Артефакт. Ритуал на крови (СИ)

— Дарио сейчас приготовит обед и сбегает. Он у меня очень талантливый мальчик, его даже хотел забрать к себе поваром наш синдик синьор Пьеро Росси. Но сейчас ему не до того. У нас тут разместил своих солдат генерал Спада, и синьору Росси сейчас не до того. Не до того. — Синьора Марта с таким вздохом повторила это, что я не удержался.
— Что же такого происходит, что он не может взять к себе вашего такого, я уверен в этом, — я сделал ударение на эти слова, — талантливого мальчика?
— Ну как, они там ищут рецепт бессмертия.
— Бессмертия? — Кажется, я попал именно туда, куда требовалось, и снова непонятно, то ли это Ху постарался, то ли мне везёт.
— Ну да. Весь город знает. У них там в подвале дети, их используют для ритуалов. Бесы! Господь храни их души! — Синьора Марта вынула из-под ворота платья металлический крест на шнурке и поцеловала.
— Какой ужас! — Я постарался придать своему голосу проникновенности. Мне показалось, что получилось не очень достоверно, однако Марта не заметила и продолжила.
— У нас в городе не осталось ни одной пары близнецов. Они же только их забирают. Говорят, пьют их кровь и едят плоть! — Она перекрестилась и повторила: — Бесы!
— Синьора Марта, надеюсь, вашей семьи это не коснётся!
— Я тоже, синьор…
— Алессандро. Просто Алессандро.
— Я тоже, Алессандро. А скажите, вы сами откуда?
— Я из Ниццы. Мои родители бежали от красной революции, и Лайгуль стал моей второй родиной.
— Сочувствую вам, Алессандро. А…
Она не договорила: из-за занавески появился Дарио с подносом, на котором были расставлены горшочки, тарелки, соусники и другая посуда, наполненная самой разной едой.
— Сеньор, — произнёс он, расставляя всё это на столе передо мной, — надеюсь, ваш обед будет приятным!
— Спасибо!
— Дарио, — остановила его синьора Марта, когда тот собирался уйти, — сходи за свежей газетой для сеньора Алессандро.
— Да, маме, — кивнул он и, оставив поднос на прилавке, выскочил на улицу.
— Хороший мальчик, — произнёс я.
— Помощник. Как отца забрали, так всё на нём.
— Забрали?
— В армию. И таких, уже немолодых совсем, как он. Скоро и инвалидов поведут. Твердят, что главное — чистая кровь. А у нас род с самых древних времён. Наши семьи с основания города здесь живут.
— Вот как?
— Да. Говорят, что когда-то даже наши предки с колдунами боролись. Было тут у них место, где они ритуалы свои проводили. Страшное. Туда никто сейчас не ходит из наших, кто с тех пор здесь живёт.
— В городе?
— Нет, у нас тут недалеко речной парк Таро. Вот там.
— А сейчас?
— Что сейчас?
— Оно там есть?
— Ну, это я вам не скажу. У меня тут своих хлопот хватает. А вы случайно… — сеньора Марта посмотрела на меня так, что я невольно замахал руками.
— Нет, ни в коем случае. Я просто ищу друга. Он пропал где-то в ваших краях. Поехал в Милан и не вернулся.
— О, Милан — это такой город, откуда можно и не вернуться. Там многие остаются. — Она подняла взгляд вверх, словно вспоминая что-то, а после посмотрела на меня и улыбнулась. — Вы тоже там останетесь, поверьте мне.
— У меня невеста, я не могу её бросить, — покачал я головой.
— Тогда пусть Господь поможет вам побыстрее найти друга и вернуться. Не буду вам мешать, Алессандро. Приятного аппетита! — Синьора Марта поднялась и, оглядев то, что стояло передо мной, отправилась к своему прилавку.
— Спасибо! — ответил я ей в спину и принялся за обед.
Здесь было много всего, но я почти не замечал, что ем, в голове крутились только близнецы, генерал Спада и место силы. Если следовать уже известному алгоритму, то проводить ритуал должны были именно в месте силы, но то ли оно, или это просто какая-то точка, в которой жили местные… колдуны? Это слово меня чем-то цепляло. Колдун — человек со сверхъестественными силами. Тогда так можно назвать и Ху, но колдун ли он на самом деле? Или я что-то недопонимаю?
Дарио принёс газету, и я сразу же посмотрела на дату. Шестнадцатое июля одна тысяча девятьсот тридцать седьмого года. Муссолини у власти, фашисты наращивают силы. Всё ясно. В том числе и попытка обрести бессмертие. У Гитлера был Анэнербе, а у этого Спада что-то своё. И пока у него, судя по всему, ничего не получилось, иначе люди бы узнали, знают же они о ритуале и крови близнецов. Кстати, откуда?
 
Доев всё и запив довольно неплохим, хотя и разбавленным вином, я расплатился с сеньорой Мартой, ещё раз поблагодарил её за гостеприимство и вкусную еду и вышел на улицу. Желудок больше не отвлекал, и я зашагал в ту сторону, куда шло большинство. Им оказались двое мужчин в почти такой же, как у меня, одежде, разве что на головах их были шляпы, а брюки не были подвёрнуты.
Появилась мысль, что если в городе стоит гарнизон, то должны быть патрули, и они помогут найти место дислокации военных и генерала. Понятное дело, что задавать вопросы им я не собирался. Слежка — это то, чему меня научили в армии, и что мне всегда давалось легко. А там уже станет ясно, что делать дальше.
Красота города перестала занимать, превратившись в призрак пустого желудка.
* * *
Я оказался неправ: здесь не было патрулей. Дойдя до центра города, я проваландался по нему часа три, обошёл несколько площадей, потоптался перед Пармским университетом, но ни одного военного не встретил. Пришлось зайти в таверну, благо, что после обеда у синьоры Марты немного денег у меня ещё оставалось.
Время было хоть и не вечернее, но народа в ней хватало, и пришлось постоять немного, прежде чем появилось свободное место, и я смог устроиться у барной стойки. Это было настолько привычно для меня, что я невольно улыбнулся.
— Что будете пить, синьор? — тут же словно из-под земли материализовался передо мной бармен, совсем не похожий на типичного итальянца — с зелёными глазами, светлыми волосами и очень знакомыми чертами лица.
— Рюмку граппы. — Я выдохнул, и добавил: — Из России?
— Что?
— Ты очень похож на моих родных. Я приехал с ними из России.
— А, — он взял с полки позади себя одну из бутылок с прозрачной пахнущей чистым виноградным спиртом водкой, поставил передо мной рюмку и начал её наполнять. — Нет, из Пакистана.
— Э…
— Мы калаши. Потомки Александра Македонского.
— Поэтому ты здесь?
— Да, приехал посмотреть на историческую родину и остался.
Он отошёл, а я выпил граппу, которая легко легла поверх вина из траттории, и огляделся. Что за стойкой, что в зале сидели только мужчины. Простые, в таких же, как у меня, костюмах или просто в штанах, рубахах и сандалиях. И возраст у всех был разный — от почти совсем мальчишек до стариков. Вот только поговорить со мной вряд ли кто-то согласится, не видел я здесь никого, кто не опустил бы свой взгляд, встретившись с моим.
— Ещё? — подошёл бармен.
— А давай, — кивнул я. — Слушай, а что тут у вас, говорят, военный гарнизон где-то стоит?
— Есть такое. — В мою рюмку снова полилась водка. — В районе Викофертиле.
— Это где? — Я выпил вторую порцию, ощущая, как в голове зашумело.
— На улице Мучеников освобождения. Если ехать в сторону парка Таро. Хочешь записаться? — Он наклонился ко мне и прошептал так, чтобы услышал только я: — Лучше иди в ополчение. Там всегда люди нужны.
— Я подумаю. Если что, приду вечером, — таким же шёпотом ответил я. И добавил: — Но пасаран!
Бармен удивлённо посмотрел на меня, скорее всего, не понимая, что я только что сказал, однако вопросов задавать не стал и налил ещё. Я выпил, затем положил на стол одну из двух оставшихся купюр, отметив, что примерно столько будет стоить и граппа, и полученная мною информация, прижал рюмкой и встал, чуть покачнувшись. Кажется, немного переборщил. А нужно ещё найти способ добраться до гарнизона и, возможно, до места проведения ритуала. В том, что его проводят именно в парке, я уже не сомневался. Ну не могло быть простым совпадением то, что генерал остановился по дороге в него.