Похоже, он попал. Том 4 (СИ)

Это что касается результатов. Планы же также не стоят на месте, и я активно присматриваюсь к будущим сотрудникам и многоходовочкам.
Вася, например, как оказывается, добр к мелким, и когда те убираются за небольшое вознаграждение, всегда за ними присматривает по своему желанию: других гопарей отгоняет, помогает в уборке, прикалывается вместе с детьми. Он добрый парень. Правда. Окружение сделало его гопарём.
Митю я пока не трогал, но незаметно уменьшил воздействие наркотиков на его тело — теперь он не помирает так быстро. Как бы я ни хотел его спасти и пустить в дело, но, — да простят боги мою меркантильную душонку, — я хочу использовать его страдания.
Как именно? Что-ж, хороший вопрос!
Так мы плавно переходим к Теодору.
Я его не лечил. Даже не притрагивался. Он как умирал от своей болезни, так и умирает.
Безусловно, я его вылечу. Но сами подумайте, как это будет выглядеть, если я просто приду и такой: «Привет. Я — твой сын-неудачник. И сейчас я излечу тебя от неизлечимой болезни». Как это оправдать? Тем, что я теперь Иисус, или что?
Нет конечно, так делать я не буду. Я поступлю умнее.
У меня ещё достаточно времени на развитие Догматы. С её помощью я проникну во все важнейшие сферы человечества, и, сосредоточившись на здравоохранении, привлеку внимание Теодора тем, что мы будем лечить неизлечимых. Митрича, к примеру.
И когда Теодор заинтересуется, когда мы наобещаем ему исцеление — мы привлечём достаточно инвестиций от рода Элерс, заработаем репутацию и получим влияние над великим родом Европы.
Подло? Вполне. Но это будет своеобразная расплата за то, что кинул семью и ничего не объяснил. Весьма дебильный поступок. Так-то лечение он в любом случае получит, только мы получим ещё и денюжки.
«Хи-хи, мировое господство», — я потирал ладошки
Повезло, что один из выходцев рода Островских, — немцы, известные медициной, — это анимешник обожающий зверушек. С ним было легко договориться.
«Динь-динь-динь», — зазвенели умные часы.
Это была напоминалка.
— Ох, ёп твою мать, чуть не забыл!
Встречи давно закончились, так что я с чистой совестью телепортировался из офиса прямиком на улицы центра Москвы.
Был вечер. Весьма прохладно, что неудивительно — осень в самом разгаре. Ну и огромные толпы куда-то спешащих людей, естественно.
Я осматриваюсь. О, вот оно! Магазин женского нижнего белья.
Удивительно, но у Агонии его так и нет. Вернее, оно было, но любые попытки приучить её к современным тенденциям выливаются в недовольство, рвущуюся ткань и что странно, секс.
Но сегодня — всё будет иначе! Я не позволю писюну взять контроль над мозгом!
— Так! Мне нужно три комплекта повседневного, одно на вечерний выход, которое подходит к белому платью и… — я вытянул губы, — Ну и ладно, посоветуйте кружевное. С подвязочками. Хе.
Я наизусть помню все данные Нягонии, так что подобрать размер оказалось нетрудно.
«Ёп твою мать, сколько же оно стоит…», — я схватился за голову, — «С этого момента я против w*men»
Но самое интересное было даже не в трусиках, и даже не в этом магазине!
Дело в том, что напротив был магазин элитных зоотоваров, и прямо сейчас в нём стояла… София! Неумело скрывающаяся, в кепке, очках и маске, но это точно София!
Она покупала собачий ошейник.
«Хм… собаку завели, что ли?..», — я почесал затылок.
Ну, ладно, не моё дело. Завели они собаку и завели. Хорошие люди, значит.
Насколько мне известно, София и Амогус Б только лишь недавно поцеловались, и то, их случай примерно напоминал наш в прошлом — случайно и в порыве страсти. А так — София всё такая же Рич Бич, проявляет склонности к мазохизму и её очень легко впечатлить мотивацией и помощью в боевых искусствах.
В общем, дело идёт! Да и ещё бы оно не шло. Амогусы ведь — фактически я. И если я смог завоевать расположение девушек, то и они без труда смогут. Нужно лишь время.
С Катей, кстати, всё легче — стоило Амогусу А нехило ей напиздячить, как она поумерила гонор и, через уважение к силе, подпустила к себе. Они даже на свидание ходили! Но не спали.
 
Но за попу «я» её трогал. Хе-хе.
Ладно, хватит о других. Рассказы Бибы и Бобы это, конечно, хорошо, но у меня своя бестия, и она куда-а-а интереснее.
Ох… сегодня будет тяжёлый вечер.
Ведь сегодня я знакомлю свою семью с Агонией.
Я телепортируюсь на остров и нахожу девушку в одной лишь длинной мужской футболке.
Агония была мокрой и приятно пахла бомбочкой для ванны, а по её бледно-розовой коже медленно стекали капли недавнего душа.
Демону Войны не нужно мыться — она не потеет, а грязь сама сходит. Но, как оказалось, боязнь воды Нягония у кошек не переняла — она очень любит нежиться в ванной.
Да и в целом она часто… мокрая.
— Так! Почему мы только из ванны вышли? — я реально не понимал, — Я же сказал, что к семи нужно быть готовой! Вон, даже часы повесил!
— Но там же стрелочки! Я не понимаю!
— О-ох… — я закатил глаза и кинул бельё, идеально подходящее к вечернему платью белого цвета, — На. Трусики и лифчик. Ты две недели привыкала — сегодня экзамен.
— Не-е-ет. Я ненавижу трусы! — она обречённо вздохнула
Я подошёл к ноутбуку, быстро проверяя входящие письма и слушая ворчание шлёпающей сзади девушки.
А потом… стало тихо. Даже очень. Девушка не то, что замолчала — она вообще перестала издавать звуки!
Плохо. Очень плохо! Это как с ребёнком — если он притих, то быть беде.
И… да, я был прав.
Я не услышал её шагов, но почувствовал приближающийся сладкий аромат и теплоту.
Она подошла сзади.
— Может… воспользуемся тем, что я пока их не надела? — прошептала Агония, прикусывая мочку моего уха и оставляя на ней тёплую влагу, — Они ведь… будут только мешать.
Я повернулся. Лицо почти двухметровой Агонии было на уровне моего, а потому я прекрасно чувствовал её горячее дыхание на своих губах и видел блестящие розовые глаза, неотрывно смотрящие в мои.
Её мокрые волосы прилипали к тонкой шее и просвечивающей футболке, а грудь с затвердевшими сосками то и дело вздымалась от частого дыхания, игриво касаясь моей.
— Ты можешь… — я прикрыл глаза и сконцентрировался, чтобы сбросить ненужные сейчас чувства, — Ты можешь… хотя бы день не быть такой похотливой!
Я расправил ладонь и шлёпнул Horny по лбу.
— Нет! — я помотал головой, — Я тебя знаю! Не получится у нас за полчаса управиться! А ну надевай трусы!
— Да не-е-ет! — она затопала ногой и поплелась к одежде.
— И вообще, что с твоим либидо? У нас так и раньше было? Сейчас ведь даже не ночь! Сколько тебе надо⁈
— Хех! Не хочу хвастать, но… — она упёрла руки в бока, победоносно улыбнулась и вздёрнула, — Я могла принять до пяти Вортексов одновременно!
Она излучала гордость.
Я же ошарашенно выпучил глаза.
«Стоп, что?..»
— В бою? — уточнил я.
Агония ехидно прищурилась, посмотрела на меня и облизнула губы.
— В бою ведь?.., — я опустил руки.
— Сегодня проверим. Начнём с двух.
Помогите…
* * *
Моя семья жила в таунхаусе возле школы, который я купил им едва ли не через неделю после перерождения. Ну в самом деле — не в однушке же жить родителям?
В него мы и направлялись — мы вот-вот должны приехать на машине как нормальные люди
— Дорогой, ты уверен? — Агония взяла меня за руку.
— М? В чём? — я чувствовал, что её что-то волнует.
— В том, что ты не хочешь вспоминать прошлую семью.
— Да. Пока уверен, — я вздохнул, — Понимаешь… я её не помню. У меня нет к ней никаких чувств, и сейчас для меня это всё равно что незнакомые люди. Конечно, это мои настоящие, искренне любящие родители, но пойми — здесь, в этом мире, у меня есть такие же люди, которые искренне любят меня как родного человека, — я посмотрел на вид вечерней Москвы и вздохнул, — Всему своё время. Пока я в этом мире — я хочу сосредоточиться на нём. Я верю, что полюблю свою настоящую семью, но и эту бросать я не собираюсь. Сейчас — они моя семья. Хорошо?