Пуля ставит точку

— Нет, спасибо. — Кленси осмотрел кабинет, затем его глаза без всякого выражения остановились на лице стажера. — Как себя чувствует наш пациент?
— Все в порядке. Фактически он чувствует себя достаточно хорошо. Последний раз, когда я заходил к нему, он выглядел вполне прилично. Пульс и дыхание были такими, как это и следовало ожидать.
— И как давно это было?
Молодой врач глянул на свои ручные часы.
— Около часа тому назад, как мне кажется. — Он сделал еще глоток кофе и глянул на Кленси. — Хотите подняться наверх и взглянуть на него?
— Если вы не против.
— Конечно нет. — Молодой врач допил свой кофе, поставил чашку на стол и спустил ноги на пол. Затем достал из ящика стетоскоп, повесил его на шею и встал. — Он выглядит вполне прилично, особенно если учесть состояние, в котором он находился, но, между нами говоря, я буду счастлив, когда они заберут его отсюда куда-нибудь в другое место.
Кленси не ответил. Он пошел за доктором по пустынному коридору; по лестнице они поднимались бок о бок, молодой стажер шел совершенно бесшумно в своих башмаках на резиновой подошве. Наверху они повернули по направлению к комнате 614; когда они повернули за угол в коридор, ведущий непосредственно к комнате, брови врача удивленно поднялись.
— А где же охранник?
— Он в комнате.
Доктор Уиллард посмотрел на идущего за ним человека со странным выражением; он ускорил шаги и вошел в дверь, причем Кленси следовал вплотную за ним. У врача явно перехватило дыхание при виде представшего перед ним зрелища, он бросился вперед и склонился над постелью. Его пальцы автоматически подняли веко, затем отпустили его и схватили запястье. Затем он выпустил безжизненную руку и попытался достать нож; его рука остановилась в воздухе и он вытер ее о белую штанину.
— Он мертв…
— Верно.
— Но он чувствовал себя так хорошо. Он…
Глаза стажера остановились на рукоятке ножа, рот слегка приоткрылся.
— Да, — Кленси протянул руку, накрыл нож простыней и подтянул ее вверх так, что она закрыла искаженное лицо убитого. Потом отступил назад, машинально вытерев кончики пальцев. — Сколько врачей в госпитале?
— Врачей? Сколько…? — Глаза молодого стажера наконец-то оторвались от ножа; в его вопросе явно проскальзывало удивление.
— Да. Пусть вас не удивляют мои вопросы и не старайтесь их анализировать. Просто отвечайте на них.
Уиллард растерянно кивнул.
— В составе персонала госпиталя шесть врачей. Я здесь единственный стажер; и если речь идет об этом, то я здесь единственный, кто дежурит по ночам. Видите ли, это скорее лечебница, чем обычный госпиталь…
— Я знаю, — нетерпеливо заметил Кленси. — Если я еще раз услышу, что это лечебница, а не госпиталь, то закричу. А что вы скажете о сестрах?
Уиллард уставился на него.
— А что я должен о них сказать?
— Сколько их?
— О, я не знаю. Я полагаю, что по ночам дежурит восемь или девять. Если это важно, могу узнать.
— Это неважно. — Кленси глянул на патрульного, молча и виновато стоявшего рядом. — Барнет, спуститесь вниз и найдите Капровски. Он в моей машине и либо стоит перед госпиталем, либо припарковался где-то неподалеку. Приведите его на пятый этаж, туда, где кабинеты врачей. — Он обернулся. Пойдемте, доктор. Нам необходимо немного поговорить внизу. — Он посмотрел на дверь. — Эти комнаты можно запереть?
Молодой стажер сунул руку в карман, извлек связку ключей и выбрал один из них.
— Это можно, но…
— Дайте мне ключ.
Кленси подождал, пока доктор снимет с кольца выбранный ключ. Затем взял его из вялой руки врача, вышел наружу, запер дверь и положил ключ в карман. Барнет молча вошел в лифт, тогда как остальные спустились по лестнице. В маленьком кабинете Кленси увидел, как молодой стажер упал в кресло. Сам он сел на угол стола и глубоко задумался. Оба молча ждали; наконец в холле раздались быстрые шаги, дверь распахнулась и вошел Барнет, за которым следовал возбужденный Капровски.
— Черт возьми, лейтенант! Барнет сказал мне…
Кленси остановил его, подняв руку.
— Да.
 
— Святой Михаил, лейтенант; что скажет Чалмерс?
— Забудьте о Чалмерсе.
Лейтенант мрачно смотрел на троих мужчин. Усталость одолевала его, но он пытался сконцентрировать мысли на возникшей проблеме.
— Меньше часа назад некто, одетый в костюм врача, проник в комнату и прикончил нашего парня. Обычным кухонным ножом. И никто не видел его или как Барнет — не придал никакого значения тому, что видел. Это должно было требовать определенной подготовки, или же этот парень рисковый игрок. Кленси взглянул на остальных. — Он должен был знать, кто такой Росси, где он находится и как до него добраться. И все это за очень короткое время. Он глубоко вздохнул. — Вот то, с чем нам предстоит разобраться…
— Разобраться? — Капровски изумленно уставился на него. — Черт возьми, лейтенант, нам ни с чем не придется разбираться. Как только отдел по расследованию убийств сообщит об этом Чалмерсу, то тут такое начнется! Он поднимет всю свою команду и немедленно вырвет дело у вас из рук.
— Вот почему мы пока не сообщим об этом в отдел по расследованию убийств, — спокойно сказал Кленси. — По крайней мере немедленно.
Три пары глаз с недоверием смотрели на него. Он хладнокровно кивнул и вытащил сигарету, демонстрируя спокойствие, которого в глубине души далеко не испытывал. Медленно зажег сигарету. Капровски нервно дернулся, все еще не будучи уверенным, что он все правильно понял.
— Вы не намерены сообщать об убийстве в отдел по расследованию убийств? Вы, лейтенант?
— По крайней мере, не сразу. — повторил Кленси.
— Но как вы надеетесь сохранить все это в тайне, лейтенант? Капровски все еще ждал объяснения. — Вы же говорили мне, что Чалмерс собирался прислать утром другого врача, который бы присмотрел за ним…
— Все правильно, — Кленси глубоко затянулся и безразлично созерцал облачко дыма. Затем повернулся к побледневшему стажеру. — Доктор, у вас здесь есть морг или комната с холодильником, где вы могли бы в течение суток продержать это тело?
Доктор Уиллард вытер губы.
— Мы… у нас нет настоящего морга, но есть кладовая, которую мы время от времени используем для этой цели. В ней есть система кондиционирования воздуха…
— Отлично. — Кленси положил в пепельницу свою сигарету. — Вот туда-то мы его и отправим. Кто-нибудь туда заходит?
— Почти никогда, но… — Молодой стажер взглянул на него, на лице у него не было написано ничего кроме простого любопытства. — Мне это не нравится. Почему я должен подставлять свою шею? Что я должен буду говорить, когда появится врач, которого пришлет Чалмерс, и попросит меня показать ему раненого?
— Вы просто должны будете ему сказать, что Кленси приехал вместе с частной машиной скорой помощи и увез вашего пациента прочь. И что так как лейтенант Кленси является полицейским, то вам не оставалось ничего делать. — Он задумавшись сделал паузу. — И, конечно, вы не знаете, куда мы уехали.
Молодой врач, казалось, был поражен этим предложением.
— А почему я должен это делать? Почему я должен лгать?
— Послушайте, доктор, вы не знаете мистера Чалмерса так, как его знаю я. — Кленси раскинул руки. — Он распнет меня, вас, госпиталь и всех остальных, если сейчас об этом узнает. — Его глаза остановились на остальных. — Если бы в этом деле участвовал кто-то другой, а не Чалмерс, то я первый бы сообщил об этом. К вашему сведению, я никогда до сих пор такого не делал. Лейтенант полиции не должен этого делать. Но именно теперь наша единственная надежда заключается в том, чтобы разобраться в этом и докопаться до истины прежде, чем у Чалмерса появится шанс схватиться за весло и замутить воду. Мы все будем так заняты, пытаясь опровергнуть обвинения, что заниматься поисками убийцы будет некому. — Он остановился, а затем добавил. — А это то, что меня интересует.
Капровски печально покачал головой.
— Черт возьми, лейтенант! Вы засовываете свою шею в петлю по уши.