"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Я стараюсь не отсвечивать, я ещё пацан, хоть и крепкий. Так ко мне и относятся. Удалось немного приодеться, караванщики частенько выкидывают ненужные вещи у нас во дворе. Вот я и подобрал почти целые портки и рубаху из плотной ткани. Правда всё было испачкано в грязи. Пришлось отстирывать у речки, Реса подштопала и как новое. Вот обувки у меня нет. Нормальной нет, есть чуни. Мой друг Урхо связал из пеньковой верёвки. Сейчас ночи уже холодные, близится зима, босиком не походишь. Простудишься и привет, больниц здесь нет. А так обмотал ногу тряпочкой, одел чуни, зашнуровал до колена и можно жить. Говорят, что и зимой так ходят.
  
А сегодня мы едем в город, хозяину нужно там закупиться. С собой он взял здоровущую Арну и меня. Наш экипаж представляет собой обычную скрипящую телегу и флегматичное животное, похожее на пони - переростка, Невысокое, но сильное. Выехали с петухами, даже позавтракать не успели. Арна выдала мне горбушку хлеба и кусок холодного мяса. К городу подъезжали ещё засветло. Низкие, деревянные стены, обмазанные глиной. На воротах несколько охранников. Ганубалк сунул старшему мелкую монету и нас пропустили. Минут двадцать мы тащились по узким улочкам городка. Наконец остановились у постоялого двора. Ну а как ещё назвать - большой домина с конюшней и большим двором. Время вечернее, нас покормили жидким варевом, похожим на перегоревший кулеш. Сам хозяин остался ночевать внутри, а мы с Арной пошли в конюшню. Наша лошадь меланхолично жуёт сено. Забрались по лестнице под крышу, там уже устроились какие-то молодцы. Мы выбрали дальний угол, зарылись в солому и уснулись. Вернее, я пытался уснуть, холодно однако, моя одёжка не для ночёвки при нулевой температуре. Поэтому я ворочался, а вот Арна уснула сразу. Когда я немного пригрелся, то услышал шорох. Насторожившись, темнота - ни хрена не слышно. Но, судя по звуку, к нам приближаются. Я ткнул, сопевшую рядом Арну. Она перестала прихрапывать, но также лежит, не шевелясь. Я почувствовал, как на нас надвигается большая тень. Поэтому крикнув, откатился подальше. И всё равно мне прилетел больнючий удар коленом по рёбрам, а потом и по лицу. Я только лягнул со всей силы нападавшего, куда-то попал. С резким хеканьем моя спутница зафиндилила в нападающего ногой, тут же ещё удар. Вдвоём мы скинули последнего противника с верхотуры. Кто-то внизу зажёг факел. Арна стоит, гневно раздувая ноздри. Прямо воительница, внизу ползают три мужика. Хорошо она им приложила. Потихоньку всё успокоилось. Оказывается, парням захотелось сладенького. Высмотрели, что на сеновале с ними устроились ночевать девка с пацаном, ну и решил по-тихому попользоваться. Сейчас они, недовольно ворча убрались спать в свою телегу. На поле боя остался трофейный полушубок. Арна укрыла им меня и прижала к себе. Так и заснули. А утром, в результате короткого, но бурного обсуждения, полушубок достался мне, как компенсация за разбитую губу и ноющие рёбра. Я бы вообще их голыми отпустил за такое, но здесь это в порядке вещей. Ну задрали бабе юбку, убудет с неё что ли.
После завтрака холодной кашей, что была вчера на ужин, мы пошли на рынок. Я тащу две корзины, стараюсь следовать сразу за Ганубалком и Арной. Толпа перед рынком плотная, могу и потеряться. Торгуют тут с земли или с деревянных прилавков. Вначале мы прошли по вещевым рядам. Хозяин долго приценивался к детскому полушубку, в итоге взял. Наверное доченьке. Арна купили нитки и какое-то шитьё. А мне остаётся только глазеть. А вот когда мы вышли к продуктовым рядам, процесс пошёл веселее. Хозяин купил немного специй, прямо несколько напёрстков, которые бережно в мешочке убрал за пазуху. Потом мне в корзину сунул пару кругов твёрдого сыра, пучки зелени и стручки жгучего перца. Несмотря на невинный жёлтый цвет, они оказались злыми. Я надкусил кончик, теперь иду мучаюсь. В другую корзину мне сунули трёх куриц. У нас есть свой курятник, но последний раз важные гости потребовали белого мяса, так хозяин всех пустил под нож, кроме петуха, конечно.
А я посматриваю, что сколько стоит. Ганубалк расплачивается мелкими медными и бронзовыми монетами. Но, когда разгулявшие купцы расплачивались за трапезу, они часто высыпали содержимое кошеля на стол и отбирали нужные монетки. Поэтому имею представление о местных деньгах. 
Реса говорила, что привозные монеты чаще всего взвешивают на весах, чтобы определить их истинную ценность. А вот монеты данной области не взвешивают. Они зачастую имеют неправильную форму. Овальные, толстые, вплоть до шаровидных слитков. Эти монеты подгонялись до стандартной массы. Оттиск - штамп являлся свидетельством, что эта монета чеканилась властями. Самые дорогие монеты я видел только раз у заезжих аристократов. Монетка явно не золотая, похоже на серебро, только с другим, светлым оттенком. Серебрушки больше по размеру, есть большая, есть в два раза меньше. А вот медь или бронза различаются номиналами. 
Назад шли гружёнными, разместив всё в телеге поехали к амбарам. Там хозяин при купил несколько мешков зерна. Ночевать нам сегодня предстоит в телеге, чтобы не обнесли. Уже укладывались, когда Арна подмигнула мне и вытащила из-за пазухи пряник. Большой такой, с мою ладошку. Она одним движением разломала его пополам и угостила меня. А вкусно, сладкий со вкусом карамели. Только очень твёрдый. Я откусывал его по маленькому кусочку и сосал.
Утром встали опять спозаранку, перехватив холодной каши - выехали из города. Красота, хозяин сидит на облучке телеги. Арна давит на массу позади, а я устроился между мешками с зерном и смотрю назад. Неторопливо пробегает лес по краям дороги. Небо пасмурное, но дождя нет. А я закутался в свой новый полушубок и дремлю. Приеду, надо будет его оттереть от грязи, почистить мех и хорошенько просушить.
А через десять дней выпал первый снег. Шёл всю ночь и полутра. А меня, как назло, за дровами отправили. Взял грубо сработанные санки, подпоясал свой полушубок верёвкой и потащился по направлению к лесу. Причём искать сушняк разрешалось только в ближнем леску. Дальний — это вотчина нашего барона. Там сушняка полно, а брать не моги. Поймают, в лучшем случае выпорют. А могут и кисть отсечь. 
Вернулся назад, весь продрог, подул ветер, завьюжило.
Я только собрался ухватить кусок чего-нибудь, с утра маковой росинки во рте не было, как услышал рёв. Это нашему хозяину уголёк с очага стрельнул в глаз. Пока он его смахнул, успел получить приличный ожёг. Вот сейчас и бросается на всех. Прижал грязную тряпку к глазу и бешено вращает вторым. 
-Арна, холера ясна. Живо помоги мне одеться, пойдём к тётке Будике.
Будика у нас за знахарку, это она меня лечила, когда попал в этот мир. 
Наорав на своих женщин, приказал готовить мясо к ужину и вдвоём, с поддерживающей его Арной вывалился на улицу.
Реса с двумя тётками заполошно мечутся. Филен, это наш пацанчик как заведённый крутит тяжеленный вертел с оленьей тушей. 
Привыкли, что хозяин всем рулит, редко оставляет их одних. Оно бы ничего, но сегодня вечером к нам прибудут непростые гости. Курьер заранее предупредил, чтобы приготовили несколько комнат.
Ради такого события хозяин купил у охотников свежей дичины, а тут такой конфуз. Бедный Филен уже умаялся, мясо пригорает. Девки мечутся.
Пришлось мне взять любимый хозяйский нож, подправить лезвие до нормального состояния. 
- Филен, можешь так подержать?
Пацан радостно закивал, обрадовался, что помощь пришла.
А я начал срезать уже обугленное, испорченное мясо. 
- Так, держу теперь этой стороной.
Я не представляю, как зажарить равномерно такую большую тушу на открытом огне. Если только срезать как шуарму. Я попросил принести мне подходящую посудину. Вот же убогость, несколько котлов разных размеров и степени закопчённости. Огромная сковорода и всё. А где кастрюльки. Ну, понятно, что привычных мне тут нет. Но я видел большую глиняную посудину с крышкой. А, вот она, занята распаренным зерном. Пересыпал в котелок, ополоснул и поднёс к огню. С помощью одной из женщин я начал срезать полусырые куски с туши, когда посудина была на три четверти заполнена. Отнёс её к плите. Наполнил водой, закрыл крышкой и отправил внутрь.