Поступь стали VII (СИ)
Главная пернатая героиня, поднявшись на лапы, немного пройдясь, быстро ускорилась и, подбежав к своей подруге, мастерским движением четко долбанула ту по затылку. Оглушённая подруга вмиг рухнула на каменную кладку, но "исцелённой" поражение сестрицы было недостаточно, и та начала долбить клювом голову поверженной. Сие действие продолжалась до полного исчезновение головы пернатой. А затем моя курочка стала лакать жижу из мозгов и крови. Крови одной пернатой не хватило, чтобы унять жажду моей пациентки, и та вновь настигла очередную подругу, вот только в этот раз она не оглушила, а вмиг убила подругу. Ибо если первую она оглушила, то удар клювом по второй уже не оглушил, а расколол надвое черепушку. И она вновь начала насыщаться кровью, но в какой-то момент крови, видимо, стало мало, и она уже начала отрывать кусочки мяса, поедая их.
Когда буйная убила и третью курицу, одним ударом просто снеся голову подруге, стало понятно, что это не прекратится, пока она всех тут не поубивает. И самое главное другое — пернатая с каждой жертвой становилась всё сильнее и быстрее. А также то, что она стала неким подобием вампира, стало уже очевидно.
Конец её кровавым подвигам положил Белор. Дед вмиг оказался возле неё рядом, и, что удивительно, курица в этот раз выбрала своей жертвой уже его. Она даже успела прыгнуть с места, целясь клювом магу в голову. Но куда там, Белор без особого труда поймал разбойницу и в следующую секунду оторвал той голову.
— Ха-ха, представь, если бы это была не курица, а петух. Посек бы всех тут в мгновение, — смеясь, сказал Белор, при это держа курицу, из шеи которой вырвался фонтан крови, окропляющий место её битвы.
— Смешного явно мало…
— Хе-хе. Ну было же весело?
—Я что-то думал, что ты животных любишь.
— Любишь? Ха-ха, громко сказано. Я к ним отношусь, как и ко всем остальным, нейтрально. Но ты видел, как она озверела после твоего исцеления? Куриный вампир какой-то…
— Ты же понимаешь, что теперь я не смогу исцелять! Что тут смешного?!
— Не будь так категоричен! Ты пока магию крови не контролируешь, может, потом научишься. Но по одной курице не будем делать окончательные выводы. Погодь, сейчас я сбегаю за петухом!
Темный как ночь петух после моего Исцеления начал истреблять свой род с ещё большим рвением и сноровкой. Если курица ещё бегала, то тот, как коршун, планировал курицам на загривок, истребляя барышень с особым рвением и сноровкой.
К моменту, когда он убил и сожрал шестерых куриц, кровавый петух заметно так подрос, а клюв его стал вдвое больше, как когти на лапах. Перестроились и крылья, став более приспособленными к полёту. Собственно, это стало понятно, когда этот злобный петушара взлетел и понёсся на нас, при этом противно закукарекав. В этот раз его опять лишил головы Белор, вот только держа петуха, который был вполовину его роста, дед уже что-то не смеялся…
— Ты заметил?
— Что именно?
— Оба раза эти вампирокуры нападали не на тебя, а на меня.
— Думаешь, принимают за своего, словно химеры?
—Ага. Мы же просто смотрели, как он их убивает. А что, если ты прикажешь ему остановиться, может, он подчинится!?
— Я что-то сильно сомневаюсь… Но попробовать стоит.
Очередной петух подтвердил наши домыслы, правда, не сразу. Ему потребовалось съесть пятерых куриц, и лишь когда он стал больше, я смог докричаться до него. Понятное дело, я мысленно постарался с ним пообщаться, человеческая речь ему бы точно ничего не сказала. Но стоило отвлечься, как контроль был потерян, и птица вновь накинулась и разорвала очередную курицу.
— Вместе с размерами увеличивается мозг, и чем умнее изменённый, тем сильнее у тебя с ним связь, — сказал Белор, после того как вновь оторвал петуху голову.
— С химерами по-другому — чем проще существо, тем сильнее над ним контроль, а когда оно становится умнее, вероятность потери поводка намного выше.
— Ты что, когда-то терял контроль над своими созданиями?
— Было дело, но даже если бы и не терял, это логично. Если нет никакого поводка, то с чего бы осознанному созданию исполнять волю другого существа?
— С чего бы и не осознанному созданию исполнять волю другого существа?
— Ну-у-у, тут ты тоже прав. Может, связь с создателем как-то действует и на контроль, и чем сложнее становится существо, тем слабее первоначальная связь. Белор, это сложно, я до конца всего и не знаю, так что остаётся только гадать. По сути, должен быть ментальный поводок, но вот насколько он сильный и сколько времени он будет действовать — вопрос.
— Ментальный поводок возникал после ритуала Искажения?
— Да, ну, так я думал. По факту получалось, что он был эффективен лишь для быстрой связи с созданиями, но никак не для контроля. Ибо даже когда Тёмный Лев был со мной, особо сильные химеры сбрасывали контроль и атаковали меня. Несколько раз такое было, потому я всегда и выбирал для ритуалов животных попроще и потупее, а не использовал тех же собак, не говоря уже про своевольных волков.
— Разумный подход. Но ты же видел, что заклинание действует, оно уж точно лечит, как и раньше очень эффективно. Вот только что-то в него добавилось, что и даёт такой эффект, думаю, когда ты сможешь разделять кровь и жизнь, всё вернётся в норму. Ты чувствовал какую-то связь с этими созданиями?
— Когда они становились сильнее, были отголоски чего-то знакомого, но я бы уж точно не назвал связью то, что я ощущал. Я тут подумал, а как из людей делают низших вампиров?
— Я не знаю, — ответил Белор, задумавшись. — Может, чистокровный вампир делится каплей крови, а может какой ритуал есть, не видел никогда, так что и сказать точно не могу.
— Что-то мне кажется, что ритуала нет, ибо задолбались бы вампиры обращать такое количество людей. Скорее всего, там всё проще.
— А-а, я понял, ты хочешь нечто подобное повторить. Вот только мы же не уверены, стал ли ты вампиром или стал просто магом крови… Хотя-я-я, а что если ты должен был по всем правилам стать чем-то наподобие Арду Кнаргога, но кровосос не учел один момент?
— Неизвестный подарок Ар-Атари, который и снял все побочные эффекты от вампирского проклятия, оставив только плюсы? — улыбнувшись, спросил я, а Белор кивнул. — Пока рано судить, с момента обращения прошло лишь пару часов. Может, жажда возникает не сразу, но если жажда крови не появится через несколько дней, то скорее всего мы правы.
— Господа, о какой жажде идёт речь? — появившись возле нас, спросила Марфа.
— Как ты узнала, что мы здесь? — удивившись, вопросил Белор.
— Да слуги сказали, что ты кур с петухами крадешь. Думаю, в замке вообще ни для кого уже не секрет, где вы сейчас. Вот я и решила проверить, что тут происходит, может, ты из разума выжил, всякое может быть…
— Ты первая вернулась? — спросил я.
— Нет, Зигфрид пошёл тебя искать, так что скоро и он будет тут. Кстати, вот и он, — сказала воительница, и рядом с нами появился капитан.
— Гляжу, устроили кровавую забаву, куриная бойня прям, — отметил Зигфрид, рассматривая залитую куриной кровью каменную площадку. — Новые интересы, Джо?
— Не совсем, недавно кое-что произошло, так что нужно было проверить.
— И что же?
— Ну как тебе сказать, в общем, недавно ко мне заявился вампирский лорд крови и кое-что со мной сделал.
После упоминания о лорде крови улыбающиеся лица Марфы и Зигфрида вмиг нахмурились, а руки непроизвольно потянулись к оружию.
— Он ещё здесь? — спросил Зигфрид, уже оценивая окружающую обстановку, сродни боевой.
— Нет, как появился, так и исчез, вот только он со мной кое-что сделал.
Не успел я моргнуть глазом, как Марфа оказалась рядом и, приобняв меня, сказала:
— Джо, что бы он ни сделал, говори, как есть, мы же свои.
— В общем, он меня, скорее всего, обратил.
— Что значит "обратил"? — всё также хмурясь, спросил Зигфрид.
— Это значит, что он сделал с Джо то же самое, что и с Арду Кнаргогом, вот только ему это не удалось, — вместо меня ответил Белор.