Вестники Осады

– Потому что Вы никогда не показывали мне конец игры. Вы всегда заканчиваете её, прежде чем определится победитель. – Малкадор откашлялся. – Времени мало. Если у Вас есть план – самое время открыть его.
– А что если я скажу тебе, что не знаю, как победить?
– Вы сильнее, чем Гор, даже сейчас.
– Я говорю не об этом. Иногда мы играли, когда я был магистром войны, а ты – Императором. Игра от этого не меняется.
Разочарованный Малкадор схватил Совершенство и снёс им Железного Генерала. Противоположная фигура упала, увенчанная солнечными лучами голова покатилась по доске.
– Грубо, – сказал Откровение. Он взял обе части способной изменяться фигуры и положил в деревянную коробку рядом с доской. – Возможно, я починю это позже, когда будет время.
Картой регента был “Великий Шторм”. Последовал шквал ходов, в течение которых его фигуры прорезали линию сквозь расположение противника, разделив его на три анклава. Избранный при помощи “Великого Видения” и с Королём Ничего подобно клещам сомкнулись на Некоронованном Монархе, пока Слепая Тьма зажала Обоюдоострый Клинок в одном из углов доски. Откровение убрал Ангела из опасного места, но Малкадор сыграл в ответ “Искушение”, подвинув карту под фигурку, чтобы она оказалась в стазисе.
Несколько фигур Откровения теперь оказались в окружении, и имели только один путь к спасению. Малкадор указал на угол в домашних клетках Откровения, где Несокрушимый Бастион оставался в резерве, вернувшись туда на первых ходах:
– Я не понимаю, почему Вы никогда не ходите им. – Регент кивнул на позицию позади Повелителя Сердец, показывая, что его главная фигура оказалась в ловушке среди своих же соратников.
– На этот раз я подыграю тебе, – сказал Откровение и переместил Несокрушимый Бастион к Повелителю Сердец. Он кивнул Малкадору снять следующую карту. Тот взял осколок кристалла и перевернул. Лицевая сторона карты затуманилась, стала синевато-зелёной, а затем превратилась в очертания Гидры. Одновременно оба Близнеца покраснели и присоединились к магистру войны. Малкадор сразу же увидел, что мог переместить одного из них на место Несокрушимого Бастиона и заставить противника капитулировать.
– Теперь вы жульничаете в мою пользу! – Возмущение Малкадора вызвало самую короткую из улыбок Откровения.
– С чего ты решил, что есть только одна карта с Гидрой? – Он взял следующие четыре и развернул их веером в сторону регента, на каждой был изображён тот же самый рисунок многоголового змея.
Прежде чем Малкадор успел сделать ход, Откровение быстро восстановил на доске предыдущее положение.
– Но это не моя игра, – объявил Он, выводя из окружения Тень.
– Вы оставили Наковальню, – заметил Малкадор, указав на одинокую статуэтку, окружённую несколькими его фигурами.
– Да, но ты знаешь, что затем произойдёт.
Со вздохом Малкадор сыграл единственный доступный ему ход, в результате чего Слепая Тьма вернулась в игру и съела Наковальню. Он убрал фигуру со стола, и затем Откровение перевернул следующую кристаллическую пластинку, показав “Возвращение”. Откровение потянулся к коробке с игрой – Малкадор знал, что она должна была быть пустой – и поставил на доску новую фигурку Наковальни. Смотря прямо на Сигиллита, Откровение положил “Возвращение” назад в колоду и, вопреки собственному раннему колкому замечанию, перетасовал её.
Снова вздохнув, Малкадор обдумал свой следующий ход, словно Откровение оставил ему выбор.
Игра продолжалась так же, как и раньше. Малкадор пытался изменить свои ходы, чтобы захватить ранее недоступные ему фигуры, но поворот карты или хитрая игра Откровения всегда возвращали эти фигурки к положению, которое они занимали много раз прежде.
Откровение попытался передвинуть Библиотеку на домашние клетки Малкадора, вынуждая его одновременно использовать “Дезориентацию” и “Падающий Клинок”, и временно взять под контроль Прожорливого Волка, чтобы перехватить ход. На другой стороне доски Ангел, Некоронованный Монарх и Обоюдоострый Клинок остановили Избранного и Короля Ничего. Некоторые отложенные ходы Откровения позволили Слепой Тьме устроить временное опустошение, пока фигура не попала в плен.
 
Тем временем, центр доски был почти освобождён от фигурок и карт. Только Тень свободно бродил, вскоре после спасения от раннего наступления его силы значительно ослабли из-за карты “Сомнения”.
Иногда казалось, что Откровение проигрывал, расположение Его фигур делало Его уязвимым на короткое время, прежде чем оказывалось, что ход за ходом Малкадора окружали, оставив единственный выход в виде прямой атаки, что послужило началом второй фазы игры.
Оставался только агрессивный вариант действий. Хотя магистр войны имел количественное и позиционное преимущество, Откровение держал колоду ещё не сыгранных карт, у Малкадора же в этой раздаче осталась всего лишь одна. Он положил её на Повелителя Облаков.
Малкадор моргнул и снова проверил карту. Она отличалась от предыдущих игр, изображая не “Неповиновение Стене”, а личинку, которая прогрызалась наружу из стилизованного сердца.
– “Порча”. – Слово пришло к нему непрошенным, и он произнёс его тихо, не зная, что и думать. Он поднял взгляд, понимая, что в течение некоторого времени – возможно часов – он был полностью сосредоточен только на доске. Откровение смотрел на фигуры перед собой, хотя раньше Он был легкомысленным и почти небрежным.
“Для Него это всего лишь формальность, – подумал Малкадор, – потворствование моим желаниям ”.
Теперь Он был увлечён, взгляд перемещался от одной фигуры к другой, кончики пальцев постукивали по столу, безупречные ногти казались бледными на фоне лакированного дерева.
– Что случилось? – спросил Малкадор.
– Твой ход. – Откровение даже не посмотрел на него.
– Игра изменилась. Зачем Вы изменили её? – Малкадор почувствовал, как перед ним разверзлась зияющая пропасть. Именно за этими ответами он и пришёл, но внезапно он стал опасаться этого знания. По правде говоря, пока всё складывалось именно так, как он и ожидал – возможно, он просто искал покоя в знакомых беседах, прежде чем всё будет брошено в анархию войны.
– Что это значит?
Откровение перестал смотреть на фигуры, и на мгновение Малкадору показалось, что он увидел мелькнувшую на Его лице печаль. Она прошла за долю секунды, возможно, её и вообще не было, сменившись суровым взглядом. Откровение едва шевелил губами, когда заговорил, Он стиснул зубы и впился взглядом в верховного лорда Терры, каждое слово прозвучало резко:
– Твой. Ход.
Следующие ходы Малкадора были нерешительными, он тянул время, пытаясь осознать события последних минут.
– Ты не слишком стараешься, магистр войны, – произнёс Откровение, в Его глазах вспыхнул гнев. – Если ты не победишь, то будешь навеки проклят.
Регент побледнел, неуверенный, обращался повелитель непосредственно к нему, или к роли, которую он играл. Он никогда не был уверен, насколько Откровение на самом деле разбирался или знал о событиях, которые пришли в движение с тех пор, как Гор сошёл с пути верности. Он обладал сводящей с ума способностью казаться одновременно информированным и таинственным, но в этот момент притворство – если это можно было так назвать – не раздражало Малкадора, как прежде, а пугало. У него всё внутри сжалось от мысли, что Откровение плыл в неизведанных водах, столь же не ведая о происходящем, как и все остальные.
Он думал, что игра является способом для сражавшегося Императора передать Свой план защиты Терры и, в конечном счёте, поражения Гора. Это был не первый раз, когда Малкадор получал наставления через карты, позволявшие повелителю связаться с ним, пока Он оставался сосредоточенным на Своей задаче на Золотом троне. Теперь же регент увидел бессмертного правителя человечества, который внимательно изучал каждый ход, и понял, что игра вполне могла быть средством, при помощи которого Откровение разрабатывал Свою стратегию.