Сын Тишайшего 6 (СИ)
* * *— Давай думать, Пётр Михайлович, — обращаюсь к министру, сидящему напротив, и положившему перед собой блокнот для записей. — Мастера выполнили мой наказ, пусть и пришлось ждать четыре года. Теперь важно обеспечить внедрение кокса и начать выплавку качественного металла. Заводы должны начать работать уже летом. Не будем ломать сложившиеся цепочки, но нельзя мешкать.
В каждом из важных центров промышленности или торговли, которые я регулярно посещаю, есть царское жильё. В Нижнем Новгороде и Коломне у меня особые палаты в Кремле. Не вижу смысла тратиться, да и охранять старинные крепости удобнее. А вот в Туле, Воронеже и Самаре-городке построены полноценные усадьбы, напоминающие маленькие замки в русском стиле. В кабинете моего тульского логова мы и разместились.
Я спокойно пил глинтвейн и мысленно продолжал улыбаться. Главная работа сделана, теперь настал черёд внедрения технологии в серийное производство.
— К чему такая спешка, государь? В казне нет денег на перестройку производств под использование нового топлива. А это не только печи, но и большие перемены. Куда девать многочисленных углежогов? Люди получили заказ на следующий год и уже начали работать. Где взять работников для расширения шахт? Ведь пока добыча слишком мала. А это ещё дороги, телеги и суда для доставки угля на заводы. Понимаю, что многое уже сделано и осталось только запустить проект. Но сделать это за полгода крайне сложно.
Аргументы Салтыкова вполне логичные. Это я снова забываю, какое сейчас время. Найти и обучить нужное количество шахтёров действительно сложно. По сути, мы должны создать целую отрасль с нуля. Благо места залежей угля определены, и строительство шахт уже началось. То же самое касается логистики. Но Пётр Михайлович прав, денег нет. Придётся вновь лезть в царскую кубышку, которая никак не успевает наполниться серебром.
Скажи кому, что русский царь — нищеброд, никто не поверит. Просто все доходы с моих личных предприятий уходят на нужды армии, промышленности и сельского хозяйства. Понятно, что семья получает неплохое содержание. Но я долго думал, прежде чем дать добро на строительство Большого кремлёвского дворца. Была мысль истратить деньга на новый завод. В итоге пришлось согласиться с женой, сёстрами и Одоевским, настоявшими на том, что державе нужна нормальная резиденция для монарха. Правда, я там почти не бываю, но пафос важнее.
Допиваю напиток и киваю собеседнику на его бокал, чтобы он не стеснялся. После жарких цехов мы посетили небольшой полигон, где русский гений Васька Корчмин, а вообще-то Василий Дмитриевич, продемонстрировал нам новые трёхфунтовую и девятифунтовую пушки. Любят у нас бояре и даже выскочки из чиновников унижать людей, сознательно коверкая их имена. Я подобные традиции не одобряю, особенно, когда речь идёт о мастерах своего дела. Орудия вышли отличными! Первое усилит мобильную артиллерию. А второе предназначено для баталий на средних и коротких дистанциях. Думаю, оно ближе к легендарному единорогу, так как занимает промежуточное положение между пушкой и гаубицей.
С учётом новых бомб и картечи, изготовленных коломенским экспериментальным цехом, Россия получает самую настоящую «вундервафлю». У османов нет орудий и зарядов такого качества. Да, мои мастера наконец-то решили проблемы с картечью. Ранее это, безусловно, великое изобретение нивелировалось неэффективностью зарядов. Бомбы у нас также совершенно иного уровня. Басурман ждёт масса сюрпризов уже в летнюю кампанию. Я заранее приказал произвести как можно больше новых стволов и обеспечить их зарядами. Сам поеду в расположение армии, дабы посмотреть на применение новинок в деле. Заодно возьму с собой мастеров, чтобы ребята сразу провели работу над ошибками. Надо ковать железо, пока горячо. У меня вообще очень строгое отношение к внедрению продукции в серийное производство. Здесь нельзя спешить и необходимо проводить практические испытания. Но и затягивать это дело сродни вредительству.
Поэтому вы можете представить моё умиротворённое состояние при обсуждении снабжения заводов рудой и коксом.
— Основные месторождения угля находятся у истоков Дона. Около Тулы их тоже хватает, значит, оружейные заводы будут получать топливо в необходимом количестве. Так как местная руда среднего качества, предлагаю сделать упор на расширение производства металла в Белом Колодезе. Он стоит на реке Воронеж, что облегчает доставку, — с наслаждением откидываюсь на спинку кресла и прикладываюсь к новой порции напитка. — Нет смысла везти руду на север против течения. У нас налаженное судоходство, начинающееся от городка Бобрики. Окрест него и расположены два выхода породы, где уже начали ставить шахты. Твоя задача — создать завод по переработке угля в кокс рядом с портом, дабы не терять время и деньги на дополнительную перевозку. Следующая часть проекта — расширение плавильных цехов и строительство домен на юге. Туда же или в Воронеж необходимо перевезти часть государственных тульских заводов с людьми и станками. Будем там лить пушки и ковать ружья. Естественно, надобно обеспечить переселенцев жильём, землёй под огороды и провизией. Работа предстоит исполинская, но вполне осуществимая. Нам удавались не менее затратные проекты. Возьми тот же Волжский транзит или выплавку серебра в Тагиле. Я верю, что у тебя всё получится.
Хорошо быть царём! Сидишь, пьёшь глинтвейн, нежишься в тепле, глядя за игрой огня в камине, и раздаёшь подчинённым указания. И ведь нет сомнений, что все мои поручения выполнят. Если это возможно, конечно. Рукожопы с ответственных постов давно изгнаны, а воры и саботажники полнили ряды штрафных батальонов или зауральских присутствий. Нынешние исполнители хорошо обучены и правильно мотивированы. Я подбирал кадры, исходя из разных критериев. И вопрос патриотизма среди новой поросли чиновников отнюдь не дежурные слова. Люди видят, что их труд приносит стране пользу, и осознают своё участие в нашей общей работе. Это очень важно, когда любой работник заинтересован не только материально.
Однако Пётр Михайлович — не юнец с горящими глазами, а прагматик, добившийся немалых успехов на ниве организации промышленных и земледельческих хозяйств. Его не устроила моя декларация о намерениях, обещание финансирования и черновой вариант плана. Салтыков некоторое время черкал карандашом в своём блокноте, делал небольшие паузы на глинтвейн, и в этот момент его мысли были явно далеко отсюда. А потом министр устроил мне настоящий допрос, выжав все соки и чуть не испортив настроение. Хорошо, что опытный Савва буквально заставил нас сделать перерыв на обед, а потом выгнал на прогулку, дабы развеяться. Иначе мы бы обсуждали детали и спорили до утра, позабыв обо всём на свете. Я, знаете ли, натура увлекающаяся и не знаю меры как в делах, так и в развлечениях.
Кстати, надо посетить своих девиц, пока они не отправились в самостоятельное плавание. Так сказать, финальный аккорд и даже марафон. Надо же куда-то сбрасывать накопившуюся энергию.
* * *— Зачем мне корона? Есть шапка Мономаха и золотая тиара для приёма послов. А с боярами и служивыми людьми я могу разговаривать в фуражке или без головного убора.
— Но ведь ты правитель огромной и сильной державы. Те же иностранцы давно шепчутся, что русский самодержец скуп сверх всякой меры. Вроде и дворец красивый построил, но отделка в нём скромная. А сам ты носишь весьма незатейливые наряды. Надо пошить тебе новые одежды, достойные царя. Корона же, усыпанная драгоценными камнями, станет олицетворением силы русской державы!
Слушаю эту дичь, произносимую дражайшей супругой, и медленно выпадаю в осадок. Это Кремлёвский дворец бедно отделан? Да никакой Европе, включая сраный Версаль, даже близко не снилась такая технологичность. Одни туалеты с канализацией и умывальники с горячей водой чего стоят! А система отопления? Она не просто эффективная, но ещё компактная и экономная. Залы, может, отделаны не золотом, но обклеены красивыми обоями, а резьба на дверях и стояках — отдельный вид искусства. Я специально приказал оформить внутренние помещения в русском стиле с элементами европейского декора. Получилось интересно и необычно. Зато такого качественного паркета точно нет ни в одном европейском дворце. Под его изготовление мастера смонтировали специальный станок. Как и для огромных окон, с которыми пришлось помучиться. Царский стекольный завод два года работал над получением столь качественной продукции. То же самое касается портьер и картин. Всё продумано и выполнено со вкусом. Каждый зал отличается от прочих. Про освещение и вентиляцию лучше не говорить. В Георгиевском зале может собраться пятьсот человек, и никто из гостей не задыхается, потея, как в бане. В зимнее же время во дворце тепло, тогда как ранее бояре надевали по две шубы. Они ведь не идиоты кутаться в меха. Просто в Грановитой палате температура ненамного выше, чем на улице. Хоть целые деревья в печь кидай, всё равно холодно. Зато в моём творении учтены все мелочи. Это ведь достижение русской архитектуры и научной мысли.