Амнезия (СИ)

- Нашел что вспомнить. Это было сто лет назад.
- Для меня не прошло и недели.
Баки снова его поцеловал и решительно отодвинул.
- Не здесь, - коротко попросил он. – Жрать охота, - громче сказал он. – Пойдем, поищем какое-то не очень людное место.
- Итальянский ресторанчик за углом? – спросил Брок.
- Да, люблю лазанью. И, Стив, надень уже футболку. Мне нравятся твои формы, но делиться ими я не намерен.
Он поправил на Броке перевязь, больше норовя коснуться, чем помочь, и у Стива возникло чувство, что они вот так, молча, переговариваются. На душе стало тепло: он не ошибся. Баки никогда особо ни с кем не сходился вот так, чтобы подпустить близко, понимать без слов. Ну, Стив не в счет, они были вместе, сколько себя помнили. Да, у них были приятели, но никого достаточно близкого. А вот Брок и Баки, похоже, отлично понимали друг друга, были близки именно в человеческом смысле, и, значит, «ужасный двуличный наемник» стоил того, что Стив к нему чувствовал.
К лифту шли, выстроившись практически «боевым клином»: Баки впереди, а Стив и Брок за ним, плечом к плечу. Стив, которого в свое время обучали основам психологии, чувствовал, как партнеры прикрывают его со всех сторон, будто пытаясь защитить, сберечь, считая, видимо, уязвимым именно сейчас.
- Административный этаж, - произнес Баки, заходя в лифт и тут же загоняя Стива в угол, себе за спину. Ненавязчиво, но неумолимо, будто он все еще был тощим задохликом, получавшим на орехи в каждой бруклинской подворотне.
Этажом выше в лифт вошел кто-то, кого Стив сразу воспринял, как угрозу, потому что спина Баки вдруг опасно расслабилась, а обманчивая неподвижность выдавали настороженность.
- Барнс, - послышался мелодичный голос Наташи, - как миссия?
- Без замечаний, - бархатно отозвался Баки, но под этим бархатом Стив отчетливо слышал сталь.
- Привет, Стив, - продолжила Наташа, впрочем, не пытаясь приблизиться, - прости, что вот так, издалека, не хочу устраивать драку с твоей… охраной.
- А ты веселая, - ухмыльнулся Баки.
- С чего мне грустить? Па-па, мальчики, - она вышла на следующем этаже, старательно проигнорировав Брока, и Стив тут же поймал себя на том, что запомнил ей это пренебрежение.
- Кабинет Фьюри – третий направо, - обернувшись, пояснил Баки. – Держись с ним жестко, но вежливо. Не ври, но и не признавайся, что просто собираешься провести остаток дня в постели, засовывая в нас член. По очереди, - он изогнул бровь и ухмыльнулся.
- Может, это я хочу, чтобы в меня засовывали, - невозмутимо отозвался Стив, ощупывая туго обтянутую джинсой задницу Брока.
- Да на нашей улице праздник, - промурлыкал Баки. – Решил наконец-то нарушить годовой целибат?
- Уже нарушил, и не без удовольствия.
- О, - глаза Баки опасно сверкнули, - давно надо было тебя приложить как следует. И кстати, о том, как так вышло, что ты оказался один на той миссии, мы еще поговорим.
- Уровень номер пять, - объявил приятный женский голос, - Администрация.
- Твой выход, мы будем в холле, ждем десять минут и идем за тобой, - распорядился Баки.
Начальником Стива оказался одноглазый негр, видимо, пребывавший в мрачно-самодовольном расположении духа.
- Роджерс, - поприветствовал он его, - не ожидал, что ты так быстро придешь в себя.
- Я и не пришел, - отозвался Стив, пожимая протянутую руку. – Мне нужна помощь. Если для Рамлоу у вас нет сегодня особых поручений, я хотел бы забрать его.
- Поручений нет. Я могу освободить его во второй половине дня, без проблем, его группа вполне справится без него. Расскажи лучше, как ты?
- Справляюсь. Дезориентирован. Мир сильно изменился, и мне нужен кто-то, кто отговорит меня стирать в раковине и покажет, как включается плита.
- И чем тебя не устраивает Барнс в этой роли? Он на неделю свободен, у него только тренировки и спарринги, насколько мне известно.
Стив, крутнувшись в мягком кресле, неожиданно признался:
- Хочу составить полную картину того мира, в котором, оказывается, живу.
Фьюри некоторое время сверлил его взглядом единственного глаза, а потом, усмехнувшись, сказал:
 
- Свободны все трое до понедельника. И я все еще жду отчет по последней миссии.
- Что я могу написать в нем? Что очнулся в лазарете в полной уверенности, что сейчас зима сорок пятого?
- Потому я все еще жду, Роджерс. Свободен.
- Есть, сэр. Спасибо, сэр.
- В понедельник с утра доклад о состоянии здоровья – от тебя, отчет – от Барнса и Рамлоу на своем месте к восьми.
- Спасибо еще раз.
- И, Стив? – окликнул его Фьюри уже у самой двери. – Никого не слушай, кроме себя. У тебя обычно это нормально выходит.
- Мы друзья? – обернувшись, спросил Стив.
- Нет, но я многим тебе обязан.
Стив кивнул, давая понять, что принял совет к сведению, и вышел. Странный мир, в котором негр мог сидеть в его присутствии и распоряжаться временем его любовника, все равно ему нравился.
***
Ресторанчик оказался небольшим и очень уютным. Стив вспомнил один похожий, в который они с Баки ходили во время войны. Такие же клетчатые скатерти на столах, домотканые салфетки и горячие хлебцы в плетеной корзинке.
- Как «У Массимо», - оглядевшись, поделился он с Баки.
Тот, нахмурившись, помотал головой.
- Прости, не помню. Я, по сути, кроме тебя мало что помню достаточно хорошо. Но все еще вспоминаю.
- Ну, «крошку» ты помнишь, - усмехнулся Стив, стараясь не подавать виду, что его больно царапнули его слова.
- Как я могу забыть мою крошку? – изогнул бровь Баки. – А вообще повезло мне, - он плотоядно оглядел Брока и облизал губы. – В сороковых меня бы пристрелили по-тихому, если бы Морита сдал нас.
Стив помнил этот случай, когда они пренебрегли осторожностью и жадно набросились друг на друга после миссии, едва зайдя за какие-то развалины. Губы Баки казались ему тогда сладкими, как лесные ягоды, потому что они были живы, оба, несмотря ни на что, молоды и безумно, страстно любили друг друга. После каждой миссии такая вот физическая потребность убедиться, что все хорошо, причиняла боль.
Джим тогда ничего не сказал, даже не сплюнул, как обычно делал, когда ему что-то не нравилось. Просто молча развернулся и ушел, по дороге завернув еще кого-то, рвавшегося исследовать руины на предмет наличия ценного.
- Но не сдал же.
- Только не говорите, что вы спалились, да еще в своем гомофобном веке и на войне, - усмехнулся Брок, откидываясь на спинку стула.
- Да, - признался Стив. – Баки был просто невыносим.
- Будто он сейчас лучше.
- Будь я таким, как в сорок пятом, отсосал бы вам обоим прямо в кабинете. А так я - олицетворение приличия и добропорядочности.
Брок рассмеялся (впервые на памяти Стива), запрокинув голову и обнажив крепкую смуглую шею, от вида которой моментально пересохло во рту.
- Давайте поедим и поедем домой, - предложил Стив. – Я…
- Неловко себя чувствуешь? – с усмешкой «помог» ему Баки.
- Хочу вас обоих. Разом, - тихо, но четко выговорил Стив. – Неделю назад я и представить не мог, что это будет возможно.
- Неделю назад ты драл нас шесть часов подряд, - поправил его Баки. – Но потом все забыл, и я еще выясню, куда при этом смотрели те, что называют себя твоими друзьями.
Стив хотел ответить, что может и сам о себе позаботиться, но тут пришла официантка и, покачивая пышными бедрами, принялась расставлять заказанные ими блюда. Было очевидно, что она больше обхаживает Брока, намерено наклоняясь так, чтобы продемонстрировать внушительное содержимое декольте с самого выгодного ракурса. Баки, усмехаясь, перекатывал языком зубочистку и наблюдал за тем, как Брок одобрительно рассматривает предложенное и щурится, как сытый домашний кот, который все равно не может отказаться от миски, полной сметаны.
Убрав салфетку с номером телефона в карман, он перевел, наконец, взгляд на своих партнеров, подмигнул Баки, и с явным удовлетворением произнес: