Побежденные Любовью (СИ)

  
Глава 10
 
Иона Хогниншем
 Как только лучи закатного солнца касаются горных пик, незаметно выскальзываю из дворца через черный ход для прислуги. Повариха Марта как всегда прикрывает меня. Она знает, что я иду делать благое дело - спасать и лечить бедняков. Тех, на кого напыщенной богатой толпе аристократов совсем наплевать. На мне плащ целителя темно-зеленого цвета - цвета надежды. Лицо закрывает белая маска, которая буквально врастает в кожу.  Пока иду по узкой горной тропе не могу не обернуться назад. Наш замок прекрасен в розово-оранжевых лучах заката.  Узкие темно-серые шпили башен стремятся ввысь, как будто наперегонки с горными вершинами хотят пронзить вечернее небо. Белоснежные стены, стрельчатые окна и искрящиеся из-за магии ворота  - замок издалека похож на игрушечный. Порыв холодного ветра развевает мой плащ, но не обращаю на это внимание, потому что словно наяву вижу скачущего по горной тропинке принца, который спешит спасти из лап чудовища свою возлюбленную.
Тороплюсь оказаться в самом городе. Ришуй встречает шумом улиц, криками, гамом, экипажами, особняками за высокими воротами и яркими магазинчиками. Прохожу мимо, так как не хочу терять драгоценное время. Опять чудится, что за мной следят, но каждый раз тайком покидая замок меня никто не останавливает. Наряд лекаря защищает от любопытных взглядов. Оставляю позади чистый презентабельный район аристократов и направляюсь к домам скорби. Они расположены в Грязном квартале. В этом месте после заката царствуют горе, безнадежность, уныние. Ботинки хлюпают по влажной весенней земле, потому что здесь дороги не вымощены ровным гладким булыжником как в квартале аристократов, не выложены деревянными досками как в квартале ремесленников и торговцев. Но я уверенно обхожу лужи, где это возможно и не морщусь, когда нога соскальзывает в мутную жижу. Привыкла. Впервые побывав за пределами дворца, поняла насколько отличается жизнь простых поданных. Как белое от черного.  В Грязном квартале те семьи, где работают оба супруга, еще могут хоть как-то обеспечить себя едой, где только муж - в таких жены после заката стоят на крыльце своего дома и предлагают желающим прямо на месте совершить с ними всякие непотребства. Чуть ли не на глазах у супруга, который забирает деньги и отходит за угол, чтобы не видеть. Это ужасно, но только так можно здесь выжить. В Грязном квартале нет борделей,  в отличие от квартала тех же аристократов или ремесленников и торговцев. Помню, как один из наших дипломатов хвастался этим фактом перед своими коллегами, а по мне, когда порядочная женщина чтобы прокормить семью готова опуститься на самое дно - это еще хуже. В домах удовольствий к порочным женщинам относятся и то лучше, чем к тем, которые на глазах у своей семьи принимают клиентов. Меня передергивает каждый раз, когда иду мимо и вижу такую картину. А ведь жена должна во всем слушаться мужа, потакать и не сметь перечить. Это нас с Дарисой отец распустил, но во всем Ришском королевстве старые порядки остались неизменными.
А вот и дом скорби, в котором я часто оказываю помощь. Здесь чаще всего бывают рабочие каменоломен. Обвалы, завалы и просто несчастные случаи в горах дело не редкое. Наставник поощряет мое стремление лечить бедняков, но никогда не отпускает одну. Сегодня нарушила это правило, потому что больше не могла оставаться во дворце. Стыд терзал душу. Я ведь обычно вела себя благоразумно, а сегодня не сдержалась и поругалась с герцогом Саттэром, которому итак не сладко. Странно, но кажется он действительно желает мне добра. Обязательно завтра извинюсь и постараюсь помочь чем смогу. Да так будет правильно.
После того как приняла решение, стало намного легче. Вошла в здание, сколоченное из деревянных досок и имеющее такую ветхую крышу, словно она вот-вот обвалится.  С трудом могла назвать это место больницей, так скорее сарай. Но другого все равно нет. На крыльце как обычно сидела парочка пьяниц и горланила песни, а из ближайшего окна им вторила роженица, пронзительно крича на всю округу. Перешагнула через уснувшего в обнимку с пустой бутылкой бедолагу и зашла внутрь. Запах зловоний и смрада тут же отступил, остался там на улице. В Грязном квартале было еще несколько домов скорби, лучше, но именно в этом требовалась помощь, так как целители здесь появлялись редко. Многие брезговали или боялись. За год тут стало чище, появился минимум лекарств и хотя бы бинты. Многие настои и мази готовились на месте. Я часто приносила свои заготовки, даже  дезинфицирующий амулет из покоев перенесла сюда. Удивительно, что его до сих пор не украли.
 
-Иа!
Ко мне с другого конца коридора летит рыжеволосая низкорослая девчушка. Сания здесь моет полы и учится быть целителем. Ей всего девять, но она способная. Жаль, в нашем королевстве образование получают только мужчины. Даже отец с трудом сделал для меня исключение и то после слов наставника о моем исключительном даре.
- Сания! - обнимаю это веснушчатое чудо и убедившись, что никто не видит, достаю из кармана мешочек с печеньем. - Спрячь и не забудь угостить брата.
- Спасибо, Иа, - в детских глазах появляются слезы, и сама с трудом удерживаюсь, чтобы не заплакать. - Ты сегодня одна?
В ее голосе слышится волнение. Пусть к магам с исцеляющим даром везде относятся с уважением, для этой малышки я сначала молодая девушка, а уже потом целительница.
- Да, решила выбраться. Лима еще не родила?
- Неа, уже пятнадцать часов как мучается. Зря ты пришла без наставника, Иа, - широкие детские брови хмурятся. - Одной опасно. Но раз уж здесь, посмотришь?
- Конечно, - киваю, и вместе мы идем туда, где кричит роженица.
- Ты грустная, - проницательная Сания, которая никогда не видела моего настоящего лица, понимает меня даже лучше родной сестры. - Что-то случилось? Твой любимый женится на другой?
После одной тяжелой операции я как-то разоткровенничалась с ней и рассказала, что влюблена, но объект моих сильных чувств даже не смотрит в мою сторону. Сания меня утешила и уверенно заявила: шанс есть всегда, если мужчина ещё не женат.
- Нет, - вижу тяжело дышащую на кровати Лиму и хмурюсь. - Я незаслуженно обидела и даже не извинилась перед тем, кто пытался мне помочь, проявил заботу.
- Иа, не терзайся. Все равно сейчас он далеко, а ты себя лишь накручиваешь. Будь проще. Глядишь жизнь и наладится, - детское лицо разглаживается, вдохновленное идеей. - А испеки-ка ему свой фирменный черничный пирог. До сих пор помню его. Ммм, вкуснятина. Жаль в лесах сейчас не растет черника, но я знаю, где можно ее добыть.
Сания мне подмигнула и встала рядом, пока я осматривала Лиму. Жена плотника металась по кровати, но стоило мне протянуть к ней руку, перестала кричать и замерла. Через два часа я поздравляла молодую мать и пытавшегося стиснуть меня в медвежьих объятиях бородатого отца с рождением сына. Проделав с ребенком все необходимые манипуляции и убедившись, что малыш родился здоровым, вышла на крыльцо. Надо было возвращаться во дворец. Марта наверняка волнуется. Она каждый раз не ложится спать, пока воочию не увидит меня. После сложных родов хотелось потянуться. Не стала афишировать, насколько близко к гибели оказались мать и ребенок, но мой дар и те знания, которые почерпнула за это время, сделали свое дело. Наставник мог мною гордиться.
- Целительница Иа, если не ошибаюсь.
От ближней стены отделилась внушительная фигура и направилась в мою сторону. Мне стало неуютно, а еще заметила, что вокруг подозрительно тихо. Мы с незнакомцем неожиданно остались одни, словно при его появлении другие жители Грязного квартала просто исчезли.
 
- Да это я, - не стала отпираться и постаралась, чтобы голос звучал уверенно, но он все равно дрогнул. Все в облике незнакомца кричало об опасности.
- Ты пойдешь со мной, - мужчина подошел ближе, и при свете прикрепленного к стене факела разглядела его суровое и хищное лицо. Злые узкие глаза внимательно изучали мой облик, словно пытались рассмотреть, что там под маской. Взгляд мазнул по фигуре и вернулся к моему лицу. И тут я поняла кто передо мной - Крег Дайс. Главарь шайки воров и убийц, которая держала в страхе весь Грязный квартал и частенько мешала спокойной жизни ремесленников и торговцев, а порой даже аристократов. Однажды мы с наставником встретили Крега Дайса и его банду, когда поздно вечером возвращались из дома скорби. Главарь шутливо поклонился нам и просто ушел, заставив мое сердце биться от страха еще быстрее. Тогда я порадовалась, что являюсь целительницей, и меня защищает негласный закон королевства, который чтят даже воры и убийцы. Но именно  после той встречи наставник строго настрого приказал мне держаться от этого преступного элемента как можно дальше и стараться не попадаться ему на глаза.