Ученица Хозяина Топи (СИ)

Они медленно побрели обратно.
— Так и учителя у них такого не было, — отозвалась Веша, а сама снова не смотрит. Повисла тишина. Гнетущая такая, паршивая.
— Я поговорить хотел, — магик даже в затылке почесал, чувствовалось, что неловко ему сию беседу затевать. — Ты прости, что тогда лишнего наговорил. Не имел я никакого права ревность свою на тебя вываливать.
— Ревность? — удивилась девушка, да остановилась даже.
— Ну а как иначе назвать? — обернулся к ней, руки на груди скрестил, стоит, ноги расставив. Точно не про чувства свои рассказывает, а о подвиге горделиво повествует. — Я себя обманывать не склонен. Других тоже.
Веша губу закусила и смотрит на него неуверенно, даже и не зная, что на это все сказать.
— Хорошо..? — кивнула, наконец. То ли вопрос, то ли ответ.
— Прекрати уже это, — шагнул к ней раздраженный. Веська не поняла сразу, что он делать собрался. А магик тем временем снова к лицу ее потянулся, пальцем за губу нижнюю надавил слегка, не давая Весенье ту боле прикусывать. — И что значит «хорошо»?
Он в ее глаза всматривался, выискивая ответы на вопросы свои и не находя. Девица на него глядела растерянно, но вместе с тем с ожиданием каким-то. Губы сжал, отступил. Не время. Хотя боги ведают, как хотелось не только пальцем прикоснуться…
Веша на его новый вопрос плечами пожала, а взгляд отвела, когда он отпустил. Лесьяр же нахмурился. Как эту девчонку понимать, спрашивается? Вот другие девицы на болото приходят, сразу знают зачем. Кто шелка просил, кто золото, кто зелья какие, а многие его завидев, да чары его на себе ощутив, с радостью и на другое готовы были… Головой тряхнул, из сознания образы выкидывая. Нет, Весенью он тоже хорошо представить мог, лежащую на зеленом мхе с щеками алыми, дрожащую в предвкушении. Да только неправильным то казалось. Она наивная такая, мягкая, да податливая, хотя духом сильна. Ведь поманит — пойдет за ним. Поцелует — не откажет, не отвернется. А ежели он захочет дальше пойти? Сглотнул, о том раздумывая. Но что потом будет? Смущаться будет? Расстроится, что поддалась? Наверняка… Нет уж, сперва он сам решить должен чего ему от нее надобно.
— Я тоже поговорить хотела, — от мыслей его отвлекла, — я, конечно, обещание давала…
Но не успела продолжить, как на тропку, где стояли они, выскочили потанята. Измочаленные все, в тине еще пуще перемазанные.
— Хозяюшка! — взмолились, к той кидаясь, да за юбку пальчиками хватаясь.
— Опять бесы? — всплеснула руками, а после ребятню обнимая, да успокаивая. Те закивали.
— Прямо к башне уже вышли!
— Совсем обнаглели!
— Мы дрова кололи, ты ж велела натаскать!
— А они нас в топь давай макать!
— Вот паршивые отродья! — прошипела Весенья.
Лесьяр на происходящее с иронией глядел.
— И что делать будешь? — спросил у Веши.
— Задам им по первое число… — протянула ведунья, зубами поскрипывая. Своих подопечных в обиду давать она не собиралась.
К башне вернулись скоро. Лесьяр устроился тут же, на скамеечке рядом со входом, с улыбкой готовясь наблюдать представление. Воинственность Весеньи его забавляла.
Девушка же, проводив чертят внутрь, прихватила из кладовой метлу.
— Эй, кто тут хотел ко мне в услужение? Кому силы надобно? — закричала на все болото к кромке воды подойдя. Магик улыбки на то не сдержал, не боится ведь.
Ноадь водная заволновалась, да показались три макушки. А после уж и сами бесы на бережок стали выкарабкиваться. Веша их прежде не видывала, потому теперь едва удерживалась, чтоб с визгом не отпрянуть. На кочки похожие, все какие-то нескладные, с руками длинными, ногами-ластами короткими. Лица — широкие да плоские, изо рта клыки в разные стороны торчат, все кривые. И сами зеленые, в бородавках. Одежду им заменяла тина болотная, на поясе бечевкой прихваченная на манер повязки набедренной.
— Мы хотели, — а голоса-то скрипучие, надсаженные. Заговорил тот, что в центре стоял, — уж поверь, хозяйка, мы куда справнее будем, да сильнее, чем эти твои. А их и сожрать можем, коли тебе деть их некуда.
 
Тут уж весь страх у Вешки испарился. Глянула на бесов, что тем дурно сделалось, столько гнева в ведунье плескалось. Вода от берега рябью пошла. Попытались было бесы обратно нырнуть, чуя, что жареным попахивает, да Веся, не будь дурочкой, накинула на тех свои нити, удерживая.
И получилось ведь! Успехом окрыленная, теперь за метлу взялась… Бесы-то, точно на привязи, далеко удрать не смогли, так Веша их вдоль берега принялась метлой под спину клепать.
— Я вам дам «сожрать»! Я вам дам «эти»! Только троньте еще моих подручных! — каждая фраза пинком метлы сопровождалась. Попытались бесы ощериться, но тут Вешка за нити дернула, сильнее стягивая, отчего нечистые на землю повалились. Прочные нити вышли, порвать не смогли. — Еще узнаю, что их задираете — вовсе шкуры спущу! Все ясно!? — а у самой волосы ходуном, взвились страшно вокруг головы. Глаза мерцают.
— Все поняли, хозяюшка, — на землю попадали, да задами вперед обратно к болоту отползать стали. Чуяли, какая сила в ведунье беснуется.
Нити оборвала да метлой их в воду погнала. Те только и рады слинять.
— И чтоб я вас тут больше не видела! — крикнула вдогонку.
— Браво, — Лесьяр смеялся, отчего Вешка еще боле за себя гордость ощущала.
— Спасибо, хозяюшка, — вот и потанята прискакали. Веша их по волосам треплет, а сама собой довольна до нельзя. Еще с пару месяцев назад скажи кто, что она бесов болотных гонять будет, да нитями силы их сдержать сможет — не поверила бы. А тут… Впрок учеба идет.
— Пожалуйста. И коли еще кто задирать будет — сразу говорите. Вы все ж под моей защитой.
Те закивали, еще боле к хозяйке проникаясь преданностью да привязанностью. Не ошиблись, к ней в спальню тогда проскользнув.
— Сегодня, к слову, время пришло, — не стала откладывать Веся, да на макушки потанят ладошки прижала. Силу удалось быстро выплеснуть, с легкостью та уж поддавалась, точно глина.
Чертята все передернулись, хвосты дыбом встали, силу принимая, а после заскакали по берегу, переполненные и тем радостные.
— Дрова идите, доколите, шкодники, — фыркнула на то глядя девица.
Снова оставшись вдвоем с Лесьяром, Веша неуверенно приблизилась к Хозяину и уселась на край лавочки.
— Ты вроде что-то сказать хотела, — напомнил магик, глядя на простирающееся перед ними болото.
Веша замялась, уже не ощущая прежней решительности. Настрой совсем не тот был.
— О чем обещание-то давала? — а сам с хитринкой поглядывает. Под взором этим девица еще боле стушевалась.
— Так бабусе обещалась, что выучусь, — с натянутой улыбкой отозвалась. А магик точно понял, что вовсе не то она сказать хотела. Головой покачал, ухмыляясь, — вот… уж получается что-то, — и смеется так натужно, а пальцами подол мнет. Ох, как неловко было. Хотела ведь сказать, что, похоже, влюбилась в него, не сдержала данного обещания, да не набралась храбрости, побоялась, что не одобрит того магик. Не похоже было, что то ему надобно. Ну, заигрывает с ней, так то ли удивительно? Может он со всеми себя так ведет? Неуверенность Весенью придушивала, не позволяя порывам собственным наружу пробиться.
— Ясно, — протянул Лесьяр, а после тему перевел, — я подумал тут, раз уж ты Велесовой ночью так заинтересовалась, может поможешь мне защиту поставить? Заодно в чарах потренируешься.
— Так, конечно! — отозвалась с готовностью. Еще б отказалась!
— Но учти, нелюдей много встретим, там с каждым царством надобно договориться, — пояснил он. Но Веську то не напугало, кивнула с готовностью.
— Хорошо!
— Смотрите, на все согласная, и не боишься? — фыркнул магик на радость девичью любуясь. Та головой помотала.
— Ты же рядом будешь, — сказала, а сама лишь позже фразу осознала, отчего опять румянец растреклятый по скулам растекся. И вроде ведь не сказала ничего, а так тепло самой стало от слов этих.
— К ночи соберись тогда, Базан света дневного не любит, а к нему первому отправимся.