Слезы предательства (ЛП)

Заметив лодку, я бросаюсь вперед и бегу так быстро, как только могу. Мои босые ноги шлепают по камням, и я игнорирую дискомфорт от неровной поверхности, впивающейся в мои подошвы. Я забираюсь в лодку, но быстро понимаю, что ключей нет.
Конечно. Как будто Дмитрий оставил бы их в лодке.
Оглядываясь вокруг, я начинаю понимать, безнадежно и пугающе – меня похитили, и мне некуда идти.
Вздох срывается с моих сухих губ, когда я обхватываю себя руками. Дрожь начинает сотрясать мое тело, и паника впивается когтями в мое сердце.
Папа скажет им отпустить меня.
Юрий найдет меня, если они этого не сделают.
Люди заметят, что я пропала.
Но не скоро.
Боже.
Мое дыхание учащается по мере того, как нарастает паника.
Меня похитил Дмитрий Ветров.
Я подслушала, как папа говорил о нем и Алексее Козлове. Они уничтожили половину албанской мафии, убив около сотни человек за один день. Это была настоящая кровавая бойня.
‘Дьявол и его адский пес проложат Братве путь к захвату новых территорий’.
Слова отца заставляют меня содрогнуться, и мой взгляд возвращается к дому.
Чего они хотят?
Выкуп?
Использовать меня в качестве залога, чтобы мой отец сделал то, что они хотят?
Может быть, они планируют какой-то заговор, чтобы свергнуть моих отца и брата, чтобы Алексей и Дмитрий могли взять верх над Братвой?
Скорее всего, последнее, что означает, что меня тоже убьют. Вот как это работает в их мире, верно? Уничтожить всю семью?
Я опускаюсь на сиденье лодки, безнадежность грозит захлестнуть меня.
Пока солнце движется по небу, я не могу заставить себя пошевелиться. Я тупо смотрю перед собой, обдумывая события последних двенадцати часов.
В конце концов, на меня накатывает странное спокойствие.
Я должна спасти себя.
Но как?
Я не ровня Дмитрию.
Мне придется попытаться застать его врасплох, но не раньше, чем я найду ключи от лодки.
Глубоко втягивая воздух, я медленно перевожу взгляд на дом.
Единственное, что я знаю наверняка, – это то, что я не сдамся без боя.
Глава 5
ДМИТРИЙ
Дав Ариане время все обдумать, я оставляю входную дверь открытой, чтобы она могла вернуться внутрь, когда будет готова, и начинаю готовить макароны с сыром.
Я понятия не имею, чем я собираюсь заняться, пока мы здесь. Тренировки. Проверять подпольные сообщения. Колоть дрова, потому что ночи на озере холодные, а зима не за горами.
Вот и все.
Черт, я могу просто умереть от скуки, прежде чем все это закончится.
Пока я расставляю тарелки с едой и беру две бутылки воды из холодильника, я слышу, как Ариана заходит в дом. Мгновенно атмосфера меняется, ее страх сковывает воздух.
Взяв свою тарелку, вилку и воду, я направляюсь в гостиную и сажусь на один из диванов.
— Иди поешь, – говорю я Ариане, прежде чем поднести кусочек ко рту.
Проходят минуты, за моей спиной царит тишина, но я чувствую, как ее глаза горят у меня на затылке. Наконец, я слышу, как она берет тарелку, и через пару секунд она подходит, чтобы присесть на другой диван.
Я не отрываю глаз от своей еды, но также внимательно слежу за каждым ее движением. Я не удивлюсь, если она попытается напасть на меня с вилкой.
Закончив, я ставлю тарелку на кофейный столик и, сделав глоток воды, перевожу взгляд на Ариану.
Ее глаза продолжают метаться ко мне, ее тело напряжено. Я снова любуюсь неповторимым ореховым цветом ее глаз, создающим впечатление жидкого золота, перетекающего в зеленое кольцо вокруг радужки.
Она съедает только четверть еды и допивает большую часть воды, затем бросает на меня встревоженный взгляд. Я приподнимаю бровь, глядя на нее, и это заставляет ее спросить:
— А как насчет моей мамы?
— А что насчет нее? – спрашиваю я.
— У тебя нет причин преследовать ее. Она в доме престарелых. У нее болезнь Альцгеймера.
Хотя я знаю, что это пустая трата времени, потому что Ариана не поверит ничему из того, что я скажу, я пытаюсь успокоить ее.
— Нам сообщат, если на нее будет совершено покушение. Пока что она в безопасности.
 
— Обычно, если люди вроде тебя пытаются уничтожить члена Братвы, то уничтожают всю семью, – говорит она дрожащим голосом.
Наклоняясь вперед, я упираюсь локтями в бедра.
— Если такие, как я, придут за тобой, ты уже будешь мертва. Ты бы этого не заметила. Того факта, что ты сидишь здесь, должно быть достаточно, чтобы дать тебе душевный покой.
— Душевный покой, – издевается она, а затем издает горький смешок, качая головой. – Ты ворвался в мою квартиру. Придушил меня практически до смерти. Похитил меня, а теперь держишь на каком-то острове... – Она раздраженно вздыхает. – Да, душевный покой – это последнее, что у меня сейчас есть. – На ее лбу появляется морщинка, затем она говорит. – Я видела тебя в субботу. В Старбакс. Как долго ты наблюдал за мной?
— Приятно слышать, что ты не совсем не разбираешься в своем окружении. – Я откидываюсь на спинку дивана. – Два дня. Контракт на тебя был подписан три дня назад.
— Зачем кому-то заключать контракт на мою жизнь? – спрашивает она, ее глаза полны сомнения.
Желая дать ей время привыкнуть к обстоятельствам, прежде чем сбросить на нее очередную бомбу, я отвечаю:
— То, что ты дочь Сергея, – достаточная причина.
— Ты позволишь мне позвонить моему отцу?
Я качаю головой.
— Подожди, пока мой партнер свяжется с ним. Так безопаснее.
Ариана качает головой и, встав, несет тарелку на кухню.
Я беру свою тарелку и поднимаюсь на ноги. Ариана стоит у островка посреди кухни, ее глаза следят за мной.
Я ставлю тарелку на стол, затем говорю:
— Если ты попытаешься напасть на меня с этой вилкой, это закончится тем, что я привяжу твою задницу к кровати.
Ариана бросается вперед, и когда она поднимает руку, моя правая рука вытягивается вперед, и я хватаю ее за запястье. Выкручивая ее руку, я заставляю ее отпустить вилку и поворачиваю ее, пока она не прижимается спиной к моей груди. Она разочарованно вскрикивает, когда я обхватываю ее левой рукой за талию. Подняв ее на руки, я направляюсь к лестнице.
— Отпусти меня, – шипит она, извиваясь в моих объятиях.
Ее мягкий аромат доносится до меня, и ощущение того, как ее миниатюрное тело бьется в моих объятиях, заставляет мое собственное тело обратить на нее внимание. Я подавляю нежеланный прилив желания быстрее, чем он нарастает.
— Тебе это с рук не сойдет! Мои отец и брат найдут меня.
Я издаю раздраженный вздох, неся ее вверх по лестнице, избегая ее затылка, когда она пытается ударить меня головой. Войдя в ее спальню, я отпускаю ее, сильно толкнув, и она падает на кровать.
Она начинает подниматься с матраса, но я хватаю ее за бедра и переворачиваю на спину. Поставив колено на кровать, я наваливаюсь на нее, одновременно хватая за запястья.
— Отпусти меня, – визжит она, борясь со мной, как дикая кошка, чтобы освободиться.
Я поднимаю ее руки к кованой раме кровати и достаю один из ремней, которые я оставил в комнате, когда развязывал ее раньше.
— Нет-нет-нет-нет-нет, – начинает она повторять, ее лицо искажается паникой.
Обернув мягкую кожу вокруг ее запястий, я привязываю их к раме кровати, затем кладу руки по обе стороны от ее головы и пристально смотрю на нее сверху вниз.
— Остановись!
Ее тело мгновенно замирает, и она смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
Боже, от нее захватывает дух.
— Последнее, что я хочу делать, это нянчиться с твоей задницей. Я буду привязывать тебя к этой кровати, если понадобится. Для меня не имеет значения, удобно тебе или нет. Я просто должен сохранить тебе жизнь, – я выдавливаю слова из себя, преодолевая влечение и раздражение, бурлящие в моей груди.
Ее губы приоткрыты, дыхание вырывается из них, и это зрелище заводит меня только сильнее.
— Ты понимаешь, Ариана? – требую я.