Железный Феникс 2 (СИ)

Но Гайла решает подать голос.
— Давай я тебя сама убью, а?
 Глава 9 
 Межвидовая конкуренция 
Усмехаюсь:
— Простого «спасибо» было бы достаточно.
Гайла устало падает рядом и укладывает голову на свободное от феечки плечо.
— Зачем ты сюда явился? — почти шепчет она. — Тебя в детстве не учили, что павших надо оставлять?
— Он сказал «или все, или никто», — ябедничает Эфения. И тут же идëт в атаку. — Ты лучше отодвинься от него, красноглазая. Ишь, навесилась.
Гайла сердито фыркает, но действительно отодвигается. А я спрашиваю о насущном:
— Как думаешь, долго нам ещё ждать?
— Запрос был экстренный, так что вряд ли, — помолчав, отвечает девушка. — Но дядя может не посчитать его стоящим внимания.
— Ну и порядки у вас, — хмыкаю. — Именно поэтому всякие подонки в вашей стране могут творить всё, что вздумается. Каждый сам за себя ведь! Как вы ещё по разным углам не разбежались, а в едином государстве проживаете!
— В первую очередь гражданин верен своей семье, — тоном заучки-отличницы произносит Гайла. — Затем — своему народу. Отсюда проистекает любовь к своему государству и политическая лояльность действующему правительству.
— Так разве из-за этого вы не должны держаться друг за друга? Верность, самопожертвование, всякое такое…
Девушка отрицательно качает головой:
— Не вижу в твоих словах логики. Повреждëнный или бесполезный побег надлежит отсечь из соображений наивысшего блага.
— Ну, если речь о деревьях, то, пожалуй, да, — улыбаюсь миролюбиво. — У людей всë сложнее устроено. Никогда не знаешь, что из какого побега в конечном счёте вырастет.
— До настоящего отсекания дело не так часто доходит, — вздыхает Гайла. — Но жертвовать свободой и здоровьем с настолько низкими шансами на успех по-настоящему глупо.
Согласно киваю:
— Точно-точно. Именно поэтому ты была так рада видеть моë возвращение.
Щëки девушки слегка розовеют:
— От глупых надежд нелегко отказаться даже такой как я.
— Что ты имеешь в виду под «такой»? — удивлённо кошусь в её сторону. Задумчивое лицо девушки выражает вселенскую печаль.
— Посвящённой, — непонятно объясняет она, а у меня почему-то холодок бежит по хребту. — Срок исполнения договора приближается, и на самом деле всё равно, когда это произойдёт. Днём раньше — днём позже…
— О каком договоре ты толкуешь?
Гайла вздрагивает и хлопает длинными ресницами. Смотрит на меня чуть ли не испуганно:
— Прости! Что-то я разговорилась. Это внутренние дела моего народа, которые посторонних не касаются.
— Не больно-то и хотелось, — бормочу уязвлённо, отворачиваясь от девушки.
— Вообще-то, — ехидно пищит феечка, — это она не только про тебя. Кхелоты ненавидят фейри, это известно всем.
Гайла в ответ кровожадно скалится:
— Обычная межвидовая конкуренция, ничего личного.
— Ага. Конкуренция, в которой фейри уже выиграли, — тонкий голосок Эфении сочится ядом. — Нас с каждым днём становится всё больше, а твои сородичи скоро совсем исчезнут с лица планеты.
— Гайла, — вклиниваюсь в зарождающийся спор. Только женской драки мне тут не хватает. — Как насчёт того, чтобы тебе выйти наружу и подождать подмогу там? Правда, святая Жаслин может быть до сих здесь…
— Не получится, — вместо девушки отрезает фея. — Чтобы она могла выйти, мне придётся щит отключать. Неизвестно, что после этого случится.
— Я уходить и не собиралась, — в тон фее отвечает Гайла. — Как там Макс говорил? Все или никто! Мне нравится. Совместная гибель воодушевляет, не находите?
— Не находим, — недовольно бурчу я. — Как ты вообще с таким подходом можешь руководить боевой группой? Я бы от такого командира держался как можно дальше.
Гайла звонко хохочет, запрокинув голову.
— Каюсь, — сквозь смех произносит она. — Всё из-за проклятой жижи, в которую мы угодили. Впервые довелось почувствовать себя настолько слабой. Кажется, даже начинаю понимать этого дохляка.
 
Девушка легонько стучит костяшками пальцев по прозрачной стенке вместилища Райта. Недоверчиво смотрю на неё:
— Не может быть, чтобы ты даже не знала, что такое возможно.
— Именно так, — весело отвечает Гайла. — Нельзя насильно забрать энергию у живого существа — это аксиома… Точнее, забрать-то можно, но к сфере технологии это отношение не имеет. Скорее, к сфере питания.
Понятливо киваю:
— Ты про то, что сейчас делает со мной Эфения?
— Я ж не насильно, — протестует феечка. — Исключительно добровольно или по бартеру. Фейри всегда платят по счетам! Не то что некоторые…
— Получается, сейчас мы имеем дело с новой технологией? — возвращаю пытающийся увильнуть в сторону разговор к прежней теме. — Значит, в будущем такие ситуации могут учащаться?
Гайла ненадолго задумывается:
— Пока рано об этом судить. Всё-таки сегодня вместе сложилось слишком много негативных факторов.
— К которым мы оказались не готовы, — хмурюсь я. Повезло, что Эфения тайком организовала для меня щит. Даже не представляю, что могло со мной случиться, если бы привыкшее к постоянному притоку магической энергии тело Максина враз лишилось всей магии. Лёгким испугом я точно не отделался бы…
Ба-бах!
Сокрушительный удар сотрясает щит. Эфения что-то неразборчиво вспискивает, а я ощущаю, как бездонная дыра рядом с моим Источником увеличивается вдвое.
— Что происходит? — вопрос Гайлы тонет в грохоте.
— Щит, — бессильно произносит фея. — Я не могу больше держать…
Эфения сваливается с моего плеча — еле успеваю подхватить! Очередной удар, оказывающийся последним, сносит щит. Вокруг нас начинается камнепад, а Гайла каким-то образом оказывается на мне и с каким-то остервенением целует в губы. Неловко обнимаю её одной рукой, второй по-прежнему придерживая фею.
Время застывает. Наша мучительная смерть всё откладывается и откладывается.
И тут совсем рядом раздаётся деликатное покашливание.
Мы с Гайлой одновременно отпихиваем друг друга и поворачиваемся на звук.
— Ваш способ приветствия несколько… своеобразен. В Великой Росии принято всё настолько наглядно демонстрировать?
Над нами возвышается его чистейшестов Рах Шан собственной персоной. Выглядит серьёзным и собранным, только красные глаза насмешливо сверкают.
— Докладывайте, — сухо приказывает он, так и не дождавшись от нас вразумительного ответа.
Гайла поспешно вскакивает на ноги, я встаю чуть медленнее — с бесчувственной феей на руках и с выкачанной энергией это не так-то просто. Пока я поднимаюсь, девушка коротко объясняет советнику, что тут произошло. А вокруг суетятся ратники, которых Рах Шан с собой привёл. Одни магически укрепляют стены подвала, другие разглядывают Вилисовы «банки» с людьми.
Советник тоже разглядывает — ёмкость, в которой покоится Райт. При этом выражение лица у красноглазого довольно странное. Будто он прикидывает, не оставить ли седоволосого там на веки вечные.
— Жидкость, которая поглощает магическую энергию… — задумчиво произносит Рах Шан, когда Гайла наконец замолкает. — Первый раз о подобном слышу. Может доставить проблем.
— Но ведь страдает только Источник, — зачем-то уточняет Гайла.
— Кхелоты тоже им пользуются, — возражает Рах Шан.
— Это вещество испаряется на открытом воздухе, — на всякий случай замечаю я. — Чтобы его применить против мага в реальном бою, нужно соблюсти кучу условий.
Советник согласно кивает:
— Никто не говорит, что проблемы возникнут прямо сейчас. Но тенденция настораживает.
Действительно. Ведь насколько я понял, на магов тут чуть ли не молятся. А теперь оказывается, что кто-то втайне разрабатывает средство, которое сводит на нет любые способности. И плевать, если получено оно для других нужд. Вопрос времени, когда его начнут использовать против тех, кого сейчас боготворят.