Поступай с другими так (СИ)
— Рэби, я тебя убью! — раздался возмущенный рев, и послышались звуки борьбы, а потом из-за дверей в коридор, сметая всё на своем пути вырвалась парочка толстых людей, наносящих друг другу страшные удары по голове, корпусу, конечностям.
Сложно было разобрать — кто из них мужчина, а кто женщина: примерно одинаковой длины волосы, бесформенные футболки и шорты, а также броуновское движение по коридору мешали сконцентрироваться. В порыве ярости неистовая парочка ударилась о перила, и, продолжая наносить друг другу удары и грязно ругаться, таки проломили ограждение и полетели с многометровой высоты вниз.
— А… — Иштван подбежал к самому краю и глянул вниз.
— Эй уроды! Какого хрена вы кидаетесь? Мы сейчас поднимемся и надерем вам задницы, слышишь? Стой там и никуда не уходи, я тебе кадык вырву, ублюдок! — послышались злобные женские возгласы.
— Да что здесь нахрен творится? — ликан был в недоумении. — Это десятое убийство за двадцать минут — и всем похрен…
— Не похрен, — поправил Сью. — Им как раз теперь ни на что не похрен. Они постоянно злятся!
Виньярд был в «щелчке», ему приходилось не так худо. Эмоции и чувства были взяты в ежовые рукавицы, и рассудочно парень представлял себе, какой откат ждет его через несколько часов, но теперь — теперь ему было наплевать. В отличие от этих беснующихся уборщиц, которые уже тыкали в кнопки лифта, чтобы подняться на седьмой этаж и уничтожить тех, кто якобы заляпал двумя пухлыми трупами тщательно вымытый пол.
— Нужно валить отсюда, парни! Мне не хотелось бы уничтожать клининговую службу целого мегахауса… — поторопил их Мак-Магон и разведчики быстрым шагом преодолели отделяющее их от аварийной лестницы расстояние.
Захлопнув за собой дверь, они услышали возмущенный голос одной из уборщиц:
— Барбара, старая клуша, это ты еле пёрлась со своими тремя швабрами! На кой хрен тебе три швабры, дай их сюда, я их поломаю к чертовой матери!
— Я сейчас тебе жизнь поломаю, курица! Положь швабры, я сказала! — послышались звуки разгорающейся драки.
Ликан чуть приподнялся, чтобы глянуть в стеклянную секцию дверей и с круглыми глазами опустился обратно на корточки:
— Они бьются прям смертным боем! Из-за швабры! — сказал он. — Это противоестественно, мужики, вот что я вам скажу. Кто-то промыл им мозги. Или что-то. И всё это — в замкнутом помещении…
— Эликсиры! — вдруг сказал Мак-Магон. — Я видел однажды один обряд темных… Целый транспортник мороженого мяса, которое только-только вышло из криокапсул. И каждому сразу, с ходу — флакон с эликсиром. Пей, мол.
— А пить после заморозки хочется зверски, — кивнул Сью.
— Вот и представьте себе — ангар, полный людей, внутри которых плещется концентрированная ярость. Им сказали стать в три очереди и пройти на регистрацию… Просто — стать в три очереди! Через сорок минут в живых из трех тысяч человек на ногах осталось менее полутора сотен. Темные забрали их для дальнейшего обучения на аколитов, а остальных сожгли напалмом. Что-то похожее происходит и здесь…
— Напоили эликсиром семьсот тысяч человек? — покачал головой Иштван. — Это должен быть централизованный процесс…
— Значит — нам в администрацию, — кивнул Сью.
— Я бы сразу заглянул в службу безопасности, — сказал Мак-Магон. — Смотрите, тут множество камер. Можно попытаться вычислить, с чего всё началось, кто был «нулевым пациентом».
— Тогда нам — на двести пятнадцатый этаж! — жизнерадостно заявил Ликан.
Старый клирик закряхтел, массируя колени, а Виньярд криво улыбнулся и поставил ногу на ступеньку:
— Я узнал, что у меняЕсть огромная семья!..* * *— Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! — пожилой мужчина в униформе службы безопасности настойчиво лупил лбом в клавиатуру, по которой текла кровь.
Совершенно беспрепятственно проникнув в Управление безопасности Аларм-Форест, разведчики нейтрализовали группу местных стражей порядка, которые охаживали друг друга резиновыми дубинками и шокерами прямо напротив офиса своего непосредственного начальника. А здесь, в операторской, было сравнительно тихо. За исключением джентльмена, который, по всей видимостью ненавидел клавиатуру.
— Эй! Оу! — окликнул его Иштван.
— А? Что? — мужчина с разбитым лицом и прилипшей ко лбу буквой Q увидел неожиданных визитеров.
На Виньярда вдруг снизошла абсолютная уверенность в действиях. Он прочувствовал, что и как нужно сказать, как нужно себя вести с этим конкретным человеком — и потому подошел к безопаснику близко-близко и взял его за плечо:
— Мы с Ярра. Прилетели, чтобы во всем разобраться.
— А! Ну, хоть кто-то… Слава Господу! — выдохнул мужчина и бросил: — Я сейчас, минуточку!
И принялся быстро-быстро отжиматься от пола — десять, двадцать, пятьдесят раз…
— Уфф… Я не знаю, как с этим справиться по-другому… Господи, как же я ненавижу… А-а-а-а, скорей, скорей мать вашу смотрите на этот долбаный экран! Смотрите, смотрите, вот эти уроды пристыковываются! — он долбанул по клавиатуре кулаком.
И тут же кинулся снова отжиматься:
— …восемь, хуууу, девять, ху-у-у!
Мак-Магон внимательно смотрел на один из экранов, расположенных вдоль стены.
В зеленой болотной жиже сначала промелькнула какая-то невнятная тень, которая постепенно приблизилась к огромному водозабору. Силуэт приблизился — это была белоснежная сфера, явно не местного производства. И двигалась она не производя движения воды лопастями, турбинами или чем-то подобным, сооветствующим уровню технологий Кроули, и даже Ла-Вея. Это было нечто, пользующееся антигравами под водой — и сие заставяло глубоко задуматься. Нижняя полусфера аппарата раздвинулась, и окружающая его муть вдруг окрасилась в фиолетовый колор. Облачко цветной взвеси тут же втянулось в водозабор, а аппарат так же плавно исчез из сектора обзора камеры.
— Суки, суки, суки, ненавижу! И ничего не могу сделать! — безопасник от бессильной злобы принялся долбить кулаками в пластиковую дверь, оставляя на ней кровавые следы. — Сделайте что-нибудь, и не пейте воды, совсем не пейте! А я пойду нахрен сброшусь, что ли?! Но запомните — мое имя — Герберт Робсон! Пусть знают, что я старался, черт его дери, я очень старался!
Он выбежал прочь из операторской, разбрызгивая капли крови.
— Его имя — Герберт Робсон, — повторил Иштван.
— Снова — Пангея, — мрачно проговорил Мак-Магон.
— Глядите — а вот и темные, — ткнул пальцем в центральный экран Сью. — И, кажется, Соннелон с ними.
* * *Как отличить настоящего, подлинного имеющего право от обычных аколитов? Мрачная багрово-темная эстетика основной массы сатанистов для него теперь является условностью. Бледный вид, длинные волосы, браслеты и перстни, и амулеты — это всё шелуха. Он имеет право вести себя так, как хочет, говорить то, что считает нужным и выглядеть абсолютно произвольно.
Вот и Темный советник Соннелон не носил балахонов и пентаграмм. На нем были удобные замшевые туфли, серые брюки в полосочку, рубашка цвета морской волны и жилет — тоже в полосочку. Ну и и бабочка, конечно. Бабочки он любил, они были его страстью — еще с тех пор как он работал конферансье на Порто-Россо, до того как попал за долги в криокапсулу в качестве мороженого мяса и после этого поучаствовал в Обряде.
В руках он крутил настоящий цирковой хлыст — шамберьер. Преданные аколиты, вооруженные парализаторами и короткими мечами, рассыпавшись полукругом, следовали за ним.
На крыше каждого мегахауса была оборудована аварийная посадочная площадка — просто о ней не следовало знать обычным кроули-обывателям. Более двух километров в высоту, Аларм-Форест пробивал слоистые облака и с его вершины вполне можно было увидеть солнце и вдохнуть без респиратора разряженного воздуха. Ну и принять посадку личной яхты Соннелона — тоже.
А посадочная площадка на болоте уже была занята конвертопланами с боевиками — прошедшие через массовый Обряд кандидаты в аколиты из других мегахаусов уже готовились взять штурмом кипящий гневом и истекающий кровью Аларм-Форест. Но Соннелон всё еще не до конца развлекся. Он спускался на лифте, шел по коридорам, двигался на пассажирском конвейере мастерски орудуя шамберьером. Походя охаживая лопающихся от гнева людей, он удовлетворенно кивал: и здесь — как обычно. В живых останется около десяти процентов, из них семь-восемь тысяч докажут свое право, из остальных — трусов и слабаков — отберут самых молодых и сильных и отправят на перевоспитание в лагерь временного содержания на Бахия-де-Санди. Новые сабы нужны Ла-Вею. Вот-вот прибудут специалисты, и через несколько месяцев вместо вязкой массы местных на Кроули общество будет структурированным и логичным. А с добычей и переработкой сырья справятся и дроиды — на первых порах. Благо, дроидов союзники обещали поставить столько, сколько нужно.