Язык до Китежа доведет (СИ)

Однако желание драться у негодяя резко пропало. Взвизгнув недорезанным поросёнком, он вскочил на ноги и, потирая ушибленное место, трусливо скрылся за углом. Преследовать его я не стал, хотя с радостью добавил бы от щедрот своих пару затрещин. Исключительно в воспитательных целях: чтобы впредь неповадно было животных обижать и на людей с ножом бросаться.
Адреналин кипел в крови, после пережитого меня потряхивало. Успокоиться помогла собакотерапия: присел, почесал псинок за ушками, заодно осмотрел задетых палкой кобельков. Они доверчиво подпустили меня к себе, дали ощупать и погладить. К счастью, переломов и вывихов не обнаружилось, только ушибы. Лёгкие, но болезненные: при осмотре меня пару раз цапнули за руку, но тут же извинились, прижимая ушки и виляя хвостиками. Ну разве можно на них обижаться?
Нож злодея отыскался в зарослях сирени, в густом переплетении веток у самых корней. Я его вытащил, а в подъезде, при ярком свете лампы, хорошенько рассмотрел.
Надо сказать, трофей мне достался знатный. Увесистый, с широким клинком в четверть метра длиной и резной роговой рукояткой. Поражаюсь, как такой тесак вообще можно спрятать под одеждой. Ещё повезло, что удалось обезоружить противника, иначе почувствовал бы себя куском мяса на шампуре…
Клинок простой, гладкий, с копьевидным остриём. Обработан непрофессионально, местами заметна ржавчина и глубокие вмятины от кузнечного молота. Рукоять без гарды, довольно шершавая, в ладони лежит удобно. Такая не выскользнет в неподходящий момент. Украшена грубо вырезанной головой волка с оскаленной пастью.
Что ж, неплохое дополнение к подарку дяди Миши. Теперь кроме «медвежьего» кулона будет у меня и «волчий» нож. Если, конечно, не сдам его в полицию.
Дома я в первую очередь принял душ, затем полез в холодильник. Чай с блинами и сладостями — неплохое угощение, но уличная стычка пробудила во мне зверский аппетит. Желудок требовал чего-то более мясного, нежели печеньки с вафлями. Да и нервы следовало успокоить.
Окинув скорбным взглядом пустые полки, вздохнул: всё-таки не стоило отказываться от предложенного Костиком шашлыка! Сейчас он пришёлся бы очень кстати…
Прихватив последнюю бутылку любимого «Монастырского», я уселся на диван и включил телевизор.
По голубому экрану заскакали полуодетые девушки с микрофонами, а из динамика в комнату хлынул поток несвежей фанерной попсы.
Фу… В жизни не смотрел эту гадость, но выбирать не приходится. Кабельное отрубили за неуплату, а комнатная антенна ловит всего два канала: «музыкалку» и наше, местное, телевиденье.
Пиво быстро закончилось. Закуска и не начиналась. Стрелки настенных часов вытянулись по стойке «смирно»: половина двенадцатого ночи. Читать или садиться за компьютер не хотелось, поэтому, сделав звук тише, я растянулся на диване и задумался.
Весёлый сегодня денёк выдался. Насыщенный. И зарплату получил, и дважды в гостях побывал, да ещё и трофеи добыл. А ровно в полночь таинственный «Проводник» будет ждать меня у общежитий за озером.
Тьфу ты! О чём это я думаю⁈
Почему какой-то шутник-«лохотронщик» и его откровенно дурацкое предложение никак не идут у меня из головы? Да пусть ждёт хоть до посинения, не на того напал.
Представив медленно синеющего мужика, я хмыкнул, устроился поудобнее и мгновенно, словно в омут, провалился в сон.
Вновь передо мною раскинулся зелёный луг, залитый жарким летним солнцем. Всё так же в чистом синем небе посвистывал жаворонок, а в лесу за рекой заливались соловьи.
Это что, утреннее сновидение, повтор по заявкам?..
Шагнув к обрыву, я осторожно глянул вниз. Подо мной на ослепительно блестящей речной глади покачивались ярко-жёлтые кувшинки, а ветер, шелестя в камышах, разносил по округе знойный аромат мяты. Над водой сновали ласточки-береговушки, тоненько звенела мошкара. И никаких следов сказочной красавицы в венке из полевых цветов.
Признаюсь, меня охватило жестокое разочарование.
— Ищешь кого-то, богатырь? — Прозвенел вдруг сзади знакомый девичий голосок.
 
— Да. Тебя, Оля, — не оборачиваясь, ответил я.
— Узнал всё-таки, — удовлетворённо вздохнула девушка. — А я уж думала, совсем позабыл царевич свою Лягушку.
— Тебя забудешь! До сих пор не все шрамы от наших приключений сошли…
— Ничего, до свадьбы заживёт, — рассмеялась она, появляясь у меня из-за спины.
В этот раз Оля показалась мне ещё прекраснее. Я смотрел и откровенно любовался. В душе проснулась вдруг вся та нежность, что испытывал к ней в детстве. А вместе с ней зародилось вдруг и новое чувство. Более взрослое.
Мой взгляд скользнул по ладной фигурке, украдкой задержавшись на красивых загорелых ножках и приятных округлостях, обтянутых тонкой тканью платья.
— Ой! Ты же во мне дырку проглядишь! — В удивительных глазах девушки заплясали весёлые золотые искорки. — Неужто так хороша, что глаз отвести не можешь?
— Хороша, — признал я и густо покраснел.
— Может, освежимся? Тебе сейчас полезно будет!
Не дожидаясь ответа, она сорвала с себя венок, на­хлобучила мне на голову и, разбежавшись, прыгнула с обрыва. Раздался громкий всплеск и радостный Олин смех.
— Сеня, ну, где же ты? — Крикнула она. — Прыгай сюда, вода чудесная!
А, собственно, почему бы и нет? Это там, в реальности, я могу бояться высоты. А здесь, во сне, даже летать не страшно. Поэтому, набрав полную грудь воздуха, я высоко подпрыгнул, едва не сбив жаворонка в небе, и с грацией топора понёсся вниз. Миг — и река распахнёт передо мной свои прохладные освежающие объятья.
Не распахнула. Полёт прервался резко и внезапно, причём даже без объявлений в стиле «Пристегните ремни» или «Наш самолёт совершает посадку»… Просто сверкающая речная гладь превратилась вдруг в чёрный ночной асфальт, к которому меня с размаху и припечатало. Сон-то сон, но боль вполне реальная!
С трудом отлепив свои сто двадцать кило от земли, я осмотрелся и понял вдруг, что нахожусь возле общежитий университета. Кое-где в окнах горел свет — видимо, не все студенты разъехались на каникулы. С берега озера слышались крики ночных купальщиков. Рядом, в частном секторе, лениво взлаивали собаки.
Надо же, какой реальный сон!
Заметив неподалёку лавочку, я направился к ней. Посидим, поглядим, что же будет дальше.
Долго ждать не пришлось. Из-за дальнего угла общаги выплыла тёмная мужская фигура. Пританцовывая и дирижируя себе обеими руками, она громко распевала «Ти ж мене підманула, ти ж мене підвела!..».
Ха! И приснится же такое!
Однако насладиться весёлым концертом не довелось. Из густого кустарника на певца с хриплым рёвом прыгнуло Нечто. Казалось, сама ночная тьма, встревоженная неурочным шумом, обернулась вдруг живым существом, хищным, быстрым и смертоносным. Формой тела и острыми ушами зверюга чем-то напоминала волка. Поджарого короткомордого волка. Но… Было в ней что-то неправильное. Что-то до жути, до ужаса ненормальное…
Повалив жертву, тварь прижала её лапами к земле и принялась остервенело рвать зубами.
Признаюсь, первым моим желанием было как можно тише исчезнуть отсюда. Вторым — тоже. Обливаясь адреналином, я постарался спрятаться за лавочку, но… не с моей удачей. Под ногами звякнуло, и по асфальту с громким предательским звоном покатилась пустая пивная бутылка.
Зверь на миг замер, затем обернулся. В свете одинокого уличного фонаря его глаза яростно сверкнули.
Я оцепенел и похолодел. Дыхание перехватило от страха. Зрение затуманилось.
Кажется, сон ненавязчиво превращается в кошмар.
Так, всё! С меня хватит!
Подъем, Сеня! Просыпайся, пока не съели!!!
С неимоверным трудом мне удалось сесть и разлепить веки.
Бр-р-р, ну и сон! Прямо жуть какая-то! До сих пор сердце колотится, словно птица в клетке. Напрасно я вчера у Муромского столько сладкого слопал. На ночь это вредно.
За окном сияло утреннее солнце, жизнерадостно посвистывали ласточки. Сам же я привычно сидел на коврике у дивана и морщился от ноющей боли во всём теле: неаккуратный Морфей снова умудрился уронить меня на пол. Да ещё и подарок Семёныча, мельхиоровый кулон, телепался на шее, свесившись куда-то за спину. Неужели забыл снять? Странно… Хорошо ещё, что не удавился им во сне.