Ученица Хозяина Топи (СИ)

— Не думал даже, ты этого магика не слушай, красавица. Будешь в замке змеином со мной жить. Шелками, жемчугами тебя осыплю. Соглашайся. Пойдешь со мной?
И все в ней кричало ответить «да», окутывало этой жаждой, выдохнуть одно только короткое слово.
Замотала головой.
— Пусти! — Смогла таки разжать непослушные губы.
— Отпускай ее, Арьян, — сухо бросил маг, — проиграл.
— На этот раз… — змеиные кольца распустились, давая, наконец, вдохнуть полной грудью. Последний раз провел ладонью по девичьей щеке и отступил.
Кажется, все они снова уселись за стол, но Веша того уже не видела. Спотыкаясь вылетела из кухни, на ходу со щек вытирая выступившие с испугу слезы. Влетела в свою спальню и захлопнула поскорее дверь.
Вот тебе и гости…
  
Глава 3
 
Привалилась к двери спиной, да так по ней до пола и сползла, лицо в ладошках пряча. Потряхивало.
Вот так это гости у магика. Всем гостям гости.
Сейчас только до девичьего разуму дошло в полной мере, в какое место она напросилась, к кому в услужение и ученицы заявилась. Не зря говаривали про Хозяина Топи, что тот с нечистой силой якшается, знать, правда. Сама увидала. Как со своими с ними говаривал, а те и привычны к нему в дом без спросу заявляться.
— Эка как довели ее, смотри, трясется, что лист осиновый, — зашептало из темноты. Веша вздрогнула, запоздало вспоминая, что в ее комнате нечистики оставались.
— Ну, не сожрали хоть, Базан то мог, — фыркнуло в ответ.
— Святъ, — шепнула сдавленно, светляка призывая, но сила не отозвалась. Знать, со страху еще в себя не пришла, чтоб ею пользоваться. Бывало такое, когда уставала сильно, али сосредоточиться не могла.
Поднялась, за стену придерживаясь, отворила тихо дверь, прислушиваясь. Гости в кухне сидели, говорили о чем-то. Сглотнув, потянула дверь еще на себя, да в узкую щель наружу подалась, дальше вдоль стеночки до каморки, где все прошлые дни почивала. Здесь у тюфяка на полу у нее свеча на подсвечнике стояла, да лучины припасены были. Все же она то в темноте не видит.
Зажигать пока не стала, с опаскою вышла снова в большой зал.
— А я тебе говорю, нельзя больше ждать! — послышался возмущенный крик Базана, — дождешься, когда трещина совсем разойдется! Арьян, ты что молчишь?
Про какую такую трещину они спорили? Кольнуло любопытство. Прикусила губу, сама себя в мыслях ругая, но все же подошла ближе к полоске света, что по полу с кухни пробивалась.
— А что я тут должен сказать? — Выдохнул полоз устало. — Лесьяр лучше нас знает, что будет, если Кагара вернется.
— Не вернется, — как сквозь зубы, зло, — и не вам меня учить. Сам за камнем прослежу!
— Ему мало, Лесьяр. Того, что ты даешь недостаточно, — не думала Веша, что болотник так переживать о чем-то может.
— Что-то вы засиделись, гости дорогие, не пора бы и честь знать?
— Погубишь нас всех! — грохнуло по столу не то кулаком, не то кружкой. Веська подскочила и поспешила в свою комнату. Закрыла дверь торопливо, но следя, чтоб не хлопнуть. Привалилась к стене, руки со свечкой к груди прижавши. Щеки жгло, будто она не разговор случайный подслушала, а преступление какое совершила.
Зажгла свечу, подняла ту перед собой, вглядываясь в комнату.
— Потаньки, вы тут? — странно было самой к нечистикам обращаться.
— Тута! — раздалось из-за кровати, тут же выскочили оба на постель. В свете свечи Веша смогла таки их разглядеть получше. Кожа и правда у них была красноватая, курносые, свиные пятачки на детских лицах смотрелись чудно. Оба темноволосые, лохматые, с маленькими рожками чуть выше лба. Одетые в одинаковые рубашки, длиной по колено, подпоясаные. А ноги то звериные, с копытцами.
И что ей с ними делать? Потаньки вроде не опасные, из низшей нечисти, проказливые, но не шибко злые.
— И что вы тут… сидите? — не зная, как бы их выпроводить, огляделась.
— А где б нам сидеть еще? Здесь чистенько, тепло, на нас не ругается никто, — надувшись и усаживаясь на одеяло ответил один из них. И так жалобно прозвучало это, что Веше его вмиг жалко стало.
 
— А что же, часто на вас ругаются? — вздохнув все же уселась на край постели. Чертята не выглядели опасными. Скорее двое обиженных детей.
— Да все! — ответил другой, — шпыняют, кому не лень. Даже черти с бесами. Бесполезные, говорят, бестолковые! А что нам делать, коли зла мы нести не желаем?
— Точно не желаете? — с прищуром переспросила Веша, грозно так, строго.
Рогатики головами замотали.
— Мы ж жили у тетки Марфы, в амбаре значит. Ну бывало кур там выпустим на двор разбежаться, али в молоко хвосты сунем, что то прокиснет, так то ли зло? Просто натура у нас такая, проказливая. А Марфа нас все равно угощала. То пирог на окне оставит, то крынку квасу, — вещал вдохновенно, да так искренне, что Весенье и тетку Марфу вмиг жаль стало. Вообще она сегодня какая-то совсем уж жалостливая, — да только Кузьма нас выгнал в итоге. Говорит, много шуму…
— Кузьма?
— Дворовой, — выдохнули устало.
Вот так значит. Двор не поделили.
— И что же вы теперь, тут остаться собрались? — догадалась девушка, совсем тому не обрадовавшись.
— А может что и тут! — и смотрят так угрюмо, исподлобья, точно те волчата. А хвостиками между собой переплелись, в немой поддержке один другому. — Ведьме между прочим черти в услужение полагаются! Ты же ведьма?
— Да-да! Мы слышали, ты к Лесьяру учиться пришла! Значит — ведьма!
Сперва подумалась выгнать их куда подальше, да только не стала Веся с тем спешить. Призадумалась. Она же ничего о порядках местных не знает, кто еще может в башню заявиться, как себя вести с ними? Хозяин знаниями делиться не спешит, да и можно ли на него прямо рассчитывать, когда он, увидев, как ее полоз в кольцах жмет, ничего и делать не стал? Стоял, да смотрел… Советчики ей совсем не лишними будут, а эти двое те еще болтуны.
— Ну что ж, раз полагаются, — поставила свечу на столик, — то оставайтесь. Но сразу скажу — лодырей не потерплю. И проказ мне тоже не надобно, натуру свою где в другом месте практикуйте, все ясно?
Потаньки так и взвились, к ней вперед подаваясь, радостные.
— Правда оставишь?
— И в услужение возьмешь?
Закралась какая-то мысль, опасливая. Надобно в этом месте со словами осторожнее быть. Как знать, чем такой договор ей обернуться может.
— Поглядим, — ответила уклончиво. Спросит сначала у мага, как то правильно сделать. — Вы мне пока расскажите, что это за гости сегодня пожаловали.
Уселись, ножки скрестив, глазками сверкая радехонькие.
— Полозов принц Арьян и подручный его, Базан, старшой среди болотников. Будь они неладны.
— Тише ты, услышат еще, — одернул друга второй, — они сильны сверх меры. Только Лесьяр с ними совладать горазд. Он их только в узде и держит. Коли не Хозяин, не жили бы вкруг болот люди то спокойно.
— Да-да, ты не смотри так, Базан знаешь сколько люду погубил, в свои болота заманивая, да полчище свое преумножая?
— А Арьян до девиц охотчий. Говорят, у него во дворце харем уже цельный. В омуты, да в норы свои их заманивает только так, а те и рады. Глазами только хлопают, — да так показал нарочито, что Весенья рассмеялась.
Слушала-слушала, а сама все раздумывала, насколько правильно поступила, в башню напросившись. Да только разве выбор есть у нее? Если не сюда, то куда? Сразу к магикам в город, чтоб источник выдрали? Часть души добровольно отдать, испугавшись опасностей, да сложностей открывшихся? Вот уж нет, не дрогнет. Подумайте! Ну потискал ее этот змей подколодный, ну так она же с ним справилась, отринула чары в конце концов. Ничего, постоит еще за себя. Кивнула своим мыслям.
— Прямо так и хлопают? — и не успела другой вопрос задать, как в дверь постучали. Нечистики тут же под кровать шмыгнули, только хвостами махнули, а Веша и сама напряглась, — кто там? — спросила осторожно, с постели поднимаясь и свечу перед собой выставляя.