Играя с огнём
— Гены, — пояснила как можно более обтекаемо, не вдаваясь в подробности наследственности. — Я вольна сама выбрать себе пару. Какую хочу.
Раймон вскинул брови в удивлении.
— Хм… — протянул, усмехнувшись. — А меня в детстве у отца забрали на откуп, и один фанатик вколол мне специальную сыворотку, — снова замолчал, ожидая, когда я переварю ещё одно неожиданное признание.
Фанатик… Тоже отец Селены?
Интересные подробности вскрываются…
— Забрали? Зачем?
— Долгая история, — поморщился Раймон. — Просто отец отказался помогать одному альфе, и тот решил добиться желаемого путём моей кражи. Ну и вот так… пошутил. Здесь тебе лучше вообще-то у родителей поинтересоваться произошедшим. Они же непосредственными участниками были. Твоя мать как раз и убила того фанатика.
Уставилась на него в шоке.
Моя мама? Кого-то убила?
Да ладно!
Не верю!
Кто угодно, только не она!
Наказать — да. Но убить?
Да ещё и отца дочери, пусть и приёмной?
Быть того не может!
— Наверное, стоило промолчать, — заметил сконфуженно Раймон.
Вообще, не сказать, что он из-за произошедшего с ним так уж переживал. Да и мне, если честно, после переваривания всей информации, стало легче. О сыворотке, уменьшающей тягу пар друг к другу, я хоть и наслышана, но раньше мне это казалось кощунством — разрывать связь таким образом. А сейчас… Я как никогда была рада её существованию. Уж не знаю, кто тот безумец, придумавший это "лекарство", но, лично я, ему очень и очень благодарна, как бы жутко это ни звучало.
— То есть ты… Я… Мы… — рассмеялась облегчённо. — Вот точно: хвала Луне! — выдохнула радостно.
— Точно, — поддержал моё веселье оборотень южного клана. — Честно, даже не представляю, что бы делал, если бы… — не договорил.
Но ему и не надо было. Я его прекрасно понимала.
— Значит, женишься через неделю? — уточнила, широко улыбаясь. — Поздравляю! — порадовалась за него от всей души.
— Спасибо, — кивнул тот, неожиданно смутившись. — Слушай, наверное, нам лучше вернуться, чтобы ты могла объясниться с Оливейра, да? — поинтересовался больше для виду.
И вот тут я, наконец, задумалась, как же это всё смотрелось со стороны для Рафаэля. А смотрелось наверняка…
— Ох ты ж! — выдохнула, с ужасом глядя на своего спутника.
— М-да… — тоже дошло до Раймона. — Нехорошо получилось. Прости. Я в тот момент немного не в себе был.
— Да я тоже… но… надо бы вернуться. И поскорее, — первой направилась обратно.
Вот только по возвращению в бар оказалось, что Рафаэль сразу после моего ухода тоже куда-то исчез, лишь пообещав прибыть на Совет.
— Нехорошо получилось, — прокомментировала мама всю эту ситуацию. — Он много лишнего себе надумал, — дополнила, поморщившись.
— А ты почему ему не объяснила, если всё поняла? — набросилась на неё с обвинениями.
— Пусть учится доверять тебе, — пожала плечами родительница. — И вообще…
— Если уж мы не стали лезть в ваши взаимоотношения изначально, с чего бы теперь начинать? — добавил мрачно папа, закончив начатую фразу своей пары.
— Он мог пойти за вами и кинуть вызов Раймону, в конце концов, — пожала плечами мама. — Сам пожелал страдать.
— Если не стал этого делать при Ангелине, кто сказал, что ничего не сделает позже? — усмехнулся на это до того молчавший дед. — Можно подумать, о своенравности огненных никто не в курсе… — добавил уже себе под нос. — Такие, как Оливейра, прямое оскорбление не проглотят бесследно.
— Вы у меня такие добрые и понимающие, — съязвила я нервно. — Вот именно, что своенравность… — закусила губу до крови. — Сейчас напридумывает и не факт, что в нужную сторону его переклинит. Вот куда он уйти мог? — уселась на стул. — И о каком оскорблении речь? — поинтересовалась, нахмурившись. — А если решит отомстить? И мне? Со всякими разноцветными? — снова вскочила на ноги и заметалась по бару.
— Тебе? — переспросил дед. — Навряд ли, а вот… Хм… Адриан, ты давно с огненным кланом не тягался? — обратился к сидящему неподалёку отцу моей несостоявшейся пары. — Что за разноцветные? — вновь вернул внимание мне.
— Блондинки, брюнетки и рыжие. Обычно как раз по одному экземпляру каждого цвета за раз, — пнула свободный стул в отчаянии, отчего тот врезался в следующий и оба уже повалились на пол.
Другой оборотень, к которому обращался родственник, к слову, нахмурился, но отвечать ничего не стал, бросив на сына недовольный взгляд. А вот на мои слова дед так и вовсе помрачнел, уставившись на маму в явном ожидании поддержки.
— Ну, если только он совсем… кхм… — пробормотала та, не договорив. — Ну, что вы все на меня так смотрите?! — воскликнула нервно. — Ну, напьётся мужик, психанёт, рожу кому-нибудь набьёт. Желания выпустить пар с помощью всяких разноцветных я в нём не уловила.
Угу… Полчаса назад не уловила…
— Да я скорее поверю, что он напьётся и пойдёт как раз Раймону рожу бить, — вмешался сын Верховного. — У него такой взгляд был… Так что… Можно смело сидеть здесь и ждать веселья. Очень сомневаюсь, что по бабам отправится.
Посмотрела на него с надеждой, на что он мне ободряюще подмигнул.
— Да, будешь сидеть и ждать. Тем более, что за пределы отеля ты всё равно больше не выйдешь, пока я не вернусь с Совета, — сурово добавил папа.
— Точно! — хлопнула в ладоши. — Он же сказал, что придёт на Совет, а значит, я могу его там подождать и всё объяснить! — щёлкнула пальцами.
— Я тебе только что о чём говорил? — обломал родитель. — Тут будешь, — дополнил с нажимом. — А ты, — бесцеремонно ткнул пальцем в маму, — проследишь за тем, чтобы кое-кто не решила снова ослушаться.
Последняя на это поморщилась, но согласно кивнула, правда, больше пребывала в каких-то своих мыслях, а может, попутно просто с отцом или дедом мысленно общалась. Хорошо им. Мне такая роскошь не доступна.
— Но почему?! — возмутилась я, топнув ногой. — Я же там с тобой буду! Значит, всё будет хорошо! И не будут же те оборотни взрывать одно и то же здание два раза подряд?
На этот раз родитель повторять ничего не стал. Вперил в меня тяжёлый, давящий взгляд, не терпящий новых возражений и пререканий.
— Ангелина, — мягко укорила мама, но горящий алым пламенем взор говорил сам за себя.
Ну, вот…
И как с ними спорить?
— Но ты же ему скажешь, да? — попросила папу жалобным тоном и таким же взглядом.
Оборотень тяжело вздохнул и подошёл ближе, обняв и меня и маму одновременно.
— Куда ж я денусь, — прошептал тихонько с ласковой улыбкой.
— Спасибо, — отзеркалила его улыбку и обняла за талию, пряча лицо на груди самого замечательного, лучшего и любимого мужчины во Вселенной.
В итоге, я действительно просидела с мамой в их с отцом номере. До самого утра. Тогда и вернулся папа, забрав нас обеих с собой. В Москву. А Рафаэль… Долго родитель не хотел о нём разговаривать. Но в итоге я всё же вызнала.
Огненный волк не стал даже слушать что-либо обо мне. Более того, сам Совет тоже не состоялся. Оливейра отрёкся от статуса вожака огненного клана. К тому же, забрал у Верховного дозу сыворотки, что способна притуплять тягу к парным инстинктам. И уехал. И что-то мне подсказывало: это был слишком короткий пересказ случившегося… Но больше вытянуть из отца не удалось.
В сердце словно множество тупых игл воткнули, постепенно вонзая их всё глубже и глубже.
Почему я решила, что будет легко?
А ведь сам говорил, что не отпустит…
Обманщик!
Что ж… Ладно. Пусть так.
— Или я не дочь своих родителей! — прошептала с холодной усмешкой, сжимая ладонь с кольцом в кулак.
ГЛАВА 33
ГЛАВА 33
Ангелина
— Нет! — донеслось категоричное от мрачного Кирилла.
Демьян молчал, вертя в руках мобильник, и только хмурился.
Я же снова тяжко вздохнула.
Вот же упёртые!
Оба!
А ещё братья, называется!
А ведь такая идеальная возможность провернуть мою задумку, пока родителей нет.