Чудесные куклы барышни-попаданки (СИ)

— Приехал сказать, что ваши вещи находятся у меня. Таня не знала, куда податься, и я предложил разместить их у себя. Временно. Вернее, у моей матушки. И так как матушка потребовала объяснений… а я не мог признаться в своем интересе…
Это звучало паршиво. Объяснять обманутой девушке, что он не хотел расстраивать матушку — как-то… не по-мужски. Влад закончил, едва преодолевая отвращение к самому себе:
  
— Добрыня благородно согласился выдать себя за вашего жениха. Временно. Мы думали помочь вам переехать к тетушке.
— Что ж… — Марьяна сняла платок и расправила его на коленях. — Благодарю за участие. Таня у вас?
— У матушки, — подтвердил Влад.
— Мы сегодня же заберем вещи.
— У вас еще есть родственники? Есть, где остановиться?
— Есть, — ответила Марьяна.
Влад чувствовал, что она говорит неправду, но не мог уличить ее во лжи. И предложить ничего не мог.
— Ах, да, — спохватилась Марьяна. — Я обещала сказать, почему не хочу жить с тетей. Это просто. У меня нет желания становиться жрицей. И жить в скиту… я не смогу.
— Возможно, у вас есть… был… жених? — предположил Влад. — Кто-то возьмет на себя ответственность? Позаботится о вас?
Марьяна взглянула на него… с сочувствием.
— Я сама о себе позабочусь, — заявила она. — И начну с того, что найду этого мужа-мерзавца. И потребую развод!
Добрыня резко ударил по тормозам. Влад едва успел упереться рукой в переднее сидение и подхватить Марьяну, не позволяя ей упасть вперед.
— Заяц, — виноватым голосом произнес Добрыня. — Жалко давить бедолагу.
  
Глава 15
 
Глава пятнадцатая, в которой Марьяна сжигает мосты
Марьяна
Ничего страшного не произошло. Нужен новый план, вот и все.
Я всегда знала, что нельзя рассчитывать на чужое наследство. И в итоге пострадала не я, а ребенок. Что ж, даже если не получится вернуть капиталы Богданова, девочку надо забрать, вырастить и обеспечить.
Я справлюсь.
Первым делом нужно избавиться от мужчин. То есть, сбежать. От предложения подвезти меня в город я отказываться не стала. Но столь пристальное внимание Влада к моей особе напрягало.
Зачем он отправился ко мне домой? Я его об этом не просила. Зачем вещи пристроил к матери? И ведь ему пришлось врать ей, привлекать друга. Не слишком ли сложно для обычной вежливости?
И пусть после похищения я была не в себе, сейчас я отчетливо понимала, что Влад из высших слоев общества. Воспитание, как говорится, налицо: одежда, манеры. Профессия опять же. И новенький роскошный ведомобиль. Между прочим, последняя модель, если верить журналам. Я таких на улицах еще не видела.
Что за интерес у молодого аристократа к обманутой купчихе? Личная симпатия? Упаси боги! Не собиралась я становиться ничьей содержанкой. А иные варианты не для нас. Не зря же Влад для матери легенду придумал, что я — невеста его друга. Я Владу неровня.
Или другой вариант — Влад и есть самый муж, которого я назвала мерзавцем. А что? Все сходится. Я не видела лица жениха, когда стояла перед алтарем, но фигура и рост… вполне подходят. Влад чудесным образом нашел меня на острове в сарае. Живая вода? Или спектакль? Как только я сбежала от тетки, встретил в лесу. Случайно.
И еще вопрос, куда меня везут! В город или…
Влад пытался расспросить меня о том, что я собираюсь делать, но я разговор не поддержала, и он замолчал. Я же размышляла о том, как избежать встречи с его матерью. Отчего-то казалось, что покинуть чужой дом будет сложнее, чем сбежать по дороге. Вещи? Я готова их оставить. И даже хорошо, что Таня не знает, где я арендовала мастерскую. Я воспользовалась ее именем, и только.
Все же меня привезли в Москву. Едва места стали узнаваемыми, я заерзала на сидении, изображая страдальческие муки. Ничего умнее в голову не пришло.
Влад взглянул на меня вопросительно. Я смущенно улыбнулась.
— Остановитесь возле какой-нибудь гостиницы, будьте любезны, — попросила я.
— Вы хотите снять номер? — поинтересовался Влад. — Не нужно. Я попрошу матушку…
Я с досадой отвернулась. Но, к счастью, Добрыня понял меня правильно. Вскоре он ударил по тормозам. Похоже, останавливать ведомобиль иначе он не умел. Влад привычно подставил руку, не позволяя мне впечататься в переднее сидение.
— Гостиница! — объявил Добрыня. — Вас проводить?
— Не стоит, — сказала я, открывая дверцу. — Прошу прощения.
— Какого… — услышала я за спиной голос Влада.
— Надо барышне. На-до, — по слогам произнес Добрыня.
Мне удалось провести мужчин, убедив их в том, что я отправилась в уборную. Оставалось надеяться, что в гостинице есть черный ход, и меня не хватятся в ближайшие пятнадцать-двадцать минут.
— Чем могу помочь? — спросил придверник[1].
— Понимаете, мне кажется, что меня преследуют, — сказала я ему шепотом, округляя глаза, вроде как от испуга. — Позволите воспользоваться черным ходом? Пожалуйста!
Придверник поджал губы и, кажется, хотел отказать. Но выглянул на улицу и отчего-то передумал.
— Макар, проводи в переулок! — велел он мальчишке, околачивающемуся в вестибюле.
Очутившись на задах гостиницы, я подхватила юбку и припустила бегом по подворотням. Добралась до оживленной улицы — и перешла на шаг. Минуя квартал, спросила у случайного прохожего, как мне добраться до Таганки. Там, в одном из переулков, находилась моя мастерская.
Шла пешком, время от времени оглядываясь по сторонам. Все опасалась, что за мной следят, но подтверждений этому страху не находила.
Ключ от мастерской хранился у привратника. Он прекрасно меня знал, проблем не возникло. Если ему и показался странным мой вид, он промолчал.
Мастерская располагалась во флигеле, принадлежащем боярыне Колпаковой. Она сдавала его в аренду давно, от ее владений флигель отделял заборчик с калиткой. Домик утопал в зелени и имел собственный выход на улицу. Неоспоримым достоинством мастерской было и то, что она состояла из нескольких комнат. В одной, главной, находились столы для раскроя, швейные машинки, полки вдоль стен и ящики под столами, для хранения расходных материалов и фурнитуры. Огромные окна пропускали достаточно света для работы, а для темного времени суток под потолком висели светильники, работающие на артефактах.
Маленькую комнату без окон я приспособила под кладовую. В еще одной поставила диван, столик и торшер, а на полках разместила журналы мод и кое-какие книги. Это помещение я планировала использовать для отдыха.
Также во флигеле была и кухня — с маленькой плиткой, чайником и посудным шкафчиком. При желании на плитке можно сварить и суп, и кашу.
Главная проблема — деньги. Вернее, их отсутствие. В мастерской хранилась шкатулка с мелочью, но навряд ли этих денег хватит для оплаты аренды в следующем месяце. Да и материалов для изготовления холодного фарфора я закупила мало, всего лишь на пробу.
Может быть, начать работу с изготовления тряпичных кукол? Не уверена, будут ли они пользоваться спросом…
Я пересчитала деньги и отправилась в булочную. Если экономить, то хватит на хлеб — на несколько дней. Чай во флигеле есть. Сахар тоже, хоть и немного.
Проходя мимо афишной тумбы, я остановилась, рассматривая объявления. Мое внимание привлекло одно — яркое, красочное, с великокняжеским гербом. В нем говорилось, что требуются горничные на сезон — на время проведения конкурса красоты. Я внимательно изучила перечисленные требования. Оплата почасовая. Сроки… Сегодня последний день набора.
Попробовать? Я уже думала о наемной работе. Так проще заработать деньги на первое время. Я еще размышляла о том, стоит ли связываться с теми, кто украл капиталы купца Богданова. Не лучше ли исчезнуть? Наследство я не верну, а жизни вполне могу лишиться. И пусть муж озаботится разводом! Мне замужество никак не мешает. Здесь не принято на каждом шагу проверять документы. Их толком и нет. У богатых и древних семей — родовые книги-артефакты. У людей попроще — свидетельства об имянаречении, да и то не у всех. В ходу документы, подтверждающие владение деньгами или имуществом, а они при найме на работу не требуются. Тут, скорее, нужны рекомендации, и их у меня нет, но…