Хочу просто выжить! (СИ)

— Обещаю, — улыбался тот и целовал встревоженное лицо жены и гладил её по животу, — И тебе, сынок, тоже.
— А может это девочка, — улыбнулась Вера.
— Тогда дочка, — обнял он девушку, прижав к себе, — Береги себя. Обещаешь?
— И я обещаю, — кивала жена, прижимаясь к теплому телу мужа.
Мужчины разделились на две группы, и ушли в разные стороны. Одна, под руководством Шона пошла по берегу, другая отправилась через поле в лес. И вскоре та и другая скрылись с глаз. У лагеря остались двое купцов, грифер рыбак и Вера. Мужчины направились к ладье, чтобы проверить её и товар и кроме всего поймать на мелководье рыбу для обеда. Вера разобрала вещи, постирала нижнее белье и свое и мужчин, которое скинули они после омовения от соленой воды, и принялась готовить обед из рыбы, что все-таки удалось поймать умелым рыбакам. Из остатков муки сделала лепешки, и подсушила их на огне в большой жаровне. К этому времени вернулась группа, которая ходила в лес. Они принесли лесину для дров и пару тушек птиц.
— Мы расставили там еще силки для дичи, — сказал один из купцов, — Видели зайца и даже косулю. Так что сможем обеспечить себя мясом.
Вера видела, как оживились мужчины, как начали постепенно приходить в себя. И это было нормально, ведь испытание, которое они назначили сами, подходило к концу. Так она чувствовала и знала, что была права.
— Теперь дождемся Шона и мужа, — думала она, глядя на жующих и смеющихся мужчин, которые рассказывали свои впечатления о походе, — Что они скажут. Возможно, мы приехали.
Уже было достаточно темно, когда показалась группа Шона. Они были возбуждены и сразу же рассказали, что видели такой же парусник, но только далеко и поэтому не могли дать знать о себе.
— Это видимо большой остров, или полуостров, — говорил улыбающийся Шон, — так что мы должны завтра на ладье проплыть вдоль берега. Думаю, что уже близко поселения.
Он был взволнован и оживлен и все видели это. Они тоже обрадовались тому, что скоро их долгому путешествию придет конец. И утром, перебравшись на корабль, весело сели за весла и двинулись вдоль кромки берега. Пройдя путь до обеда, поняли, что были правы, определив, что причалили к полуострову. Вскоре обогнули его, и вошли в большую и тихую лагуну, и перед ними открылась великолепная картина порта с причалами, ладьями и лодками, а за ним просторные ангары и дома под черепичными крышами. Они были из камня и бревен в один два этажа, с полисадниками, садами и огородами. Виделись дымы над трубами и вдали на лугах паслись животные: коровы, козы и бараны. Здесь жили люди, а вот какие и что за племя, им вскоре предстояло узнать. И хотя Шон уверял их, что это его земля, но всё же все были настороже.
— Узнай поближе, — говорили ему, — здесь всё же не твой род и семья. Будь готов и к враждебному приему.
Он ещё ранее, высказался, что не узнает картину, что это не его город, и поэтому все были напряжены. Пока они вставали на рейде, местные уже плыли к ним. Впереди на большой лодке виднелись фигуры в полном воинском одеянии: латах, с оружием, пристегнутом к поясу. Подплыв ближе, один из них, видимо старший, закричал, сложив ладони у рта:
— Кто такие, и откуда плывете?
— Мы прибыли из далеких земель с добрыми намерениями, — крикнул Шон, — А это представители племен и купцы, налаживать торговые отношения.
Он повел рукой, на собравшихся у борта путешественников. Те загалдели, подтверждая его слова. Трое, стоявших в большой лодке, перебрались к ним по веревке с узлами, и все тут же поняли, что перед ними земляки Шона. Они были также высоки и широки в плечах, белокуры и светлоглазы. Вера засмеялась и даже заплакала.
— Наконец-то свои, — еле слышно промолвила она, утирая набежавшие слезы.
  
Э п и л о г
 
Прошло десять лет.
Сегодня Алексей возвращался из дальнего плаванья на новом корабле, который делал рейс к гриферам уже за трое суток. Это судно было основано на парУ, то есть у него был механический движок, который придумали и построили вместе с Шоном. Они уже давно работали на его верфи, и строили новое в этом мире плавсредство. Алексей долго собирал паровой котел и подсказывал, как его установить на корабль. Теперь не нужны были паруса, да и само судно было большой вместимостью. На нем теперь перевозились больше грузов и пассажиров.
 
Уже давно установились торговые и межплеменные отношения со всеми, кого они знали в тех землях и помогали им строить парусные корабли. А вот теперь и паровые, не зависимые от ветров и течений, оснащенные нужными приборами, о которых Алексей помнил еще по прежней жизни. Он и Шон организовали здесь, в поселке новую верфь на золото кентавров, и построили доки и ангары.
Сюда же Шон перевез и свою семью, построив дом для жены и сына. Целый год он искал их по всему побережью материка и нашел. Радости их общей не было предела, ведь они вместе переживали эти непростые времена, после того, как впервые ступили на земли таких же людей из племени родоны. Близкие по внешней схожести и по характеру, по общественному строю, они в то же время трудно вливались в жизнь. И не потому, что те не принимали их, а потому что эта общность людей была на грани средневековья и родобщинности, и правила были такими же.
Но время шло, и они привыкли друг к другу и уже не выделялись из общества. Тем более что начали свое дело — судопроизводство, основанное на новых идеях.
Алексей также выстроил дом по образу и подобию земных коттеджей, с высоким крыльцом и террасой. А еще у дома Вера разбила сад-огород, завела птицу и коз. Ей уже помогал десятилетний сын. Сейчас он отсутствовал, так как напросился с отцом в плаванье на новом пароходе. Алексей уговорил Веру отпустить мальца.
— Ему нужно привыкать к морю, — обнимал он сердитую жену, — у тебя есть еще помощник, наш второй сынок, а скоро будет еще один, — поглаживал он её по упругому животу и целовал.
Даже через платье, Вера чувствовала горячие губы своего мужа и отходила душой. Она любила его и доверяла, но всё же боялась того самого моря, который когда-то переплыла сама. Она понимала, что парень уже большой и тянется к отцу, к его мужским делам, но всё же тревожилась, так как не знала, как тот перенесет такое путешествие и при том на новом корабле. И хотя его испытывали, и он получил добро, все же сердце матери было не на месте.
И вот сегодня они возвращались.
На причал высыпало много народу, всем хотелось посмотреть на чудо, которое вершилось на их глазах. Вскоре из-за поворота в лагуну уже входил белый пароход и прогудел, оглашая берега своим приближением. На палубе его стояли люди и махали также как и стоящие на берегу. В воздухе витала общая радость и восторг. Теперь их земли стали ближе друг к другу, и они могли теснее общаться. Что теперь три дня туда и три обратно, по сравнению с неделями морской качки и неизвестности природных аномалий. Теперь они были сами владыками вод и морей, благодаря новым технологиям.
Вера стояла с обнимку с женой Шона, которая тоже с нетерпением ждала мужа. За те десять лет, что прошли без него, она так и не вышла замуж и тоже ждала и надеялась, что любимый жив и обязательно вернется. Её преданность была легендой и хорошим примером их детям. Дочка, родившаяся уже после, была счастьем для Шона и теперь стояла рядом, взявши за руку мать. Её серые глаза с нетерпением выискивали среди сходивших пассажиров того самого парня, которого она уже приметила и выбрала, синеглазого темноволосого подростка с упрямым взором, сына их друзей. И он не заставил себя ждать, скатился по трапу и тот час бросился к матери, попутно отбиваясь от объятий младшего брата, который повис на его шее. Вера прижала к себе первенца и тут же отпустила его, не веря своим глазам — к ней приближались двое, в которых она признала Ёха и Катиш. Эти гриферы заметно постарели, но всё также были веселы и приветливы. Это десятилетие показало им, что дружба сильнее расстояний, даже морских. Еще ранее они обменивались письмами, но то были единичные случаи, теперь же могли даже отправиться в путь, не страшась расстояния.