Похоже, он попал. Том 4 (СИ)

— О, Вика.
— К-костя⁈ — она как-то странно удивилась, — Что ты… а почему ты не предупредил? — у неё забегали глазки.
— Странная реакция для той, кто ревел два часа от моего голоса, — я нахмурился.
Что-то здесь не так…
Что-то…
Сука! Кто-то, а не что-то!
Я вытянул голову, посмотрел в коридор и увидел длинного пепельного тугоплёта, которому явно не помешает хорошая порка где-нибудь в раздевалке качалки.
— Хе-хе… привет, — нервно улыбнулся Ли.
Я перевёл взгляд на сестру. Она отводила глазки и старательно делала вид, что вообще не знает как китайское чучело тут оказалось. Даже хотела безмятежно засвистеть, но не умела, поэтому просто издавала: «Пщу пщу пщу».
Я посмотрел на Ли. Затем снова на Вику.
— Пройдёмте-ка, — я махнул рукой и приказал им пройти в квартиру.
— Ой, а я это… дома утюг покормить забыл, — Ли почесал затылок.
— Я настаиваю, — процедил я.
— Да не, я…
— Настаиваю, — взмахиваю рукой и телепортирую бурята в квартиру.
Момотаро поглощает вспышка, и он с грохотом вываливается в коридоре. Вика же, возмущённо вздохнув, поспешила пройти внутрь и убедиться, что с китаечным всё нормально.
А с ним всё замечательно, знаете.
— Ой, здравствуйте, тёть Лиз, — сказал он.
— Привет, Ли. Снова в гости?
Тёть Лиз?..
Снова?..
«Эй, ты, женщина», — я посмотрел в глаза сестры, на что та вся вспотела и снова начала слюняво свистеть, — «Ну ладно, засранцы. Поболтаем».
Я заставляю расплескаться варящуюся картошку, на что мама подскочила и с криками побежала на разборки.
Мы остались втроём.
— Присаживайтесь, — я сел за стол.
Спорить они не стали. Теперь я, Вика и парень, которому стоило бы отрезать яйца, сидели за одним круглым столом и внимательно друг на друга смотрели. Ну и Джорджи ещё, да.
Тишина сгущалась. Я вытянул губы, соединил пальцы рук и поверх ладоней рассматривал то беспокойную Вику, то притворившегося мёртвым Момотаро.
Молчание.
Но пора бы его развеять.
— Трахаетесь, да? — задал я скромный наводящий вопрос.
— Ч-что⁈ — Вика сразу подскочила, — Да как ты… да я… ты…
— Нет, — покачал головой Ли.
Я сразу же перевёл на него взгляд. Так, главный в этой банде вот этот уродливый азиат. Понял.
— Планируете? — задал я второй наводящий вопрос.
— Да ты ч… — Вика краснела, — Да какая разница! Это… это вообще не твоё дело! Какая тебе…
— Хотелось бы, — пожал плечами бурят.
— Ли! — Вика топнула ногой.
— Сестрёнка, погуляй, — я махнул рукой и телепортировал буянящего гоблина куда-то в Подольск.
Мама продолжила материться на убежавшую картошку, а мы с бурятом остались наедине.
Он сидит. Я сижу. Джорджи сидит. Все друг на друга смотрим.
Чёрт… а этот парень уверен в себе.
— И как давно? — вздохнул я, потирая переносицу.
— Общаемся? За день до твоей пропажи.
— Сосались?..
— Вчера в первый раз.
— Чего⁈ Серьёзно? Ты-то? Девять месяцев не лез под юбку? Не смеши. Ты гей? У тебя импотенция?
— Что? — удивился Ли, — Н-нет. Нет… с потенцией у меня всё нормально. Просто… ну… понимаешь… — он не находил слов, — Как-то иначе всё. С одной стороны я не против, да, но с другой… и без этого хорошо. Вика милая, прикольная. С ней просто приятно проводить время. Да, я животное, но с ней я впервые взял под контроль своё волчье начало, понимаешь?
— Скорее обезьянье, — вздохнул я, понимая, к чему это всё идёт.
— Да и не до этого было, знаешь ли. У неё, между прочим, брат считался погибшим. Я не лез, утешал, поддерживал и с каждым днём понимал, какое Вика… солнышко? Ну да.
Да всё здесь понятно.
Моя милая Вика, мой гоблин, мой цветочек… уже вырос.
Да и кто я такой, чтобы препятствовать её счастью и выбору? Девять месяцев, и поцелуй только вчера. Это ли не знак чего-то большего?..
— Вспоминайте про меня хоть иногда, — заплакал я, — Я ведь был хорошим братом и другом…
Вика и Ли вчера сосались…
Боже мой…
«Я одинок», — я снова заплакал в ладони.
— «Господин! Скоро встреча. Вы как там?», — спросил в наушник Сатору.
— Уже выхожу, — я вздохнул и встал со стула, — Ладно. Делайте что хотите. Я вас благословляю. Пойдём, Джорджи, — я взял обезьянку за лапку и посадил на плечо, — Похоже, мы единственные одиночки в этом мире…
 
Я прощаюсь с мамой, Ли, говорю, что на днях снова заскочу, и побыстрее телепортируюсь из квартиры — подальше от поднимающейся на лифте Вики.
Я её случайно в фонтан телепортировал. Она… была слегка недовольна.
Вспышка исчезает, и я оказываюсь в вип-зале московского телепортариума. Здесь уже собралась моя команда — мужчины и женщины, что отправятся со мной на переговоры с мировыми лидерами. Иллюзионисты, дуэлянты, телепортаторы, техноманты, и, наконец, самые полезные и опасные — юристы.
Ведь одно грёбаное слово, одно высказывание, и я могу развязать мировую войну!
Я — Бог без контроля над ним. Меня боятся. Никто не знает, что в голове у хранителя самой поехавшей страны, и потому сейчас мировая ситуация похожа на натянутую нить — одно движение, и она оборвётся, спуская гильотину прямо тебе на чл…
— Э-э-э… господин? — Сатору был в замешательстве, — Это что? Обезьяна у вас на плече? Откуда у вас обезьяна? Зачем вы её принесли?
— Это Джорджи.
— А-а-а. Ну тогда ладно, — закивал японец, — В общем, все в сборе. Через пять минут телепортируемся, — он словно что-то вспомнил, нахмурился, а затем чуть более тихим голосом продолжил: — И это… у меня плохие новости.
Твою мать. Плохие новости — последнее, чего я хочу перед одной из важнейших встреч в моей жизни.
— Ну и? — вздыхаю.
— На встрече с Африканцами будет присутствовать и Маркус Рейвиль.
— Тц, — у меня ёкнуло, — Ну и какого чёрта? Что он там забыл? Уговор был на личную встречу Сёгуната и Африки, а не присутствие единственного, кто способен со мной сражаться.
— Вас боятся, господин. Маркус согласился выступить наблюдающей стороной в случае возможного конфликта. И честно сказать… — Сатору притих, — Конфликт возможен. Рейвиля не просто так позвали. Аква-Вортекс — сокровище Африки. Ценнейшее. А вы — его законный владелец, которого боится весь мир. Многое может произойти.
— Твою мать, — вздохнул я, потирая переносицу, — Если его позвали Африканцы, то значит они готовятся к конфликту, — я сжимаю кулак, — А значит отдавать Акву они не намерены.
А я должен её получить. Любой ценой.
Без Аква-Вортекса я не смогу излечить отца. Не смогу быть уверенным, что моя семья проживёт сколько захочет.
И без него я не смогу победить гордыню.
Подумать только — я могу потерять вообще ВСЁ. В, твою мать, ЛЮБОЙ момент. У меня нет гарантий, что Гордыня не восстановил подчинение. Нет гарантий, что он не сможет превратить меня в лепёшку одним лишь приказом.
Да меня прирезать обычным ножом можно, о чём я вообще говорю⁈
Я не смогу остановить войну с одним лишь Хоро-Вортексом. Мне нужна гарантия, что я не умру. Мне нужен Аква-Вортекс.
И уж поверьте, я его получу.
— Ладно, буду готовым, — я решил перевести тему, — Что с трупами?
— Какими трупами?
— Которые я вложил в капитал могильного минимума.
— Людвиг — признан погибшим от инфаркта на фоне стресса с внучкой. Антон — под подозрением в употреблении магопиатов, небрежности и смерти от лап чудовищ. Хорошо, господин, что вы всё же решили собрать его труп хотя бы наполовину. Иначе бы точно не поверили.
Да, Антона я всё же собрал обратно. Частично, конечно же. Этот конструктор мне не нравится, пусть некоторые детальки лежат отдельно.
Но в целом — всё получилось! Меня, конечно, подозревают, но не больше чем любого другого контактировавшего с Громовым и Людвигом. Тем более дело путает факт, что Антон телепортировался по поместью — это запрещено и очень трудно из-за блокатора телепортации. У меня другой тип силы, мне-то плевать, а вот Антоша знатно наследил тогда.