Поступь стали VII (СИ)
Созданного убийцу Вампиров я так и не увидел. Как я понимал, столкновение атаки высшего вампира и химеры породило взрыв. И если сотворенное мной существо было действительно причастно к такому взрыву, мне нужно его увидеть.
Взрыв был силён, но место бойни, где лежали сотни тысяч тварей и моих химер, было намного больше. К тому моменту, как сотня десятиметровых гор из мертвых тушь была сформирована, наступило утро. Петра, проявив заботу, посетила меня с едой. И рано утром, практически встречая Солл, я начал осуществлять задуманное, и первый Чумной питомник был сформирован. Всю ночь находясь в одиночестве, окруженный лишь своими химерами и вернувшимися Баалом с Калипсо, я размышлял, что действительно хочу. И лишь с рассветом окончательно понял и принял, а также смирился с тем, что мне нужно будет совершить.
Понял и принял одно — мне надоело… Сколько мне ещё терять на своём пути друзей, сколько раз мне терпеть нападения на себя? Это лишь вопрос времени. Когда возле Сломанного Клыка появится очередной кровосос, и кого я в очередной битве потеряю: Вурдора, Файу, Марфу, а может Зигфрида? Одного из тех, кто мог стать мне близким другом, я потерял уже сегодня, а не был бы я целителем, потерял бы троих… В общем, хватит, ранее я не хотел рисковать, проявлял слабоволие, не хотел брать на себя ответственность, но хватит.
С первыми лучами Солла в первом из чумных питомников начало созревать существо, единственной целью которого было служение мне, развитие и убийство чудовищ, а также МОИХ ВРАГОВ. Я решил создать столько сильных химер, сколько смогу, и начать освобождать Алтонию. Хватит быть жертвами, пора становиться хищниками…
Где-то в обед созрело первое существо… В этот раз я не боялся, не было тревоги как ранее перед неизвестностью. Я чётко и ясно осознавал, что Аргот, так я назвал химеру, лишь увидев её, будет моим орудием возмездия. Двухсполовинной метровый массивный гуманоид, суть жизни которого только убийство, был великолепен в своём исполнении. Звериная грация, темное как безлунная ночь, бугрящееся мышцами тело, кисти рук, которые на моих глазах три раза меняли форму, и голова, имевшая схожесть с обычным обглоданным человеческим черепом, всё это в совокупности и было тем, что я назвал Арготом, уничтожителем чудовищ. Весь мой гнев и ненависть к тварям воплотилась в этой химере, но на одном Арготе я не собирался останавливаться.
День за днём, ночью и днем, я творил. Беспрерывно Ворки стаскивали трупы, формируя горы для Чумных питомников. И спустя неделю три сотни убийц чудовищ были созданы, а на следующую было создано еще пять сотен. С каждым разом создавать Арготов получалось легче, сказывался опыт от ежедневной работы. Месяц спустя численность моих химер составляла уже три тысячи голов. Первый легион монстров отныне был создан.
Пока в планах было создание двух легионов, во главе с Баалом и Калипсо, а там будет видно. И в данный момент, ведомый Баалом, первый легион химер охотников на монстров, именно этим и занимался — охотой на монстров. Я решил, что в моих землях всякой погани не будет, и Арготы подчистую и без жалости изничтожали всех, а потом стаскивали их тела к долине, где я создавал Чумной питомник. В общем, тела монстров порождали охотников на монстров.
Не прошло и недели с момента начала охоты, как десятки телег, ведомые Ворками, пришлось использовать как тягловых животных, стали свозить туши тварей. В основном это были вампирские отродья, но попадались и разные магические мутанты. Один раз притащили пять десятков людей, как оказалось, это было поселение людоедов. Арготы под предводительством Баала посчитали их монстрами и перебили. Оно и правильно, нечего на моих землях таким тварям жить.
С момента битвы прошло полтора месяца, а мои друзья так и не пришли в себя. Каждый день я проверял их здоровье, но всё было нормально. Причиной их долгого сна было подстраивание мозга под новое тело. Процесс шел очень медленно и самостоятельно, потому что я не вмешивался. Эта область была мне слабо подвластна, и я бы мог повредить их сознание или изменить личность, так что решил оставить всё на естественный ход событий.
А два месяца спустя, Вурдор, Файа, Марфа и Зигфрид проснулись в один момент. Как такое возможно я не представлял, но, зайдя утром на ежедневную проверку их состояния здоровья, я увидел проснувшихся и болтающих друзей, которые выглядели уже на лет тридцать каждый.
— А вот и мой герой, — улыбнувшись, выдала язва Марфа.
— Гадать смысла нет, и так понятно, кто в очередной раз нас спас. Спасибо, Джо, — сказал Зигфрид.
— Как же я рад, что с вами всё хорошо! — подойдя к каждому и обняв, сказал я. — А я уже было начал переживать…
— Сколько мы так пролежали? — спросил Вурдор.
— Шестьдесят дней.
Новость поразила всех.
— Насколько помню, я получил лишь слепоту и немногие ожоги. Почему так долго был без сознания? — спросил вновь Вурдор.
Я немного смутился, но решил честно всё рассказать:
— Видишь ли, после поглощения источника вампира, со мной что-то произошло, мне словно сорвало крышу, и начал вас всех изменять в лучшую сторону.
— Ну, кое-что ты точно подправил, — сощурившись, сказал Марфа, подмигнув мне, при этом приподняв ладонями свою стоячую грудь, размера так седьмого… — Вурдор, сказал бы спасибо, вижу, у Файи тоже прибавило в нужных местах… Ай да Джо, ай да проказник…
Ведомые советом Марфы, мы дружно посмотрели на засмущавшуюся Файю. Лучница повторила за Марфой, приподняла свою грудь и, глянув на Марфу, вынесла вердикт:
— Не твоё вымя, конечно, но тоже ничего…
— Как это ничего?! Всё просто прекрасно! — сказал улыбающийся Вурдор, глаза которого от такой картины были переполнены радостью и озорным предвкушающим пламенем.
«Судя по тому, как он на неё смотрит, парочку нужно оставить наедине. Надеюсь, лишь на то, что он её не «залюбит» в порыве страсти…»
— А что, раньше не было прекрасно? — сощурившись, спросила Файа.
— Раньше было прекрасно! А сейчас ещё прекраснее! Ты чего, любимая? — спросил Вурдор, подойдя и обняв лучницу.
— Смотри мне! Чтобы всегда было прекрасно! — с румянцем на лице, улыбаясь, сказала Файа, легонько толкнув наёмника локтем в ребра.
— Понял, принял!
— Ай-й, я даже завидую, бедная я и несчастная, кто бы меня приголубил, кто бы меня прилюбил, — с притворной тоской протянула Марфа.
И не успел я сообразить, как она потянула меня к себе, усаживая рядом.
— Мой герой! — обняв меня и поцеловав в щёчку, добавила воительница.
Разница в росте была и раньше, но сейчас все, над кем я провел своё улучшение, выросли на сантиметров десять, так что Марфина грудь, была на уровне моей головы. Прижав меня к себе, я уткнулся именно в них. Не то чтобы я был против, даже наоборот, только вот не при людях же…
— Кх-х-х-х — демонстративно прекращал Зигфрид. — Все свои любовные начинания оставьте на потом, сейчас давайте-ка проясним вопросы.
— Кстати, Зигфрид, думаю, твоя Петра тебя заждалась… — сказала Марфа.
Просто Зигфрид и Петра до битвы уже как недели три съехались, так что их отношения не были секретом ни для кого.
— Так и есть, я каждый день вас проведывал. Ну, с целью профилактики, а она каждый вечер сидела возле тебя вон на том стуле, — указал я пальцем на единственный стул в комнате, который был возле кровати Зигфрида…
Как только воин посмотрел на стул, радостная улыбка сама собой растянула краешки его губ, а следом и румянец залил щеки.
— Ладно, ребят, — освободившись от эротического плена, сказал я. — В общем, суть такова, атаку мы отбили, но не без потерь. Белор мёртв.
Радостные улыбки вмиг слетели из лиц собравшихся.
— Нападение вампиров, смерть нашего друга и ваши ранения заставили меня задуматься над нашим нынешним пребыванием. Всё хорошо обдумав, я чётко и ясно понял для себя одно — нас в покое не оставят. Сегодня вампиры, завтра джинны, послезавтра вновь имперцы, а там ещё какая-то херня решит напасть. Так что, раз спокойно жить нам не дадут, нужно эту спокойную жизнь завоевать… Скажите, друзья, вы поддержите меня, если я пройду огнём и мечом по Алтонии, уничтожая врагов рода людского и моих лично?