Амнезия (СИ)

Сэм пристально его разглядывал, чуть неестественно улыбаясь, и, наконец, произнес:
- Кстати, о счастье с мужиком на миллион…
- Брок.
- Да, Рамлоу, - Сэм ненадолго замолчал, будто обдумывая что-то. – Знаешь, я терпеть не могу лезть в чужие отношения. Если бы с тобой не случился этот провал в памяти, и мы вот так же сели после пробежки и ты сказал бы: «Я счастлив, дружище», - я бы первый хлопнул тебя по плечу, радуясь, что все наладилось.
- Но? – помог ему Стив.
- Но ты не помнишь, и мне больно смотреть, как ты слепо принимаешь дерьмо за конфетку, уж прости мою откровенность. Потому что ничего у вас не хорошо, Стив.
- Тебе не нравится Брок?
- Он никому не нравится, кроме Барнса - и вот теперь тебя. Нет, - Сэм поднял руки в примирительном жесте, - я признаю – он профессионал. И с тех пор, как вы с ним… в «отношениях», - он изобразил в воздухе кавычки, - Рамлоу ни разу не был замечен ни в чем предосудительном. Он не раз и не два намертво прикрывал твою спину на миссии. Но это его работа, Стив. Он просто хорошо делает свое дело, на кого бы ни работал. Наемник.
- Договаривай, - приказал Стив, решив, что лучше один раз покорно выслушать все от Сэма и расставить точки над i, чем всю оставшуюся жизнь доказывать каждому встречному и поперечному, что он не слепой и тупой верблюд, не видящий дальше собственного горбатого носа.
- Он был командиром группы зачистки Гидры, - как о чем-то действительно ужасном, сказал Сэм. - И хэндлером Баки. Дрессировал его, как служебного пса. Кнутом и пряником. А потом чуть не убил тебя. А когда Барнс уперся, потому что его на тебе переклинило, он преспокойно сдал его на обнуление.
- Зачем ты мне это говоришь?
- Чтобы ты не обольщался относительно него.
- У нас контракт, который я заключил с ним ради Баки. Какое тебе дело до того, во что это переросло теперь, Уилсон?
- Такое, что ты – мой друг, и я…
- Раскрыл мне глаза на жуткого перебежчика, свернувшегося кольцами на моей патриотической груди. Спасибо, но я в курсе.
- Да ну?
- Ну да. Это все? Или ты и о Баки знаешь ужасные вещи?
- Пойми, Стив, мне не… - он сделал паузу, покрутив в воздухе рукой. – Я не ставлю себе цели наговаривать на твоих мужиков. Я хочу, чтобы ты владел всей информацией.
- Выкладывай, - Стив постарался сделать заинтересованное лицо, хотя внутри у него все клокотало от желания просто уйти, пока он ничего никому не сломал. Но жизнь научила его добывать информацию любой ценой. И теперь он хотел выяснить, чем для него на самом деле были друзья. – Я тебя слушаю.
- Ни один тест, который Барнс прошел в ЩИТе, не дал абсолютной гарантии того, что он не сорвется. Он нестабилен. Опасен. И он совершенно точно не тот Баки Барнс, которого ты помнишь. И уж поверь – в Гидре он… делал разные вещи. Неблаговидные.
- Я что-то слышал о ломке психики и программировании.
- Да, - согласился Сэм. – Что правда, то правда. Я в курсе, что такое дегуманизация. Но, чувак, – три десятка человек и отец Тони.
- Я на войне убил больше, - после паузы отозвался Стив, хотя новость о смерти Говарда его неприятно поразила как таковая, даже без учета роли Баки в ней. – И после, думаю, не в шахматы на миссиях играл.
- Стив, - было видно, что разговор Сэму не нравится, но он упрямо продолжал: - Ты купил бойцового пса вместе с тренером. Подписал контракты с Рамлоу и Барнсом, причем последний вообще не понимал, где у него голова, а где – задница, а ты прикрыл их своей орденоносной грудью. Дал всем понять, с кем они будут иметь дело, если попытаются тронуть их. Я помню, в каком состоянии ты пришел ко мне и попросил быть свидетелем. Помню, что ты сказал мне тогда.
- И что же?
- «Я делаю это ради Баки, Сэм. Ему нужен Рамлоу, значит, я беру и его. Когда Баки полегчает, контракт можно будет расторгнуть. Но Баки… он важнее всего». Это не дословно, но, думаю, ты теперь понимаешь, почему я так самоубийственно настаиваю на том, чтобы ты меня услышал.
- Так вот чем ты сейчас занимаешься, - усмехнулся Стив. – Настаиваешь.
 
- Открываю тебе глаза на то, как обстоят дела, - почти вспылил Сэм, но быстро взял себя в руки. - Ты живешь с двумя самыми опасными типами, Стив! А тискаешь, как новорожденных щенков! Я хочу, чтобы ты, по крайней мере, знал…
- Скажи, - Стив спокойно отпил из своего стаканчика и взглянул своему собеседнику в глаза, - а в течение последнего года ты узнавал у меня, как дела? Спрашивал, как нам троим живется?
- Да. И неизменно получал ответ…
- Что это не твое дело, - удовлетворенно закончил за него Стив. – Хоть что-то во мне не изменилось.
- Контракт был только ради Барнса, который не видел тебя в упор. Только Рамлоу. И тот, прикрывшись «обожаемым Баки», пролез в твою жизнь, спасая свою задницу. А потом, как оказалось, и в постель. А теперь ты сияешь, как медный таз и выглядишь…
- Счастливым?
- Да. Но я не хочу, чтобы тебе было больно, когда все вскроется. Когда ты вспомнишь.
Стив сжал кулаки и нехотя разжал их, пытаясь успокоиться. Его мама всегда говорила, что чужая семья – потемки и то, что творится за закрытой дверью спальни, не должно касаться никого. Видимо, в современном мире люди утратили эту житейскую мудрость, считая себя вправе судить о чужих отношениях, как о новом вестерне, только вышедшем на экран.
- Спасибо за заботу, - как мог спокойно выговорил он, с трудом разжимая челюсти. – Но со своими любовниками я разберусь сам. Плохим, видимо, командиром я стал, если подчиненные не верят, что я способен сам разобраться со своими проблемами. Что я зарекомендовал себя настолько слепым, что они считают себя вправе…
- Стив, дружище…
- …раскрывать мне глаза, как слепцу. На людей, с которыми я сплю в одной постели, делю дом и стол.
- Послушай…
- Разговор окончен. Передай остальным, если кто-то еще хоть раз полезет ко мне в постель, я этого кого-то вышвырну не только из нее, но и сразу из своей жизни.
С этими словами Стив поднялся и вышел, не оглядываясь. У него было ощущение, что его с головой макнули в деревенский сортир. Деревянный такой, стоящий на выгребной яме, полной отборного дерьма.
Дома он принял душ, еще раз пересмотрел альбомы, чувствуя, как хорошее расположение духа возвращается к нему, и решил навестить родную организацию, а заодно посмотреть на «тренера своей собаки» за работой. Захватывающее, должно быть, зрелище.
========== Глава 5 ==========
Стив взял байк Баки. Отчасти потому, что тот ему понравился больше, чем его собственный, отчасти потому, что не мог поверить в то, что Баки будет против. Купив в газетном киоске около дома большую бумажную карту города, он наметил маршрут и завел мотоцикл, надеясь, что правила дорожного движения не слишком поменялись за то время, что он забыл.
До базы он добрался быстро, посмотрев, как все входящие прикладывают ладонь и заглядывают в какое-то окошко, поступил так же и вполне смог сдержаться, когда небольшой телевизор, на котором высветилась его фотка, поприветствовал его:
- Доброе утро, полковник Роджерс, с возвращением.
Стив раздумывал, ответить или нет, и решил, что наверняка это запись. На всякий случай кивнув, он прошел через большой холл и принялся рассматривать щит с планом здания, надеясь сообразить, где могут располагаться тренировочные площадки и полигон.
В кармане тем временем ожил «телефон». Взяв его в руки, Стив с удивлением посмотрел на фото странного мужчины с аккуратно подстриженной бородкой, который был подписан как «Тони Старк». С Говардом у Энтони не было почти ничего общего. Вспомнив наставления книжки, подсунутой ему Броком, Стив ткнул пальцем в картинку с зеленой трубкой и приложил аппарат к уху.
- Эй, Кэп, - как ни в чем не бывало, заговорил младший Старк, будто продолжал начатый разговор, - я знаю, ты застрял в своем каменном веке, но мне позарез надо тебя. Новые крепления щита. Попозируешь? Или сразу рванешь своих отморозков дрессировать?