Коснись меня (СИ)

— Кира, еще трансфер, — добавил он. – А лучше… Нет я сам их встречу.
Через четыре часа я обнаружила, что совсем выдохлась. Большинство пунктов в моем листе были сродни «принеси мне рог единорога». Добыть мраморную говядину оказалось делом почти невозможным, а Александру она нужна была еще и обязательно выдержанной в каком-то соусе три дня, название которого я выговаривала с трудом. А что касалось гостиниц – было всего четыре, которые предоставляли полную конфиденциальность и обладали достаточно надежной репутацией. В двух из которых не оказалось достаточного количества номеров, а в одной отказались принимать делегацию из итхисов.
— Можно снять вашим гостям апартаменты? – поинтересовалась я по внутренней связи.
— Нет. Только гостиница, — сообщил мне Дарк в своей обычной, суховатой манере.
Звоня в четвертую гостиницу я скрестила пальцы, и тогда «о чудо!» мне улыбнулась удача. Персонал оказался достаточно профессиональным, чтобы принять толпу «ночных демонов». Пока я делала заказы для Александра, я в который раз поразилась узколобости некоторых своих соотечественников. Да, они белые как снег и любят сырое мясо, но японцы вот едят сырую рыбу и никто при их виде не крестится.
Оставался только легко решаемый вопрос, касающийся свежих цветов в офис и более сложный о развлечении наших гостей. Идею о корпоративной пьянке Александр отверг, зато мысль об экскурсии по центру города его впечатлила. Мне оставалось найти толкового экскурсовода без итхисофобии.
Мой рабочий вечер приближался к концу. Дарк вновь обрел душевное равновесие и даже не стал меня задерживать.
– Спокойной ночи, – сказал он мне, задумчиво рассматривая мой силуэт.– Я не жалею, что нанял вас, – добавил он затем, словно сказанное было высшим комплиментом.
Я мысленно хмыкнула, решив, что у Дарка наверняка проблемы в общении с женщинами. А вслух сказала:
– Всего доброго. Спасибо.
С фальшивой улыбкой я легко поклонилась ему на прощание, мысленно уже погрузившись в ванну с ароматизированной солью.
***
Ночь снова подарила мне сон про обрыв и шипение змей. «Ты видишь то, что тебе не следует видеть», шептало мое подсознание «Отвернись, отвернись, отвернись», но я продолжала вглядываться в бездну, я ждала появления светлого бока с восторгом и жадностью. Мне было важно увидеть его, коснуться его. Снова я перешагнула за край и нырнула в бездну, чтобы проснуться от беззвучного крика, застрявшего в легких.
Встала я в восемь утра, хотя тело ныло от желания продолжать дремать под теплым одеялом. С часу до двух у меня в расписании стояло две тренировки по пилатесу, которые я не отменила, опасаясь, что совершу оплошность и Дарк отправит мою задницу на поиски новой работы. Девочки соскучились по своему любимому тренеру, да мне хотелось размять мышцы. Две работы – это не просто, но зато нет времени на размышления о глупых снах. Я заставила себя принять душ, плеснуть кофе в пустой желудок и начать обзванивать все топовые экскурсионные агентства.
Назначенная цена устраивала абсолютно всех, с кем я говорила – не каждый день можно получить месячный заработок только за обзорную экскурсию по ночному городу для группы из шести человек. Однако просьба встретиться и обговорить детали у многих вызывала недоумение, а мне нужно было знать, что человек, увидевший итхисов, не устроит истерику и проявит достаточный профессионализм. И у меня не было времени ждать или доверять сайтам с положительными отзывами. Те, кто не согласился на встречу, получили от ворот поворот.
Сонная тетя наблюдала, как я в спешке одеваюсь и бегу на улицу. Она недовольно пробурчала, зевая и плотнее кутаясь в синий шелковый халатик, символизирующий для меня дом и уют:
– Уже и днем тебя не вижу, все мои дети разбегаются, – вздохнула она с грустью. Вера считала и меня и Викки своими детьми, так же как мама считала Льва своим сыном. Сказывалась удивительная связь близнецов. Я чмокнула ее в щеку в знак извинения.
По дороге на встречу с первым предполагаемым экскурсоводом я заскочила в маленький цветочный магазин, хозяйкой которого была мать Лоры. Бизнес шел неладно, поддерживаемый только такими праздниками, как День святого Валентина да день Матери, когда нерадивые сыновья вспоминали о тех, кто произвел их на свет и сделал личностями. Ах, если бы мама была рядом, я бы дарила ей цветы каждый день и говорила «спасибо» за то, что она у меня есть. И почему такие мысли приходят нам в голову слишком поздно?
 
Звякнул колокольчик, известивший о моем приходе. Красивая армянка, которой перевалило за 50, заботливо опрыскивала цветы. Широкая улыбка сползла с ее лица, женщина не смогла скрыть своего разочарования, когда поняла, что я не покупатель. Розана, так ее звали, решила, что я пришла, чтобы спросить, как дела у ее дочери, или просто поболтать. Когда я озвучила ей свое предложение и сумму заказа, ее бездонные черные глаза засияли, она словно помолодела лет на десять. Она пообещала, что к вечеру все будет точно готово. Розане можно было доверять, и я со спокойной душой отправилась дальше.
Я прошла мимо огромного гипермаркета, в котором наверняка продавалось все, в том числе и цветы, и непроизвольно вздохнула. На душе остался осадок грусти от осознания того, что все вот такие крохотные магазины как «У Розаны» закрывались. Маленькие, с любовью построенные своими хозяевами, они не могли выдержать конкуренции с большими корпорациями. И оттого лицо города становилось однообразным и очень скучным. Черт, я и сама работала на огромную корпорацию, которая вытеснила с улиц множество уютных баров и частных клубов.
Я добралась до места встречи на метро, по привычке игнорируя протягиваемые мне руки. Мания поиска Искры вызывала у меня легкое чувство тошноты. Идея получить идеальные отношения без работы над ними мне казалась смехотворной и попросту нечестной. Мы с Викки не были детьми Искры, и от этого были не менее красивыми и талантливыми, чем дети Искры, которых хвалили на каждом шагу и которыми восхищались словно полубогами. Идея эта мне опротивела еще больше после того, что я узнала о таких как Александр и о псевдоискре. Что происходит с ее жертвами? Могут ли они когда-нибудь вернуться к нормальной жизни?
Среди плотной толпы мелькнула подозрительно знакомая копна черных волос – бывшая секретарша Александра, которая по случайности оказалась позади меня, метнула в мою сторону взгляд, полный ярости, и вышла из вагона. Я тряхнула головой, отгоняя внезапно возникший страх и подозрительность, и отправилась на место встречи с возможными гидами.
Я решила провести интервью в уютном кафе на окраине, не далеко от студии Веры. Только сегодня я узнала, что это место — одно из побочных предприятий Александра. У меня два часа на встречи с предполагаемыми гидами, и оставалось еще немного времени, чтобы добраться до студии. Отличительной чертой этого места было бесконечное количество кошек, свернувшихся в клубочки на стульях, подоконниках, урчащих и прижимающихся к ногам. Интересно – а Александр кошатник? Впрочем, то, что у него было кошачье кафе ничего о нем не говорило. Дарку принадлежало множество клубов и даже пара борделей в Европе, но не пати-боем не любителем женщин я бы его не назвала.
Гид опаздывала уже на полчаса, из-за чего теряла шансы получить эту работу. Едва она вошла и представилась, я тут же захотела отказать ей.
Грузная неприятная особа с кучей рыжих кудряшек на голове не вызывала симпатии, а когда я задала ей пару вопросов, и вовсе вывела меня из себя. Я вежливо ей отказала, за что услышала много нового в свой адрес. «Пигалица малолетняя» были самыми нормальными из ее слов. И это гид с лучшим рейтингом… Чего-то я в жизни не понимаю.
Вторым оказался приятный мужчина среднего возраста с богатым опытом и хорошо поставленной речью. Проблемой оказалось то, что он знатно прихрамывал на одну ногу и довольно часто прикасался ко мне во время разговора. Трогал за плечо, касался ладони, что изрядно меня раздражало. К сожалению, он относился к тому типу людей, для которых очень важен тактильный контакт, а итхисов трогать было категорически нельзя.