Похоже, он попал. Том 4 (СИ)

Пора наводить порядок в своём окружении. Навёрстывать те девять месяцев кукования на кровати.
— Всё, вставай, ержан, хватит спать, — я потянулся, зевнул и осмотрелся.
И впрямь вечерело. Судя по мирным звукам, больше прорывов чудовищ не было, и жизнь пошла своим чередом. Думаю, всё же, тот случай был единичным.
Я выглядываю из-за козырька крыши. Местечко вроде тихое. Никого. Самое то для телепортации одного дебила.
«Без разрушений… без разрушений… аккуратно…», — концентрируюсь, и вытягиваю своё тело в межпространственный тоннель.
Всё вокруг размывается, и меня выплёвывает немного не там, где планировалось.
А если точнее, то в дерево нахер.
Черепица японского домика потрескалась и посыпалась, а бедное большое растение частично разлетелось в щепки, когда я вынырнул рядом. Про землю и вовсе молчу — никакой травы здесь больше нет.
Да уж, несмотря на быстрое освоение способностей, их нужно оттачивать. Да и куча условностей неизвестна. Например, что будет, если телепортироваться в твёрдый объект? Мне что-нибудь оторвёт? Или объект разлетится? Или просто выплюнет?
Или вот телекинез. Могу ли я брать предметы, которые не вижу, но предполагаю? Сердце, например? И на каком уровне можно освоить способность? Смогу ли проводить операции на кровеносных сосудах? Соединять и разъединять клетки? Нейронные связи?
Короче, поле для экспериментов огромное. И это уже не говоря о новых способностях!
Но чтобы ко всему этому приступить, нужно вернуться. Здесь, в стране с таким количеством крыс на квадратный сантиметр, я оставаться не хочу. Пусть задабривают и извиняются, но уже в другом месте, и когда я приду в себя.
— Ладно, приберутся, — я отряхнулся и осмотрелся.
Ничего примечательного вокруг не было. Сёгунат — тихая закрытая страна. Люди здесь сидят дома под котацу, греют ножки и няшатся под аниме. Здесь нет суеты от слова совсем. И людей мало.
Ладно, попробуем иначе.
«А если так…», — прикрываю глаза и концентрируюсь.
Странное чувство, знаете. Будто ты открываешь глаза, хотя при этом они закрыты. Твоё зрение расширяется на больший радиус, пространство разворачивается словно свёрнутая до этого бумага, а мозг начинает понимать то, чего раньше никого не понимал — видение в четырёхмерном пространстве.
Да. Скорее всего, я вижу пространство в другой мерности. Или его проекцию. В любом случае, стоит лишь пожелать, и я вижу то, что скрыто от обычных людей.
«Ага, а вот и люди»
Цель найдена. Русский пошёл на охоту — докапываться до других национальностей.
Парочка из кошкодевки и собакомальчика сидела недалеко и наслаждалась обществом друг друга. Веселились, хохотали, мурлыкались. Розовая пора во всей красе.
А потом пришёл я.
— Э-э-э… коничива. Бонжур, ёпта. Я сердечно извиняюсь…
Они аж повскакивали от неожиданного появления патлатого бомжа в больничной робе.
— Где в Токио находится телепортариум?
Они посмотрели на мои светящиеся глаза, небольшие, едва заметные трещины из-под футболки, и испуганно взялись за ручки. Или за лапки, хрен его этих зверолюдей разберёшь.
Странно. Я же на японском говорю. Должны разбирать. Или они просто не понимают о чём речь?
— Место, откуда телепортируются на другие континенты. Такая огромная каменная арка! Где она?
— В-врата? — осмелилась кошкодевочка.
Она забавно прижимала уши к голове.
Что за райская страна…
— Ну, наверное, хрен его знает, — пожал я плечами.
— В Нарите. Префектура Тиба. Э-это в восьмидесяти километрах отсюда. Вон туда, — она указала пальчиком в определённую сторону.
— О. Спасибо! Приходите молиться в мой храм, если такой есть. Я дам благословение на ваших котопсов!
— В ваш… хра…
Я телепортируюсь на крышу здания, быстро осматриваюсь и, оттолкнувшись ногой, телепортируюсь вновь. Затем повторяю. И ещё раз. И ещё.
«Ха-ха», — не знаю почему, но мне было очень весело, — «Ха!», — телепортируюсь, срываюсь с крыши и прямо в падении телепортируюсь на следующую, — «Ха-ха!», — хватаюсь за край, подтягиваюсь с помощью телекинеза и вылетаю прямо над зданием.
 
— Пха-ха-ха!
Скачок. Снова. Снова. И снова! Неудержимое перемещение туда, куда захочу.
Я запинался, рушил всё на пути, едва не падал, но продолжал, продолжал и продолжал телепортироваться, продолжал двигаться вперёд. И с каждым прыжком, с каждым километром, оставшимся за спиной, я был всё быстрее. Всё аккуратнее. И одновременно с этим… всё счастливее.
В один из скачков, когда я приземлился аккурат перед козырьком и едва успел зацепиться за него ногой, я оттолкнулся и телепортировался так высоко, как могу.
Прямо в небо.
— Пха-а-а-а-аха-ха! — заорал я, не сдерживая смех.
Ветер сразу же ударил в лицо и зашумел в ушах. Высота была столь огромной, что останься в мире самолёты, я бы непременно мог бы столкнуться с одним из них.
Десять километров свободного полёта. Невероятная опасность, подсознательный страх и…
Такое детское, искреннее счастье свободного человека.
Я летел вниз, просто наблюдая за городом и крошечными огоньками внизу.
Мир… такой маленький.
Лишь протяни руку, и ты охватишь половину. Переведи взгляд, и увидишь весь мегаполис. Страна, что считается самой опасной, сейчас лишь не более картинки там, внизу.
Сейчас, находясь на смертельно опасной высоте, я впервые осознал, что значит свобода.
«Как же долго я спал», — улыбнулся я, разворачиваясь спиной к земле, прикрывая глаза и позволяя полёту меня поглотить.
У меня такое впервые.
Чувство… комфорта.
Я понимаю, что я на своём месте. В своём теле. Я понимаю, что я… это Я.
Теперь я чувствую, что по-настоящему жив.
«Я ни за что не отпущу этот шанс», — разворачиваюсь лицом к земле, — «Теперь я буду жить так, как захочу. Ведь я…», — всевидением замечаю прорыв монстров, — «Сильнейший».
Телепортация. Пространство размывается, и спустя мгновение я с грохотом обрушиваюсь на землю. Асфальт трещит, а ударная волна закрывшегося телепорта сдвигает стоящие рядом автомобили.
Я приземлился ровно между группой из людей и трёх богомолоподобных монстров. Погоня остановилась. Все смотрели на меня.
— Йо, чё кого? — я улыбнулся ошарашенным жителям, развернулся на чудовищ и, изобразив пистолет, прицелился на одного, — Бам.
Его грудь разрывает.
— Бам.
Голову второго сносит на куски.
— Бам.
Промахиваюсь и уничтожаю лишь ногу. Чудовище заверещало.
— Э? — недоумённо наклоняю голову, — Ты чего? Бам.
А вот теперь подыхает и последний — разлетается, словно лопнувший шарик.
— Ну вот и всё. Ладно, бывайте, — я машу рукой ошарашенным японцам, — Не забывайте посещать мои храмы.
Я почти исчезаю во вспышке, как вдруг меня хватаю за руку, и заставляют прервать скачок.
— Что? — я хмурюсь и оборачиваюсь на людей.
На японцев, с распахнутыми от восхищения глазами. На людей, которых спас их Бог.
— Это ведь правда? — женщине, схватившей меня за руку, не хватало дыхания, — Слухи не врут? Это правда вы?
— Да, это…
— Вортекс! Это Вортекс! Наш Бог!
Они совершенно позабыли, что минуту назад чуть не погибли. Им было плевать.
Восхищённые, полубезумные лица — вот, что я видел. Искреннее счастье от встречи с тем, кого они на протяжении поколений считали героем и своим хранителем.
— Скоро праздник Созидания в вашу честь? Вы явитесь?
— Я…
— Ваш храм! Вон, ваш храм! Я там был недавно! Я молился на удачу! Неужели вы меня услышали⁈
— Нет, я не…
Голоса. Шум. Много, много речей со всех сторон, включая и выглянувших из окон людей.
Все о чём-то спрашивали. Все радовались. Все не могли поверить, что я вообще реален.
Для всех них я словно… мессия?
«Чёрт», — я не мог ответить ни на один вопрос, не мог даже сконцентрироваться на одном голосе и человеке, — «Да чёрт!»
Я выдернул руку, отошёл от толпы и, не зная что делать, просто телепортировался как можно дальше.