Билет в Ад, или по следам Валькирий (СИ)

— В отставке, — подсказала я продолжение предложения, пятясь к двери, так на всякий случай ведь я не знала, что задумала Лолли, лицо которой стало хитрым как у лисички.
Я совсем не заметила, каким образом стоявшая в трёх шагах от меня Лолли оказалась рядом и повалив меня на пол, начала щекотать…я ожидала чего угодно, но не щекотки.
Смеясь, вырывалась из захвата хрупкой на вид демоницы и поражалась сколько силы в Лолли. Она, казалось, не замечала мои трепыхания, которые я не оставляла, чтобы выйти из захвата, продолжая пытку щекоткой.
Отсмеявшись и набаловавшись мы лежали на полу и я задала интересующий меня вопрос:
— Как ты смогла незаметно оказаться рядом, я ведь следила за малейшим движением твоего тела, моргнула, а ты рядом.
— Нельзя недооценивать врага. Ты посчитала, что гораздо сильнее и ловчее меня, особенно после моей похвалы. Это стало твоей ошибкой.
— Ты не ответила на мой вопрос.
— Ты пока не готова к моему ответу, когда придёт время, я открою все секреты, а сейчас время ужина.
— Уже?
— Угу.
— Время остановись! Куда ты летишь! — не удержалась я от возгласа с пантомимой мольбы на лице, и поднятыми ладонями вверх на уровне головы, отчего Лолли вновь улыбнулась.
Получив порцию поцелуев в щёку от папы- Абигора мы с Лолли уселись за стол ужинать.
— Ну давайте, девочки, рассказывайте, как день провели, — Абигор, как всегда, не упускает возможности узнать новости, которые он пропустил.
— Мама — Лолли увеличила мне нагрузку, — наябедничала я.
— Ммм, а то я думаю, чего это наши учителя разбежались как швахи из запертой клетки, — сказал Абигор с серьёзным видом намазывая паштет на кусочек хлеба, словно был занят над серьёзной разработкой и смотря на Лолли, спросил: — Расскажешь?
— Позже, — выдала лаконичное Лолли.
Я же вертела головой, смотря на переглядывания родителей. Вообще, мне были интересны их отношения: они за всё время, которое я в Аду, ни разу не поругались. Споры — да — у них были, жаркие до хрипоты, а потом словно по щелчку кто — то из них сдавал свои позиции, признавая поражение.
Хотя я уверена — в душе остался при своём мнении, но уступая другому, чтобы не поругаться. Вот и сейчас я чувствую, как между ними искрит пространство, а Лолли спокойно ответив уткнулась в тарелку, а Абигор, сверкая глазами, продолжает кушать.
Решив уже вконец сдать Абигору наши дела, произнесла:
— А ещё у нас сегодня были портнихи, мы заказали бальные платья, о и я взяла на себя смелость выбрать и для тебя праздничный костюм.
— Бальные платья? — удивился Абигор, — и что за праздник намечается?
Лолли ответила вперёд меня:
— Любимый, ты забыл, что у Ширвана скоро помолвка? Вот и я только сегодня вспомнила об этом.
— Ах, это, — как-то скривившись, словно съел лимон, сказал Абигор. — Ну тогда, конечно, нужны платья. — Кстати, Сашенька, ты ещё не придумала, чем будешь заниматься по жизни?
— В смысле? Я вам уже надоела и вы меня выгоняете? — не поняла я такого крутого поворота разговора с платьев на мою занятость.
— Нет, что ты. Просто зная твою маму — готов предположить, что ты не готова долго сидеть дома и хотел предложить вакансии.
— А это уже интересно, — пропела я, глядя на покрасневшую Лолли, — Что за вакансии?
— Я сейчас выполняю работу директора академии и очень не хватает работника с должностью помощника и секретаря. А ещё ты можешь быть просто студенткой академии. Тут выбор велик.
— Предложения действительно хорошие. Я обещаю подумать над своими планами. — Спасибо за ужин, — я, промокнув губы салфеткой, поднялась с места.
— А как же десерт?
— Кажется, для десерта нет места, — улыбнувшись, я ушла.
Почти дойдя до своей спальни, я остановилась — спокойной ночи-то я не пожелала! Развернувшись практически добежала до столовой, когда услышала обрывки разговора родителей.
У меня не было намерений подслушивать чужие разговоры, но услышав своё имя, я словно приросла к полу, не сдвигаясь с места, прислушиваясь к разговору в столовой:
— Кишма, давай рассказывай, что происходит? Утром уходя в академию, я не слышал, что ты хотела изменить программу для дочери.
 
— Утром это и не нужно было. Ты когда ушёл, мы с Сашей говорили об истинности и так слово за слово я вспомнила о помолвке Ширвана.
— И как это связано с изменением обучения Саши?
— Дослушай. Она тоже захотела побывать на балу и отчасти я её понимаю — на земле мы не были на подобных мероприятиях. А потом Саша ушла на тренировку, а я пошла кормить детей…
— Кишма, извини, но по существу, давай.
— По существу…у меня предчувствие…снова…не такое, как до Хоски, и не такое когда произошла авария, но мне неспокойно. И это связано с походом на бал. Это коснётся всех нас, но в основном Сашеньку.
Я подумала, что сейчас Абигор скажет типа: да ну это бабское нытьё! Но он меня удивил, сказав Лолли:
— Хочешь, мы не пойдём на бал? Да ну его! Будет у Саши ещё тысячи балов намного лучше.
— Нет. Саша должна там быть, — со вздохом сказала Лолли, в этом и беда. Я чувствую, что этот поход на бал перевернёт её жизнь. И поэтому хочу хоть чуть — чуть подготовить её к опасностям на её пути. Чтоб если что случится — смогла постоять за себя.
— Кишма, от всего не убережёшь. И придёт время, когда надо будет отпустить её от своей юбки и дать шанс самой построить свою жизнь.
— Я знаю, Абигор, знаю, но от этого не легче.
Что происходило дальше в столовой я не знаю, поскольку осторожно ступая, я ретировалась назад, чтобы не быть разоблачённой за прослушиванием.
Сегодня очень важный день в моей жизни — я сдаю маме — Лолли и папе — Абигору нормативы, думаете смешно? Ничего подобного!
Если в обычной жизни Лолли меня звала Сашенькой, солнышком, то на полигоне она превращалась в беспощадную фурию, которая гоняла меня как Сидорову козу, не стесняясь в выражениях.
— Саша, твою дивизию ставь щит! Тебя сейчас зомби сожрут!
Вот, снова погрузившись в размышления, схлопотала выговор. После того вечера, когда Лолли изменила для меня тренировки, прошёл почти месяц! Осталось два дня до моего первого выхода в свет.
Весь этот месяц Лолли и Абигор тренировали меня, словно хотят отправить на войну, не щадя и не жалея. И если поначалу Абигор старался поддаваться мне, то через неделю он боролся со мной вполовину своей силы, а в последние дни наши тренировки больше походят на реальный бой.
Вчера я получила от Лолли ультиматум — я сдаю ей боевые тактики на практике и она отпускает меня на бал! Ёлки — макарёжки что за бал такой, что мне надо пахать, чтобы попасть на него! Я злилась, психовала, но Лолли меня знала — я землю съем, но не отступлюсь.
Поставив щит сбоку, я, перекатившись через голову, поменяла место дислокации. Воткнув мечи в землю, я окружила себя мелкими щитами. В прореху между ними я выпустила заклинание развоплощение нечисти, но не простым, а которое разрывает их как бомбочки.
Накрыв себя сверху другим щитом как зонтиком я с улыбкой наблюдала за Лолли, которая стояла посреди полигона, забрызганная ошмётками нечисти.
— Ну вот, Лолли и мой праздник настал, — сказала, показав ей язык.
Увидев обиженную мордашку Лолли, которая развернулась на выход с полигона, я не выдержала и рванула за ней.
— Лолли, прости, я немного вспылила, — догнав я обняла её, несмотря на перепачканную одежду.
— Я не сержусь на тебя, Саш. Я просто поняла, что я тебя загнала в угол с этими тренировками. Я была неправа. И сержусь больше на себя, чем на тебя.
— Лолли, всё хорошо. Мы идём на бал?
— Конечно, идём!
— Ур-р-ра-а!
Помирившись, мы пошли домой. Помня подслушанный разговор родителей, я мечтала о бале, а вдруг моя жизнь и правда изменится и меня ждут приключения??? Я была одним большим предвкушением перед приключением.
Женщина со светлыми волосами цвета спелой пшеницы, которые завивались в тугие спирали и свободно падали на спину, подошла ко мне и наклонившись чмокнула меня в щёчку со словами: