По мирам (СИ)
она при этом игнорировала. Игорь, соизволив оторваться от общения со своим четвероногим
другом, утешил хозяина парой золотых монет и направил его в кладовую, попросив собрать им
снеди в дорогу.
– Ну, там, окорок, сыр, лепешки, собачке чего-нибудь пожевать…
– Пару мисочек не забудь, – ехидно пропела Женя, – В качестве минеральной
добавки к корму.
– Солнце! – Проводник с кроткой укоризной во взоре глянул на нее, – Ты
придираешься к моей собачке. Конечно! Тебе не понять!… У тебя с детства было все! Родители,
коньки, музыкальная школа,– в его голосе появился какой-то надрыв. Женина рука в испуге
зависла над солонкой. Чего это он несет?! Какие коньки, какая школа?! – А у меня не было
ничего. Даже собаки. И вот теперь, когда у меня появилась собака, ты начинаешь плести против
нее интриги! Нехорошо, не по-товарищески, – Игорь многозначительно поднял вверх
указательный палец. Максик поднял торчком острые ушки, с интересом уставился на этот
палец и облизнулся.
– Игорек, Игоречек! – жалобно проблеяла Женя, и без сил опустилась на стул. – Я
думала, ты в порядке…Что ты несешь? Это бред? – с надеждой спросила она, перегнулась через
стол и потянулась рукой к его лбу. Послышалось глухое страшное рычание Макса. – О,
Господи! – Женя мигом отдернула руку.
– Он не на тебя рычит, – понизив голос, сообщил Игорь. – Он рычит мне за спину…
За спиной Проводника имел место быть здоровенный детина с явными оркскими
чертами во внешности. По-крайней мере, орков Женя представляла себе именно так. Раскосые
глаза, наглая ухмылка на полморды, на остальные полморды – шрам от уха до уха, от улыбки
отличается только изгибом. Широченные плечи обтянуты кожаной курткой, куча
металлических побрякушек по всей фигуре и замшевые засаленные штаны, заправленные в
грязные сапоги. Все это великолепие воздвиглось над Игорем крепостной стеной и, ухмыляясь,
буравило взглядом его макушку.
– Вам чего, а? – робко осведомилась Женя, прикидывая про себя, на сколько
сантиметров этот тип выше Игоря и шире его в плечах. Получалось, что-то многовато…
– Твоя Проводник? – утробно рыкнул оркообразный посетитель
– Да, – кивнул Игорь, оборачиваясь.
– Поведешь караван в Дар-Лал-Гарраш, – сообщил громила.
– Кто сказал? – Макс рычал не переставая. Женя с удивлением заметила, как
побелели костяшки игоревых пальцев, удерживающих пса за шерсть на загривке. Не слишком
ли много усилий для четырехмесячного щенка?!
– Моя сказал! – орк протянул было лапу к Игорю. Что он собирался сделать, взять
Проводника за шкирку и вытряхнуть его со стула, или еще как подбить взяться того за работу?
Это осталось неизвестным. Ибо Макс вырвался из рук хозяина и торпедой метнулся в грудь
орку. Капканом лязгнули клыки. Гороподобный амбал рухнул на пол ко всеобщему изумлению.
У Жени волосы поднялись дыбом. На всем теле! Со своего места она отчетливо видела, как
Макс скусил с шеи орка здоровенную металлическую цепочку, а-ля со сливного бачка, и
втягивает ее в клыкастую пасть, словно лакомка – спагеттину.
– Назад, Макс! Ко мне! – свирепо рявкнул Игорь, наконец-то соизволив подняться
со стула.
– Знаете что, ребята,– проникновенно сказал хозяин, утирая лоб полотенцем –
Идите-ка вы, пожалуйста… Вы мне всех посетителей распугаете… – Он всучил Игорю
внушительный сверток с едой. – Не надо! Не надо! За счет заведения!
– Говорила я тебе! – Женя с трудом поспевала за бодрым игоревым шагом. Макс
весело шнырял по обочинам Дороги. – Ты мне поверишь, когда без головы проснешься, да
поздно будет! Это не собака! Это отродье ушастого демона У или Ы, не помню… Да и не
важно. Важно то, что он ненормальный. Ты видел, как он нанимателя нашего уложил?!
– Здорово! У, ты мой мальчик! Мой славный песик! – и все в этом же духе со
взаимным облизыванием на пятнадцать минут.
Женя начинала терять терпение.
– Солнце! Дорогое мое рыжее Солнце! – проникновенно начал Игорь – Демоны Ы,
ушастые они или безухие, детей по дорогам не раскидывают и людям не служат. Ну, посмотри
на него. Это же просто собака! Ну, мало ли пород всяких в мирах и на белом свете. Растет
быстро, так это ж хорошо! А что миску съел, так тебе все-таки показалось… Зашмыгал он ее
куда-нито. Молодой, игривый… Ты моя радость… – это уже не Жене…
– Господин Проводник! – официально обратилась она к Игорю, – вы можете хоть на
минуту оторваться от своей противоестественной любви и прояснить-таки наши планы на
будущее. Ближайшее и не очень…Я маму не видела уже даже не знаю сколько… И Наташу…и
наших…
– Какое-то время мы будем просто идти по Дороге. Кстати: запомни на будущее:
Дорога – нам мать родная! И даже больше! Первое место, куда ты можешь удрать в случае
опасности – это Дорога. Запомни ее запах, цвет и вкус. На Дороге нас с тобой труднее засечь и
найти. Затем – я. Без ложной скромности, ничего личного, только работа. Запомни меня
хорошенько. Насколько я знаю, я единственный знакомый тебе Проводник. Правда, выходить
на меня советую крайне осторожно, Солнце. У меня иногда бывают очень опасные ситуации.
Ты выйдешь, а…
– А у тебя в постели парочка горячих крошек! – докончила Женя. Зная Игоря, такой
вариант исключить было нельзя.
– Соо-олнце! – взвыл он обиженно.
– Чего, солнце? – невинно похлопала ресницами Женя, – в головку напекло?
– Ладно, проехали. Вернемся к нашим баранам.
– Хорошо бы просто вернуться домой.
– Ты больше не хочешь играть в Странников? – изумился Игорь.
– Нет… Просто соскучилась.
– Знаешь, – он шагал опустив голову, свесив руки на длинную подобранную где-то
палку. – А я тебе завидую. Тебе есть о ком скучать, есть куда возвращаться…
– Ну, так и ты заведи! Женись, детишек настрогай…
– Пробовал уже, – уныло вздохнул он – Дорога не отпускает…
Солнце уверенно карабкалось к зениту. Макс устал шастать по округе и ехал у
Игоря на плечах, наподобие мехового воротника. Женя уже подустала, но неумолимый учитель
все так же мерил Дорогу длинными ногами и продолжал свою лекцию.
– В принципе, вернуться домой не сложно. Можем, хоть сейчас. Но ты пойми,
Вахида и его лысого начальничка никто не отменял.
– И Службу, – согласно кивнула Женя.
– Ну, Служба, это постольку-поскольку… Конечно, это не слишком удачно, что ты
начала свою карьеру именно с меня. Я у Службы на особом счету. Но баба, та, нюхач с
Перекрестка, срисовать тебя попросту не успела. Мы довольно быстро и грамотно ушли. Ты
тренируйся, тебе цены не будет! В базарный день…Так, что для Службы, ты пока интереса не