Амнезия (СИ)

- Иду, - пообещал тот, ловя губами биение пульса на шее Брока.
- Погоди-ка, - Баки подошел к постели и чуть подтолкнул Стива, заставляя его лечь на спину. – И когда?
- Пятнадцать, - ухмыльнулся Брок.
- Чего? – потребовал Баки.
- Пятнадцать секунд понадобилось тебе, чтобы раскусить Кэпа. Я ставил на тридцать.
- Ночью, - вздохнул Стив. – Как ты догадался?
- В сороковых ты бы заныл: «Баки, давай поедим в постели, ну пожалуйста, иди сюда, у меня что-то есть для тебя». В этом времени ты решил, что жрать в постели – буржуазный пережиток, и задолбал нас своими жалобами на мнимые крошки и мусор. Зануда.
- Давай поедим в постели, - усмехнулся Стив, поднимаясь. – Я помогу тебе принести. Брок, сдвигайся в середину, если ты думаешь, что я дам тебе сбежать в ванную, ты заблуждаешься, как никогда.
Тот, оглядев Стива с ног до головы, молча перекатился и включил телевизор.
- Как ты? – спросил Баки, едва за ними закрылась дверь.
- Я – странно, - честно ответил Стив. – У меня раздвоение восприятия. Знаешь, будто все вещи не то, чем кажутся.
Баки задумчиво облизал металлические пальцы, которыми только что ловко переложил стопку пропитанных маслом блинчиков со сковороды на тарелку, и без тени сомнения произнес:
- Мы оба тебя любим. Наша общая проблема в том, что я знаю вас обоих лучше, чем вы друг друга. Только в этом, и ни в чем другом.
Стива странно согрела эта уверенность Баки и то, как тот правильно понял основную причину его состояния.
- Странная уверенность, - не мог не заметить он, на что Баки лишь ткнул ему металлическим пальцем в лоб.
- Знаю вас обоих, как облупленных. Упрямые оба, а ты еще и слепой.
- Я не…
- Ты – да, Стив. Ты либо слеп, либо излишне жесток. Бери столик, я захвачу кофе.
Стив подошел к нему вплотную и обхватил за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Этот жест был родом из сорок третьего, когда после Аззано Баки часто прятал глаза и молчал обо всем: о здоровье, о переменах, медленно, но верно происходящих в нем, о головных болях, о чувствах.
О чувствах – особенно.
- Скажи мне, Бак, - попросил Стив. – Просто скажи мне это. Как тебе между нами? Между мной и…
- Нет никакого «между», Стиви, - Баки тягуче, лениво улыбнулся и прикрыл заблестевшие глаза. – Когда ты это поймешь, наконец? Есть «под», есть «на», «в» и даже «для» есть, но никакого «между» я не знаю. Идем, остынет. К тому же, сегодня пятница, а это значит, что в обед припрутся те, кто до смешного хочет защитить Стивена Гранта Роджерса от него самого. Цирк. У нас с Броком билеты в первый ряд. По пятьдесят центов за штуку. Не хочу, чтобы пропали, - он подмигнул Стиву, ответил на короткий поцелуй, подхватил кофейник и, весело насвистывая, пошел в спальню.
Когда во время завтрака, бездумно глядя на очередную полуголую красотку на экране, Стив поймал себя на желании облизать пальцы, да еще не свои, а Брока, чье голое бедро, четко ощутимое под одеялом, не давало ему связно мыслить, он понял, что странная потеря памяти, вызванная сильнейшим сотрясением мозга и трещиной в черепе, не прошла даром. Плотина, которую он тщательно, упорно возводил последний год, чтобы не давать волю мешающим, совершенно неуместным чувствам, если еще не разрушилась под их напором, то уже дала заметную течь и трещала по швам.
Страшно не было. Вспоминая тревожное, болезненное состояние, ощущение неправильности, несчастливости, с которыми он жил в последнее время, Стив не мог понять, почему тянул так долго. Почему не видел ничего дальше собственного носа, почему вопреки привычной импульсивности решил руководствоваться разумом, а не чувствами.
Будь так всегда, он бы потерял Баки еще в Аззано. Разум в лице полковника Филлипса говорил, что надежды нет, а сердце не слушало. Когда вдруг стало наоборот?
Наверное тогда, когда это сердце упало вместе с Баки там, в горах. Сорвалось и разбилось вдребезги. Все, что у Стива осталось после этого – разум. Накачанный сывороткой, отточенный, идеально функционирующий. Делать глупости стало не для кого.
 
Но теперь Баки вернулся, и пора бы Стиву вспомнить, как все должно быть на самом деле. Оттаять, наконец, ведь он никогда не боялся делать глупости, ошибаться и даже получать за это по зубам. В конце концов, кто без шрамов на сердце – тот и не жил толком.
Дождавшись, пока Баки и Брок доедят, он переставил столик на пол и навалился на них сверху, обнимая за крепкие шеи и с наслаждением понимая: удивил.
- Предлагаю начать сначала, - сказал он, слыша, как хрипло звучит его голос.
- Что именно? – весело спросил Баки, проводя по его горячей спине холодным металлом ладони.
- Жить.
- Поздновато, - хмыкнул Брок.
- Мне без малого сотня, и я молод. А тебе вообще должно быть стыдно, ты в два раза младше меня, - с этими словами Стив прикусил его шею, и все уточнения поставленной задачи были отложены до лучших времен.
========== Глава 9 ==========
Проснулись они от настойчивого звонка в дверь. Стив резко сел, не слишком аккуратно выпутываясь из двойного объятия, и потянулся за телефоном.
- Три часа, - сорванным голосом заключил он. – Это Нат с Сэмом.
- Проспали появление цирка, - Баки лениво потянулся, но вставать не спешил. – Может, ну их? Я на оконную раму растяжку поставил.
- Рехнулся, что ли? – сонно спросил у него Брок, поднимая помятое лицо с подушки. – Гражданских полно.
- Она светошумовая, - признался Баки, и это прозвучало как «учебная».
В дверь позвонили снова.
- Сожрете мое рагу – покалечу, - предупредил Брок. – Рылом твои «друзья» не вышли, чтобы я для них готовил.
- Там пиво есть. И чипсы. Пиццу закажи, - напутствовал Баки, перекатываясь к Броку на освобожденное Стивом нагретое место.
- Вы что, так и будете тут лежать? – Стив натянул штаны, безуспешно попытался пригладить волосы и, осмотрев разошедшуюся по шву футболку, кинул ее через всю комнату в угол.
- Мы позже подтянемся. Не мешать же агенту Романовой просвещать тебя относительно того, с какой плохой компанией ты связался, хороший мальчик Стив Роджерс.
- Агент Романова сама не может похвастаться безоблачным прошлым, - усмехнулся Стив, вытаскивая из шкафа первую попавшуюся тряпку.
- Это моя, - усмехнулся Баки.
- Сойдет, - решил Стив и надел туго обтянувшую его футболку с надписью: «Great time for fucking».
- Я хочу это видеть, - Брок легко поднялся, потянулся всем телом, и Стив ощутил вдруг неодолимое желание вернуться в постель. В голову полезли воспоминания о том, как Брок и Баки по очереди брали его, сменяя друг друга, а все, что он мог – бессильно лежать, чуть приподняв бедра, и задыхаться от острого чувства принадлежности. Этим двоим – впервые обоим разом.
- Я знаю этот взгляд, - ухмыльнулся Баки. – И еще раз предлагаю послать всех к черту.
- Теперь я против, - Брок впрыгнул в штаны и натянул простую темную футболку. – Открыть?
- Я сам, - Стив подошел вплотную, сжал ладонями его ягодицы и, чуть склонившись, оставил на шее яркий засос. – Сколько они будут звонить?
- До вечера, - ответил Брок, растирая пострадавшее место. – Так что впустить проще.
Стив, хлопнув его по ягодице, пошел в прихожую и, повозившись с замком, открыл дверь.
- Не помешали? – невинно спросила Наташа, оглядывая его с головы до ног и задерживая взгляд на растрепанных волосах, покрытой засосами шее, тесной футболке с невообразимой надписью и босых ногах.
- А сама-то как думаешь?
- Думаю, что нет, иначе нам бы пришлось звонить дольше. Трилогия Толкиена, - сообщила она, показывая три лицензионных диска.
- Это пароль? – спросил Стив, пуская их в прихожую.
- Нет, название. А это - Клинт, - представила Наташа молча рассматривавшего его Бартона.
- Рад видеть в добром здравии, Кэп, - тот протянул руку, и Стив с удовольствием пожал ее. Клинт ему нравился.
- Меня-то пустишь? – спросил Сэм, стоявший дальше всех, в коридоре.