Играя с огнём
Оливейра и на этот раз не спешил выказывать то, как относится к моему откровению. Явно переваривал. Или выводы делал. Кто ж поймёт, что творилось в его голове?
— Расскажешь потом подробнее, хорошо? — сказал по итогу.
Автомобиль между тем остановился перед входом в отель. Водитель сразу же покинул салон. А вот мы остались.
— Что именно? — посмотрела на него с интересом.
Не про мои же ощущения на дар Доминика спрашивал?
— Всё, солнечная моя, — улыбнулся ответно Рафаэль. — Я хочу знать о тебе всё.
— Ну, могу сказать одно, — задумалась. — Наши с Домиником возможности довольно схожи. Его очарование действует примерно так же, как мой голос. В общем-то, он потому и мучил меня с этим даром. Сравнивал. А в остальном мне нечего рассказывать. Что на острове может быть такого? — хмыкнула. — Знай себе: спи, ешь, плавай, да учись. Вот и вся жизнь.
— Хм… — последовало скептическое.
Но если оборотень и собирался добавить что-либо, то всё равно бы не успел. Дверца машины открылась, а вернувшийся водитель быстренько затараторил в докладе о том, что периметр взят под контроль.
Ещё один перестраховщик на мою голову.
Хотя на этот раз действия не лишены логики, после произошедшего в ресторане.
А ещё зря я, наверное, рассказала Огонёчку о своём даре. Мало было попытки похищения, теперь, узнав об этом, вообще никуда одну не пустит…
— Ты же меня не запрёшь на каком-нибудь острове, как папа, да? — поинтересовалась настороженно у Оливейра, отстранившись.
— Ммм… ты знакома с женой Верховного? — зачем-то задал встречный вопрос, вместо того, чтобы ответить на мой.
— Не очень хорошо, — сказала как есть. — А что?
— Как часто она разгуливает отдельно от Йена О`Двайера? Или, например, та же Селена без Дем… Доминика? Или мама твоя без своей пары?
Так вот к чему всё.
— Ну, ясно… — протянула немного язвительно. — Может, я тогда и дальше продолжу жить на нашем семейном острове? Разницы никакой. А мама вообще никуда не ходит. Её папа тоже не больно в мир выпускает с острова, — сложила руки на груди, отвернувшись.
Далее дверца автомобиля вновь закрылась. Уже с подачи самого Рафаэля.
— Я не говорил о том, что запру тебя, — мягко проговорил оборотень. — Но и… Ты же понимаешь, что отпустить тебя одну куда-либо я тоже не могу? Не могу и не хочу, если уж быть честным. Такой уж я, какой есть, — развернул меня к себе лицом. — Не повезло тебе, — закончил с фальшиво прискорбным вздохом.
И даже умудрился состроить виноватую физиономию!
Я прям восхитилась! Честно!
— А вот брат Доминика — Александр свою пару отпускает одну! — вспомнила младшую дочь Верховного. — Она даже работает в посольстве!
Альфа снисходительно улыбнулся.
— Отпускает? — передразнил насмешливо. — Совсем-совсем одну, без какого-либо присмотра? — уточнил, едва сдерживая смех.
И смеялся он сейчас явно над моими умственными способностями.
— Ну, с ней было сопровождение. Двое волков, — припомнила приход Алексии в гости к Доминику и Селене, перед тем, как мы отправились в Рио.
— Сопровождение — это уже не одна, — подметил огненный волк. — А трое — это уже почти толпа, — в который раз усмехнулся.
И вот тут я вдруг осознала, что мне не нравится в нашем разговоре…
Эта его пассивность.
И я всё-таки дура!
Мечтала избежать отношений с Огонёчком, но при этом сейчас банально обижалась и расстраивалась, что он не собирался меня запирать где-нибудь.
А-а-а! Кто-нибудь остановите планету — я сойду! А иначе я так точно умом тронусь в скором времени!
— Знаешь что… — разозлилась на саму себя. — Да идите вы, синьор Оливейра… Да вот хотя бы в отель! — с шумом выдохнула, ударив его по плечу.
Альфа подобного явно не ожидал. Уставился на меня в полнейшем недоумении, а после тяжело вздохнул, проворчав что-то о “некоторых особах, которые никак не в силах определиться”, а после самым наглым образом сгрёб в охапку и толкнул дверцу автомобиля, вместе со мной выбираясь наружу.
— Сначала ванна, потом ужин, потом спать, — постановил безапелляционным тоном, вместе со мной на руках направившись внутрь отеля.
— И мне отдельный номер! — отзеркалила его тон, сложив руки на груди.
Мне срочно нужно свободное пространство и единение с собой, иначе я точно что-нибудь сломаю на эмоциях.
— Даже не мечтай! — послужило ответом без всякого промедления.
— Я на тебя папе пожалуюсь, — пробурчала недовольно.
— Жалуйся, — нисколько не проникся оборотень.
Нет, ну какой всё же гад!
— Ты… Да ты… — так и не нашлась со словами. — Хочу много мяса! — заявила по итогу, стараясь не рассмеяться собственной непоследовательности.
Определённо, мне пора лечиться!
— Всё, что ты можешь хотеть отныне — это я, — отозвался всё так же невозмутимо Рафаэль. — А всё остальное… у тебя и так будет.
Мы дошли до зоны лифтов, поэтому пришлось притормозить в ожидании свободной кабины. Вокруг сновали люди, поглядывая на нас довольно странно. Да и, учитывая моё одеяние, было бы удивительно, если бы не смотрели. Впрочем, это меня волновало… вообще никак! А вот кое-кто рыжий и бесстыжий — очень!
— Как же меня бесит это твоё деланное безразличие! — заявила как есть. — Так бы и стукнула чем-нибудь тяжёлым по голове! — а после опомнилась. — Прям всё-всё будет? — прищурилась. — И даже цербер домашний? — закусила губу, старательно сдерживая напрашивающуюся улыбку.
— Ммм… домашний цербер? — задумчиво протянул Рафаэль, придирчиво оглядывая меня с головы до ног. — Какие ещё странные запросы у вас будут, синьора Оливейра?
Лифт приехал, и уже через пару секунд мы остались наедине.
— Я бы попросила вот мою фамилию со своей не путать, — парировала я важно. — Не припомню, чтобы я что-то подписывала и на что-то соглашалась. А потому…
Дальше договорить не удалось. Наряду с тихим рычанием, меня бесцеремонно впечатали в стену движущейся вверх кабины, заткнув глубоким жадным поцелуем.
— Давно бы так, — только и успела промямлить.
И плевать, что ещё минуту назад, я была против даже ужинать вместе с ним.
ГЛАВА 28
ГЛАВА 28
Ангелина
Два часа ночи по лондонскому времени.
Я ещё не сплю.
И не потому, что не хочу. Хотя и это тоже. Выспалась в самолёте.
Мысли, вереницей кружащиеся в моём сознании, не дают покоя.
И все они вертятся вокруг метки.
До сих пор не могла понять, как умудрилась отметить Оливейра. Но в тот момент это казалось таким неправильно правильным. Необходимым.
И всё же…
Повернула голову в сторону спящего рядом со мной мужчины и грустно улыбнулась. Сейчас он казался таким расслабленным и… родным?
Сколько раз я мечтала о таком?
Сотни. Тысячи. Изо дня в день. Из года в год.
И столько же раз потом клялась себе, что больше никогда не посмотрю даже на его фотографию, не говоря о чём-то большем.
И вот она я. Здесь и сейчас. Лежу рядом с тем, кого едва ли ненавидела последние годы.
Что со мной не так?
Та ли самая это пресловутая Судьба?
Или что?
Ведь не пара в полном понимании этого слова. Но я его признала ею.
Как же так?
Совсем перестала себя понимать.
В итоге, не выдержав мысленных терзаний, поднялась с постели, взяла с прикроватной тумбочки телефон Оливейра и направилась на выход из спальни. Но даже тогда ещё долго металась из угла в угол гостиной, не решаясь набрать нужный номер. Так и не позвонила родителям. Зато позвонила кое-кому другому.
Ответили мне после тройки гудков. Точно. В Москве же сейчас пять утра. Вот я тетеря. Ну да ладно. Всё равно ответили уже.
— Демьян Рязанов слушает, — послышалось сонное на том конце связи.
Невольно хихикнула, представив, как брат сейчас лежит с закрытыми глазами и мало что ещё осознаёт. Он и трубку наверняка взял больше по инерции, чем понимая, что делает. Удивительно, что не Кир. Обычно тот как раз всегда в первую очередь реагирует на звонки.