Звездная кровь – 8. Псы вечности

 
Роман Прокофьев
 
Звездная кровь – 8. Псы вечности
  
Пролог
 
Небесный Трон велик.
Его сияние может увидеть каждый Восходящий в дни, когда меняются знаки небесного календаря. Из черных глубин вне пространства и времени появляются очертания великой небесной крепости, созданной Тем-Кто-Искусен и его усердным учениками – зримое и материальное воплощение чуда, тысячу тысяч циклов хранящее Вечность.
  
Каждый знает – внутри Небесного Трона находится бесконечный мир, лишенный бед, зла и невзгод, великая обитель небожителей, когда-то сотворивших великую сферу Единства. Они живут там вечно, наслаждаясь всеми благами и чудесами, которые только возможны. Путь туда открыт – но лишь тем, кто готов воткнуть стигмат себе в запястье и пройти суровым путем Восхождения, в конце пополнив армию великих героев, что ждет своего часа в чертогах Небесного Трона.
Тысячи тысяч достойных уходят служить Вечности – и каждый надеется, что ему найдется место в вечных королевствах Небесного Трона. Каждый из них знает, что он встретит за вратами Вечности своих родичей и друзей, ушедших раньше, а дети – найдут его, если пойдут по тропе Восхождения… Тысячи дорог и новых испытаний ждут каждого после окончания земной жизни. И потому все Восходящие ценят Славу – ибо лишь она останется с героем в начале нового пути.
Путь к подножию Небесного Трона начинается в Храме Вечности, куда приносят стигматы павших. Норны, служащие Храму, очищают гвозди, извлекая из них Звездную Кровь и Руны, и переносят души Восходящих в Чертоги Ожидания и Встреч, обитель-чистилище, которую должны пройти все, идущие в Вечность. Пока души Восходящих находятся там – избранные обитатели Единства могут говорить с ними, находясь в Саркофагах Бесконечного Сна. Этой привилегией наделены риксы и фламины, а также те, кто только втыкает гвоздь в запястье и впервые вступает в Чертог Встреч, знакомясь с Вечностью.
Но стоит Восходящим пройти испытания и шагнуть за порог привратных Чертогов, они больше не могут вернуться… разве что в момент великой нужды, когда врата Небесного Трона открываются, чтобы выпустить золотую армию героев.
Говорят, прежде такое случалось.
Впервые – когда Тот-Кто-Забыт выпил животворное солнце и впустил в Единство Тварей Извне, силясь одолеть Небесный Трон. Но был повергнут и разорван сам, а его легионы и союзники сгорели, как сухие листья в лесном пожаре – которым стало небесное воинство, пришедшее из Вечности. Сама память о них навсегда стерта, чтобы никто не смог снова пройти черными путями.
Второй раз врата Небесного Трона отворились, когда тысяча демонов взяла власть в тысяче Кругов. Единство полыхало, исходя реками крови и слез, ибо яростные дети Забытого покушались на саму вечную жизнь, стремясь сами завладеть душами всех Восходящих Единства. И вновь они были побеждены, раздавлены, как ядовитые ползуны, бессильно кусающие золотой сапог Вечности.
Все знают, что может наступить и третий раз, ибо терпение Небесного Трона велико, но не бесконечно…
И тогда горе тем, кто осмелился бросить вызов хранителям мироздания.
Ибо вставших на след Псов Вечности – не остановить.
 
Глава 1
 
Что делать с секретом Миноса, я решительно не представлял.
Очевидно, под фригольдом находились отражения тех, кто в свое время пленил Белого Дьявола, – Восходящих чуть ли не небесного ранга, которых мой вселенец называл странным словом Преображающие. Что они преображали, я понятия не имел, но злой факт заключался в том, что разрушенный аванпост некогда принадлежал кел Вечности. Эта троица оставила тут «заряженные» клоны – возможно, после той самой битвы. Звездной Крови и Рун в них, скорее всего, не было – эти субстанции свободно перемещались между двумя мирами, а вот мощнейшие Предметы – снаряжение и оружие Преображающих – явно не были декорацией. Это тоже не укладывалось в голову – лично я бы забрал все имущество в Вечность или спрятал, но псы Вечности явно не тревожились за сохранность своих вещей. Это означало, что лезть в поле остановленного времени – и тем более пытаться извлечь их отражения из Саркофагов – крайне опасная затея!
Эта троица способна стереть весь наш фригольд одним движением мизинца…
С другой стороны, разрушение аванпоста прежними искателями не вызывало никаких санкций – хотя, может, потому, что они просто не добрались до самого ценного? Это внушало некоторую надежду – Азимандия, по ее словам, смогла оборвать нити между своим Доменом и Вечностью, лишив родственников возможности прийти в гости, значит, теоретически возможен обрыв связующей нити и этих Саркофагов… Доктор Матиас, увидев, как я манипулирую с механизмами Вечности в Серебряном Замке, полагал, что я смогу каким-то образом помочь и здесь – но, увы, я оказался бессилен.
Поле Остановленного Времени – мощная стазисная ловушка, надежно прикрывало нижний этаж с Саркофагами, и отключить его снаружи не представлялось возможным. Управляющий контур находился внутри, а до этого любой живой или мертвый предмет застывал на границе. Абсолютно непроницаемая штука, потому что каким-то образом воздействовала не только на пространство, но и на время. С темпоральными аномалиями земная наука была знакома лишь на теоретическом уровне, и Минос упомянул, что они каким-то образом связаны с загадочной А-физикой, изучающей природу не менее загадочной А-энергии, которая, в свою очередь, лежала в основе всех рунных «технологий» Народа Кел. К счастью, в Домене имелись подобные механизмы – столбы, где Азимандия держала пленников, а также сами Саркофаги, так что шанс разобраться у нас был. Но прежде, чем приступить к полноценному исследованию, требовалось вытащить кристалл-сферу Домена в безопасное место.
Более простой способ – спросить того, кто точно знает. Белый Дьявол должен быть осведомлен о подобного рода защите – да и информация о старых знакомых наверняка заинтересовала бы вселенца. Но я помнил тень его закипающего гнева при старых воспоминаниях – и думалось, что даже Один из Тысячи может поддаться эмоциям. Он неплохо обучил меня – и теперь Сигурд Морозов понимал, что эта тайна – могучее оружие, которое можно использовать… или продать в нужный момент. Белый Дьявол тоже не спешил делиться своими секретами – и теперь у меня был ключик к этому замку. Тайна взамен тайны – и у меня их имелось целых две, о Великом Черве и Псах Вечности…
Как бы там ни было, он не отвечал на мои вызовы уже третьи сутки, и оставалось только гадать, чем таким занят Один из Тысячи. Рано или поздно, если он жив, мы все равно поговорим…
А пока мы под гул импеллеров выгружали из «Грифона» людей и оборудование на удаленной от колонии площадке. Фригольдеры использовали ее для всяких рискованных мероприятий вроде открытия Доменов или испытания новых Рун. Впервые мне ее показал еще Динамит. Опаленный скальный круг, нечто вроде огромной – метров пятьсот в диаметре – арены, расположенной неподалеку от тропы к Змеиному Каньону. Со всех сторон этот полигон прикрывали отвесные скалы, а внутрь вел единственный проход, замурованной мощной гермодверью. Пугающие шрамы на площадке – оплавленная, пошедшая волнами поверхность и камни, похожие на куски воска, долго пролежавшие на солнце, – напоминали, что рунные эксперименты бывают смертельно опасны.
Тем не менее они необходимы – и сегодня наш ученый собирался впервые призвать Скрипторум Некролита.
Это Существо, судя по описанию, было разумным созданием, и для общения с ним мог потребоваться человек, знающий не только Единый, но и наречие Кел. А такими Навыками во фригольде могли похвастаться лишь двое – я и Винсент Кассиди. Минос, по его словам, тоже получил подобный Навык, изучая древние надписи, однако две звезды в дереве – не совсем то, что поможет объяснить сложные вещи. А вот где Язык Кел обрел наш рикc – вопрос интересный… Впрочем, Кассиди был занят, поэтому выбора у доктора Матиаса, собственно, не оставалось.