Соболев. Глава Рода (СИ)

Так что в какой-то момент бывшего ботаника накрыла волна темноты и боли, и он потерял сознание.
— Готов, — просто сказал Борис, когда Богдан обмяк и растянулся перед ним и Геной.
— Но ты же его всё равно чувствуешь? — спросил Гена.
— Конечно, я могу прямо сейчас поднять это тело и заставить его, например, макнуться головой в унитаз. Как тогда, ну ты помнишь.
Гена в ответ зашёлся хохотом, они с Борис жили уже долго, очень, и слова двоюродного брата сейчас напомнили о бурной молодости.
  
Когда-то, давно-давно, Борис точно также макнул головой в сливную яму, унитаза тогда не подвернулось, Филиппа Волкова. Своего старшего брата, который должен был стать главой рода.
Должен был, но не стал. Гена запечатлел весь процесс на даггероскоп и Филипп сначала получил унизительное прозвище, а потом отправился смывать позор в тогда еще Бельгийское Конго.
Где и сгинул под ядовитыми стрелами местных аборигенов.
Гена отсмеялся и сказал:
— Идея, конечно, хорошая. Но, наверное, не стоит.
— Не стоит, но надо показать этому щенку его место, — ответил Борис и сконцентрировавшись посмотрел на лежащего в забытье Богдана.
Ответом на его взгляд стало жёлтое пятно, растекшееся под телом юноши.
— Отлично, — захлопал в ладоши Гена, — просто отлично. Этого достаточно.
— Я тоже так думаю, — ответил Борис и привел Богдана в чувства.
Пробуждение выдалось просто ужасным. Голова у юного менталиста буквально раскалывалась, да еще и Богдан с ужасом осознал, что он, как какой-то слабоумный, обмочился.
— Это будет тебе уроком, щенок, — сказал Борис когда Богдан, тяжело дыша поднялся на ноги, — ты хоть понимаешь что ты сделал?
— А что я сделал? — спросил юноша дрожащим голосом.
— Не прикидывайся идиотом. И ты, и мы с Геной знаем, кто на самом деле убил ту проститутку. Ты хоть представляешь, чего мне стоило убрать за тобой в том здании? Видеонаблюдение — это мелочь, как и пожар которые устроили твои марионетки.
— А что еще? Я думал, что пожар уничтожит все улики.
— А тот городовой? А парковочная квитанция? А отпечаток твоего дара? Там всё буквально кричало, что это Богдан Волков как следует порезвился.
— Ваша Светлость. Дайте мне минуту.
Богдан Волков был очень крепким, и сейчас к нему стремительно возвращалась способность здраво мыслить и говорить. Он, не обращая внимание на мокрые штаны, сел в кресло и как ни в чём не бывало продолжил:
— Ладно, не буду отпираться. Это я заставил ту шлюху немного полетать. Но, судя по тому, что сейчас со мной разговариваете вы, а не полицейские попки, всё в порядке.
— Не в порядке, придурок, ничего не в порядке! — вспылил в ответ Борис. — сейчас я замял эту ситуацию. Но я не смогу делать это постоянно! Так что соберись, Богдан! Не заставляй меня возвращаться к мысли, что тогда, в крипте призыва, я совершил ошибку.
— Что вы имеете в виду, Ваша Светлость, — мгновенно отреагировал на слова князя Богдан.
Борис и Гена переглянулись между собой, и сильнейший анимаг Волковых задумчиво произнес, растягивая слова:
— Боря, думаю надо ему сказать. Рано или поздно правда всё равно всплывет.
— Уверен? — спросил Борис, глядя на Гену.
И князь, и его правая рука говорили так, как будто они сейчас одни в холле апартаментов Богдана. Как будто и не было рядом с ними молодого студента.
И это чрезвычайно злило молодого Волка. Но что поделать? Состоявшаяся только что ментальная дуэль наглядно показала его место в иерархии Волковых. Как говорится: обосрался — обтекай. Не умеешь — впитывай! Вот Богдан и впитывал.
— Уверен, — ответил Гена, — шила в мешке не утаишь.
— Может ты и прав. Ладно. В общем, — Борис повернулся к Богдану, — изначально тебя из нулевого мира к нам призвал Григорий Соболев. А я призвал того, кто сейчас известен как Алексей Соболев. На тот момент Алексей был полным нулём, а ты наоборот. Твой потенциал видели все в крипте. Я купил обмен тебя на Алексея Соболева, и очень много доплатил. Если бы не это, ты стал бы Соболевым. И учитывая, как вырос Алексей, я всё чаще думаю, что ошибся.
Услышанное стало шоком для Богдана, он то думал о своей исключительности, а тут такое.
— В общем так, Богдан, — сказал Борис после длительной паузы, — я сказал всё что нужно. Как следует подумай о моих словах. Сейчас не то время, чтобы закрывать глаза на твои выходки. Подумай и сделай выводы.
Сказав это Борис развернулся и пошёл к выходу. Гена последовал за ним, и, когда глава рода вышел, он повернулся и сказал:
— Бывай пацан. Надеюсь ты всё понял.
Дверь за двумя сильнейшими членами рода Волковых, менталистом и анимагом, захлопнулась и Богдан брезгливо осмотрел себя
— Ладно ублюдки, — злобно произнёс он вслед Борису и Гене, — Замена значит? Жалеете об этом? Дайте срок, и я вобью эти слова в ваши поганые глотки. С зубами вобью. И этому уроду Соболеву я покажу его место. На кладбище.
* * *
— Всё, всё, сдаюсь на милость победителя! Лера! Хватит! Я боюсь щекотки! — прокричал я и кинул подушку в мою девушку, — так, юная леди, не вынуждайте меня переходить к крайним мерам!
Нет, всё тщетно, Котова упорно меня атакует, да еще и смеется, зараза такая. Ну всё, я за себя не отвечаю.
— Система! Включить душ. Температура один градус по Цельсию, — кричу я системе умных апартаментов. Здесь, как и в моём мире, в ходу система СИ. И, не слушая отчаянный крик Леры, “Соболев! Ты что творишь?! Да я тебе яйца оторву!” хватаю свою девушку, вскидываю её на плечо, несу в ванную и буквально скидываю в душевую кабину.
Ну а потом я пользуюсь преимуществом в скорости и силе. Закрываю дверь кабины, не даю открыть и считаю до десяти, наслаждаясь музыкой. Ну как музыкой? Лера кричит на меня, обещая самую мучительную смерть из всех возможных.
Поздно подруга, надо было раньше думать. Тогда, когда ты вздумала меня защекотать. Я же предупреждал что буду мстить, и мстя моя будет страшна.
— Система, температура душа сорок градусов Цельсия, — говорю я,захожу в душевую кабину, и Лера возмущенно пытается бить по моей груди своими кулачками.
Я перехватываю её руки и запечатываю губы девушки поцелуем. Лера, конечно, пытается сказать всё что она обо мне думает, но вскоре обмякает в моих объятиях, и её возмущение сменяется стонами удовольствия.
Через сорок минут (моя кошка неутомима и заводит меня с пол оборота, даже когда я думаю что хватит), мы сидим на балконе закутавшись в махровые халаты и просто разговариваем.
— Соболев, я тут недавно узнала новое слово из твоего старого мира, — говорит Лера, глядя мне в глаза своим острым и немного шальным взглядом.
— Интересно какое? — откликаюсь я.
— Абьюзер, — отвечает Лера, — ты самый настоящий абьюзер.
— Не знаю о чём ты, — с каменным лицом говорю я и тянусь к ней для поцелуя. Лера отвечает, и я снова выпадаю из реальности.
— Тебе не пора на тренировку? — спрашивает Лера, когда мы с ней лежим в кровати. Халаты остались где-то там на балконе, и я любуюсь идеальным телом моей девушки.
— Нам пора, — поправил я Леру, — я конечно сейчас зверюга и вообще анимаг, но с твоим баффом будет надёжнее.
— Тогда хватит валяться. Вставай лежебока! — со смехом говорит она, — турнир сам себя не выиграет. 
Ну да, ну да. Тут она права.
Встаю с кровати и с удивлением вижу, что с потолочного вентилятора свисают Лерины чулки, как они только там оказались? Вопрос риторический, на него не нужно отвечать.
— Отвернись, — говорит мне Лера, когда я подал ей все предметы её гардероба. 
Девушки странные создания, это мягко сказано. Я только что видел её обнажённой, да и когда я её раздеваю, она нисколько не стесняется. А вот обратный процесс — это совсем другое дело, моя страстная кошка раз за разом превращается в чуть ли не монашку. Ну ладно, кто их поймет этих женщин?
  
Мне тоже пора одеваться, тренировка дело такое, опаздывать нельзя…
— Лёша, — сказала мне Лера, когда мы собрались, вышли из здания общежития и под пристальными взглядами охраны сели в мою новую машину, — тебе не кажется, что надо прекратить сотрудничество с Нахтигаль?