноша! — воскликнула тетка, грозя ему пальцем. — В обход закона? Без разрешения? Без даров богам?
— Виноват. Каюсь, — произнес Владислав. — Прошу простить, сударыня. И посчитать за искупление вины спасение вашей племянницы.
Мне показалось, что на его губах мелькнула усмешка.
— Марьяна Ильинична, — представилась и я, протягивая ему руку. — Простите, сударь, я поблагодарила вас за спасение, как должно…
— Не беспокойтесь, — улыбнулся он.
— А это, как вы правильно поняли, моя тетя, Марфа Ники…
— Матушка Марфа, — перебила меня она, не позволив произнести отчество. — Благодарю за помощь, Владислав…
Она вопросительно на него посмотрела.
— Влад, — сказал тот, не называя отчества. — Мне так привычнее. Марьяна Ильинична, ваше затруднение разрешилось, вас приютит тетушка…
— Я предпочла бы вернуться в город, — запротестовала я.
— И речи быть не может! — воскликнула тетка. — Ты провела столько времени взаперти! Тебя пичкали зельями! Кстати, где обереги? Я же просила их не снимать!
— Я и не снимала, — ответила я. — Их снял кто-то другой.
— Этого не может быть! — ахнула тетка. — Ты столкнулась с очень сильным ведовством. Родовые обереги нельзя снять без желания владельца.
— Или того, кто их делал, — подсказал Влад. — Но вы, верно, сами напитывали их силой? Значит, остается один вариант. Слуга Морены или Чернобога.
Тетка сотворила в воздухе оберегающий знак, а после подхватила меня под руку.
— Пойдем, пойдем, — сказала она. — Тебе отдохнуть надо, а там и решим, что делать.
Тут и решать нечего. Опротестовать брак, пока не поздно. Приворотное зелье под запретом. Меня выдали замуж против моей воли. И нужно ехать в город, но… я устала. И едва держалась на ногах. Ничего же не случится, если я немного отдохну?
— А я, пожалуй, с вами пойду, — заявил Влад. — До постоялого двора. Вы не возражаете, матушка Марфа?
— Гостем будете, — ответила тетка. А потом обратилась ко мне: — Места-то узнаешь, Марьянушка? Память вернулась?
Влад бросил на меня быстрый взгляд, но промолчал.
— Не узнаю, тетушка. До сих пор в голове туманится.
Мы шли лесной тропой, удаляясь от озера. Тетка шла впереди. Я опиралась на руку Влада, потому как действительно ощущала сильную слабость. А он… не возражал.
За живой водой, значит, приехал. Не получится из него гардемарина с родинкой.
Постоялый двор от домиков, где жили жрицы, отделял частокол. Возле него мы расстались с Владом, и тетка подвела меня к крепкому срубу из толстых массивных бревен.
— Комнату свою найдешь? — спросила она у крыльца. — Располагайся, отдыхай. А я распоряжусь, чтобы поесть принесли, да баню затопили.
Как там баба Яга… действовала? В дом пригласить, накормить-напоить, в баньке попарить… зажарить и съесть. Короче, в загробный мир отправить, к реке Смородине.
Воображение разыгралось. Даром, что сказки я всегда любила. Но тетка Марфа — не баба Яга, а дом ее стоит не на курьих ногах. Да и я… не Иван-дурак. То есть, не дура. Не будет же тетка меня охранять? А я отдохну, усыплю ее бдительность… и сбегу. Свои проблемы я буду решать самостоятельно, благо сейчас не темные времена, и у женщин тоже есть права. Даже у замужних.
  
Глава 9
 
Глава девятая, в которой Владислав получает подарки
Влад
В город пришлось ехать одному.
Влад досадовал на случайную встречу, помешавшую планам, но ничего не мог изменить. Вернее, кое-что мог. Например, признаться Марьяне Ильиничне, что он и есть тот самый муж. И потребовать развод, на который она, кстати, согласилась бы с превеликим удовольствием. Вот только…
Как тогда узнать, кто за всем этим стоит? Это же не чья-то злая шутка. И не ошибка. И должен быть какой-то смысл в столь сложной партии. А если корни зла скрываются в черных ведунах, что служат Чернобогу и Морене? Приворотное зелье запрещено законом, но за него головы не снимают. А вот за жертвоприношения можно и жизни лишиться. Между прочим, капище Столобного острова — одно из немногих мест, где поклоняются идолам темных богов. И место древнее, напитанное силой. И поговаривают, что там есть ворота между Явью и Навью.
Влад предпочел бы ошибиться. Все же Марьяна Ильинична — определенно лишняя фигура на доске неведомого игрока, свою роль она уже сыграла. Вчера Таня достаточно рассказала о наследстве, оставленном купцом Богдановым. По всему выходило, что Влад теперь… богат. Правда, он сильно сомневался, что ему позволят завладеть хотя бы копейкой из богатств купца Богданова.
А проверить стоило.
И за Марьяной Ильиничной Влад вернется. Отдаст ведомобиль Владимиру и…
Метку на нее Влад подвесил, теперь не потеряет.
Красивая у него, однако, жена. Мягкая, нежная… А духом сильная. Иная рыдала бы, случись с ней такое. А Марьяна Ильинична держалась стойко, без капризов. Вела себя достойно.
Глаза у нее голубые, глубокие. Конечно, не чета матушкиным… Влад их унаследовал, но считал, что мужчине они… ни к лицу. А у Марьяны Ильиничны взгляд теплый, как летнее небо. Кожа бархатная. Губы алые…
Влад фыркнул и крепче вцепился в руль ведомобиля. Остаточное действие приворотного зелья, не иначе. Какое ему дело до достоинств Марьяны Ильиничны? Выяснить, кто все это устроил, да получить развод. Остальное его не касается. У него… невеста есть.
Владимир успел обнаружить пропажу ведомобиля. И брата младшего встретил, сурово сведя брови.
— Попросить воспитание не позволило? — вопросил он в ответ на искренние извинения.
— Мог не дать, — вздохнул Влад. — А мне нужно было… позарез.
— Верно, мог, — согласился брат. — И что за надобность? Девок, небось, катал всю ночь?
— Можно и так сказать, — не стал спорить Влад.
Поведать брату правду не позволяло обещание, данное отцу.
— Я энергетические контуры обновил, — добавил Влад. — И накопители…
— Ладно, прощаю, — великодушно решил Владимир. — Но наказание понесешь.
Разница в летах позволяла Владимиру относиться к младшему брату по-отечески строго. Влад снова вздохнул.
— Иди-ка сюда, — поманил Владимир.
И сдернул холщевую ткань, покрывающую что-то в углу каретного сарая. Под ней обнаружился новенький ведомобиль — блестящий, крашеный в красный цвет, с сидениями, обитыми телячьей кожей. Влад не разбирался в моделях, но был уверен, что это — новинка.
— Твой, — сообщил Владимир. — Подарок от батюшки и нас с Яром в честь окончания академии. Матушка против, поэтому вчера я тебе ничего не сказал. Да и доставили его вечером.
— Мой? — переспросил Влад, чувствуя себя очень глупо. — Это… мне?
— Тебе, дурья башка, — хохотнул Владимир. — Только теперь я тебе его не отдам. Пока… не отдам. Дабы неповадно было брать чужое без спросу.
Влад почувствовал, что его глаза увлажнились, и быстро отвернулся. Подарок тронул его до глубины души. Кому сейчас не хочется иметь такую диковинку в собственном пользовании? И он не был исключением, но попросить не решался. Возможно, ему и не отказали бы. Ему редко отказывали, но…
  
Не ребенок же он, в самом деле. Сам заработает и купит. А они — подарок!
— Расстроился? — Владимир чутко уловил смену настроения, но ошибся в причине. — Вот и я расстроился, когда ты… — Он махнул рукой. — Ладно, забирай. Дело молодое. Да и пригодится он тебе вскоре. На конкурсе по поручениям бегать придется. С ведомобилем быстрее будет.