Ученица Хозяина Топи (СИ)
— Я и не знала, что озеро здесь есть, — выдохнула Веша, завороженно на такую картину глядя. У нее-то в деревне только речка проходила недалече, да и ту можно было вброд перейти в летнюю сухую пору. А озер таких почти и не видала прежде.
— О нем особо и не говорят, — отозвался полоз, — люди так и вовсе сюда не ходят, через топи так просто, тропы не зная, не пройдешь, да к тому же и нечего им на русалочьем озере делать…
— Русалочьем? — переспросила опасливо, да подальше поспешила отойти от водной кромки. А ну как покажутся из воды синюшные руки, да утащат на дно, защекочут до смерти. Останешься тогда с ними на веки веков…
— Не пугайся, — успокоил ее полоз, — своих не тронут.
И вставив два пальца в рот, свистнул, что было мочи. Взметнулись ветви ивы, дрожа серебристыми острыми листочками. Пошла по воде рябь волнистая. Вешке даже уши зажать пришлось, так звонко прозвучало. А как стихло эхо полозова свиста, водная гладь разровнялась снова…
Веська с Арьяном стояли у расчищенного места, точно кто специально десяток метров травы выдергал вдоль берега, чтоб заход удобней был, песочек вот сквозь прозрачную воду виднелся. Вешка в жаркую пору здесь бы искупаться не отказалась, коли б не русалки. Да только отвлек от дум шорох, да всплеск чуть левее, где уже осока росла. Вздрогнула девушка, на звук оборачиваясь. Чай, русалок то в жизни своей не видала… Арьян, ее за плечи приобнял, а на взгляд к нему обращенный, улыбнулся в знак поддержки.
— Смотри, — и лицо ее за подбородок аккуратно к воде обратно отвернул.
Хотела Весенья уже ему высказать за фамильярное обращение, да и отвлеклась. Из воды стали девицы появляться — одна другой краше. Кожа белая, точно первый снег, глаза огромные, печальные, в обрамлении ресниц густых и длинных. Волосы русые, да вьются по водной глади серебристыми узорами, длинные у всех, точно плащи по поверхности тянутся.
Веша невольно к боку мужскому прижалась, боязно сделалось.
— Кого ты к нам привел, Арьян? — ближе всех одна подплыла, по пояс из воды вытянулась, да в воде у берега присела, — новую подругу?
Красива была эта русалка, ладная, с плечами покатыми, усеянными бледными веснушками, точно причудливым узором. Волосы от лица отвела, да глазами телячьими их обоих смерила.
— Подругу, Миланья, — отозвался Арьян, — да только не такую, какую тебе надобно. Ее на дно не вздумайте утянуть. Она Хозяина Топи ученица, да мне… дорога, — на последнем слове он ее как-то уж совсем тесно к себе приобнял, от чего Вешка взгляд потупила, да плечами повела, высвободиться желая.
Водяница же их с интересом оглядывала, в то время как остальные на расстоянии, да на глубине держались. Волосы пальцами расчесывала, пряди по стану раскладывая, да укрываясь ими, точно плащом.
— Дорога, значит? — переспросила с легким насмешливым удивлением, — как все прежние?
— Не так, — прошипел сквозь зубы, — Весенья особенная…
Русалка на то лишь рассмеялась.
— Хорошо, как скажешь, слышали, девочки? — обернулась к своим подружкам, те лишь лица наполовину из воды показывали, да хвостами изредка всплескивали. — Весенью не трогать, не играть и не заманивать, всем передайте.
Те молча под воду ушли, брызгами ответив на прощание, а Миланья к собеседникам опять обернулась.
— Значит, будем дружить? — и вопрос то вроде задала нарочито равнодушно, а сама глянула искоса, любопытная.
— Будем, — улыбнулась Веша, Арьян ее отпустил, наконец, — а точно на дно не потащишь?
— Сказала же… — рассмеялась невесело, — вот недоверчивая. Жених вон твой как смотрит, — махнула на хищно улыбающегося Арьяна.
— Не жених он мне вовсе! — возразила Весенья, но русалка на то улыбнулась лишь.
— Озеро ей покажешь? — а Арьян Миланье и ответить не дал.
— А чтоб и не показать, похвастаю своими владениями.
— А отсель не видно его разве? — Веська почуяла неладное. Что ж с берега то, не видать что ли?
— Это не то, — отмахнулась от нее Миланья, — коли не побоишься и не такое увидать можно. Так что? Или боишься ножки промочить?
— Не побоюсь, — и подбородок вздернула.
Все ж Арьян обещал, что ей ничего дурного не грозит, как и русалка. Чутье, вот правда, снова пошептывало, что глупостями она занимается, и коли Лесьяр узнает о том — уши ей открутит, что рисковала так… А может и не открутит, все ж не нянька ей!
У Арьяна тем временем снова ноги хвостом обернулись. Кончик его, холодный и тонкий, до Веськиной лодыжки докоснулся игриво, да та отскочила, вскрикнув даже, да об корягу споткнувшись, полетела навзничь.
— Прости, не хотел пугать, — поймав девушку, извинился полоз, — не подумал, само как-то вышло.
— Ты, пожалуйста, держи при себе… — хвост смерила взглядом, — свои конечности.
Русалка тем временем от берега отплыла, да под воду занырнула. А как на поверхность явилась, так не одна уже, рядом с ней огромный сом плыл. Длинный, пара саженей, кожа темная от воды блестит, а усищи в воде шевелятся.
Вместе с сомом Миланья почти на самый берег выплыла. Веше здесь почитай до середины голени глубина была.
— Ну, полезай, — велела русалка, на спину сома указывая, — за усы только не дергай, он того не любит.
Вешка отчаянный взгляд на полоза кинула, понимая, что как залезет, пути назад уж не будет. Арьян уже тоже в воду вполз, песок взбаламутив, да руку ей протягивал.
— Я на тебя заклятие наложу, чтоб не замерзла и не вымокла, позволишь? — спросил осторожно. Вешка кивнула, да к кромке воды шагнула, за руку полозова принца беря. Тот что-то зашептал, и по Весенье точно ветерок теплый прошелся с макушки до пят, да окутывая мягким, едва ощутимым коконом. Арьян ее в воду потянул. Шагнула, да и вправду не ощутила ни холода, ни сырости. Странно то было, точно тебя плотным чем, да мягким сжимает, вроде и вода, а не мокро. — Мы, полозы, тоже в воде дышать не умеем, потому научились такой хитрости, — подмигнул на ее удивление.
Весенья на сома верхом села, гладкую шкуру пальцами погладила. Холодный был, но не слишком.
— В воде только не паникуй, дыши, как обычно, и все хорошо будет, — пояснил напоследок.
— Поплыли уж, — хихикнула Миланья.
Сом под Вешкой встрепенулся, волны кругом пошли.
— Ты лучше ляг на него, да за плавники возьмись, — подсказал полоз, сам в воду погружаясь.
Вешка сделала, как то велено было — распласталась, ногами бока рыбине сжимает, руками за плавники держится. Глаза зажмурила, как сом вперед двинулся, а после и нырнул. С головой накрыло, даже в ушах загудело, только вот воды ни в рот, ни в нос не хлынуло, как обычно то бывает. Обволокло, это да, но Вешка по прежнему могла дышать. Глаза распахнула и едва рот от удивления не раскрыла…
Плыли они ко дну озера, а кругом словно лес причудливый раскинулся — вились водоросли ветвистые, среди них серебристыми бликами рыбки сверкали, лучи солнечные водную толщу столбами прорезали, освещая. А на самом дне раскинулись руины старого замка. Купола башенок, местами уже мхом и водорослями заросшие, все ж еще сверкали золотом, искрились. Стена, вкруг замка выстроенная, почти вся разрушена была, да сточена водными потоками, отчего формы стала волнистой, точно ее какой затейливый мастер строил.
Замок же в три этажа высился. Не шибко велик, да даже сейчас, под толщей воды, украшенный мхом и растениями сохранял было величие. Основательный, он выглядел надежным укрытием.
— Это еще не все, — Арьян плыл рядом, извиваясь хвостом, как настоящий змей, — гляди…
И правда, только они поближе оказались, Миланья приостановилась, на Вешку хитро глянула, а после странным жестом, точно воду толкнула, послала к замку волну мелких пузырьков. Та едва каменную стену прошла, разбилась, и тотчас стали по камням зажигаться огоньки разноцветные. Не то растение какое, не то камушки, сверкали ярко, всеми цветами радуги, придавая этому месту действительно волшебный облик.
Веша глазами радостными на Арьяна глянула, проверяя словно, не кажется ли ей то. Но судя по реакции полоза, тот все тоже видел. Хотя больше ему удовольствие приносила радость девичья.