Ода Смятения (СИ)

Я, разумеется, за тот год, пока тренировался с пленными Девами войны, не успел освоить их искусство в полной мере. Но подсмотрел множество интересных трюков, один из которых сейчас и применил. Не бог весть какой опыт, но и против меня не молдегары вышли.
— Ай-яй-яй-яа-а-а! — заголосил попавший в захват пассажир, роняя биту на асфальт.
Его локтевой сустав, издав жалобный хруст, выгнулся под неестественным углом, испугав этим даже меня. Создатель Многоокий, как же легко он сломался! Я, прожив в теле полукровки, уж и забыл, какая сила таится в руках обычного человека.
  
— Э-э-э, гондон, ты чего наделал⁈ — заорал на меня водитель внедорожника. — Тебе пиз…
Но я тратить время на болтовню не собирался. Вместо этого, я подхватил выроненную биту, а затем, совершив классический фехтовальный выпад, засандалил ей прямо в раззявленную пасть дорожного провокатора. Тот подавился продолжением своей реплики и схватился за разбитые губы.
Ц-ц-ц, как же опрометчиво. У дурачка было всего мгновение, чтобы сбежать. Только моментально разорвав дистанцию он имел шанс выйти из схватки с минимальными потерями. Но бородач им не воспользовался.
Я совершил молниеносный подшаг, который отрабатывал ещё с Иерией нор Гремон. Бита крутанулась в моих руках, а затем с глухим, но звучным стуком впечаталась в лобешник водителю внедорожника. Его красивая кепочка вспорхнула подобно испуганной пичуге и отлетела на полтора метра. А сам любитель конфликтов, закатив глаза, сложился в три погибели, раскидав культяпки.
От такой картины его приятели знатно офигели. Пассажир со сломанной рукой аж верещать перестал и припустил к внедорожнику. Второй помешкал ровно секунду, после чего швырнул в меня биту, промазал, и тоже ринулся к машине. Там эти два смельчака заперлись и наотрез отказались выходить, бросив бессознательного дружка на мою милость.
Я посмотрел на «отдыхающего» бородача, пускающего кровавую слюну на асфальт, и прислушался к себе. Хотелось ли мне его добить? Пожалуй, что нет. Я полностью контролировал ситуацию и свои порывы. И это не могло не радовать. Значит, не так уж и безнадёжно моё психическое состояние!
— Ух, чётко ты его вырубил! — рядом возник какой-то мужик, позади которого маячила Плисова.
Ишь ты! Подмогу мне привела. Молодец, подруга!
— Да задел случайно, — фыркнул я, сбрасывая бейсбольную биту.
— Не убил хоть? — взволнованно высунулась Дарья из-за плеча незнакомца.
— Да живой он, живой. Мёртвые храпеть не умеют, — успокоил я девушку.
— Ну слава богу… Блин, меня аж трясёт всю! Что за люди? Как так можно… На пустом месте в драку, да ещё и с битами…
— Кха… это… я, короче, могу свидетелем выступить, если надо, — скромно обратил на себя внимания мужчина, украдкой косясь в декольте Плисовой. — Я, вроде как, видел, с чего всё началось… Вот.
— Ой, спасибо вам большое! Вы так нас выручили, просто словами не передать! — Дарья наградила его обворожительной улыбкой и будто бы невзначай погладила по руке. — Столько народу глазеет, а помочь вышли только вы один!
Мужичок весь аж расплылся от счастья. Он явно был не прочь продолжить знакомство с колоритной и яркой барышней на дорогом авто. Но Плисова профессионально спровадила его обратно к машине. Вскоре и мы с ней вернулись в салон кабриолета, и Дарья, не обращая внимания на зевак, выехала на соседнюю полосу и поддала газу.
— А номер ты у этого дядьки не взяла? Свидетель пригодился бы. Всё-таки, я тут на умышленное причинение вреда средней тяжести накуролесил, а то и потяжелей чего. Повезёт, если превышение пределов самообороны при этом будет фигурировать, — со знанием дела подметил я.
— Сашенька, спасибо тебе огромное! — невпопад ответила Плисова. — Я этих Бармалеев так испугалась! Если б не ты, даже и не знаю, что было бы! Какой же ты умница!
— Эм-м, Даш, я вообще-то о другом…
— А, да не волнуйся. За мной заместитель главы городской полиции бегает уже второй год. Я ему позвоню, и он всё уладит. Номер машины этих беспредельщиков я запомнила. Эти уроды вообще забудут про спокойную жизнь, им не до тебя станет. Обещаю.
— Как всё легко у тебя решается, — покачал я головой.
— Этим миром правят связи, Саша, как бы народ не пытались убеждать в ином, — с толикой снисхождения пояснила Дарья, заметно успокоившись.
Тут я спорить не стал, хотя и имел некоторые возражения. И следующие несколько минут мы проехали под аккомпанемент одного лишь шуршания колёс и рычания двигателя.
— Как же клёво ты дерёшься, — не смогла долго сидеть в тишине Дарья. — На секунду мне даже показалось, что у тебя не бита в руке, а настоящий меч. Ты чем-то занимался в юности?
— Много чем, — расплывчато буркнул я.
— Вот же партизан! Ничего у него не выведаешь, — хохотнула Плисова, а потом вдруг посерьёзнела: — Кхм… Саш?
— Да?
— Не хочешь со мной чего-нибудь выпить? — загадочно поиграла бровью она.
Я пристально посмотрел на девушку, пытаясь понять, разыгрывает ли она меня или нет. Но певица выглядела предельно серьёзно и будто бы немного смущённо.
— Грех отказываться от такого предложения, — осторожно улыбнулся я. — А куда поедем?
— Можем ко мне, если не возражаешь, — снова удивила меня Плисова.
Я едва сдержался, чтоб не ляпнуть что-нибудь неподходящее. Пришлось совершить над собой усилие и ограничиться нейтральным:
— Кха… ничего не имею против.
Дарья загадочно улыбнулась, и её кабриолет разогнался быстрее. Меня мягко вдавило в спинку сиденья, а ветер с утроенной силой принялся трепать мою шевелюру.
Интересно, чем закончится сегодняшний вечер?
* * *
С трудом разлепив опухшие веки, я обнаружил себя валяющимся на просторном царском ложе. Да такой огромной кроватью не мог похвастаться и сам патриарх! Мне пришлось немало постараться чтобы доползти до края. Но это было даже приятно. По благородно-серому постельному белью из гладкого материала скользилось очень прикольно. Уж не шелковые ли тут простыни? Впрочем, чёрт с ними. Не до этого сейчас. Основной вопрос — что вчера произошло? Судя по катастрофически-чёрному провалу в памяти, я опять напился до потери сознания. А тот факт, что у меня не раскалывалась голова, недвусмысленно намекал на использование «Божественного перста» в процессе пьянки. Всё точь-в-точь, как в прошлый раз. Из всех симптомов похмелья только удушающая жажда, от которой аж пищевод склеивался…
Спустив ноги на пол, я обнаружил на изящном прикроватном столике пузатый графин, наполненный до краёв кристальной жидкостью. От его вида аж сердце забилось чаще. На всякий случай понюхав, чтобы убедиться, что это не водка какая-нибудь, я жадно присосался к нему, проигнорировав оставленный рядом с ним стакан. И успокоился лишь тогда, когда влил в страждущее горло всё содержимое. Уф-ф… хорошо, но мало. Мне бы ещё один такой опрокинуть не помешало до полного удовлетворения. Однако для этого придётся разыскать хозяйку этих роскошных апартаментов.
Приоткрыв дверь спальни, я сразу попал в просторное помещение, размером превышающее всю коммунальную квартиру, в которой я до недавнего времени ютился. На стене здесь висел здоровенный телевизор, а на экране мелькали пёстрые кадры какого-то боевика. Перед ним стоял большущий Г-образный диван, где без особого труда могли бы расположиться два десятка человек. А на нём, комично маленькая на фоне гигантского мебельного монстра, вольготно устроилась Дарья, облачённая в коротенький халатик.
— О, герой-любовник заявился, — с порога окатила меня певица ядовитой иронией. — Проспался?
— Ну, вроде того, — осторожно кивнул я.
  
— Пиццу будешь? — махнула Плисова на целых три квадратных коробки, стоящих на столике. — Или тебе не до того? Могу предложить и что-нибудь покрепче.
— Спасибо, в опохмеле нет нужды.
— Да-а? Как неожиданно, — поджала губы Дарья.
— Слушай, Даш, я ничего не помню из вчерашнего вечера. Я чем-то тебя обидел? Что-то сделал не так?
— Я бы сказала, НЕ сделал, — фыркнула она.