Спастись любовью(ЛП)

Я склоняю голову набок, глядя на этого сбивающего с толку мужчину. Почему он не требует извинений за вторжение на территорию, которая, предположительно, принадлежит ему? Почему он не накричал на меня и не вызвал полицию? Почему он относится ко мне с такой нежностью? Я не думаю, что Кассиан обычно такой тихий, а это значит, что он снова пытается казаться менее устрашающим.
— Все в порядке, — отвечаю я, пытаясь улыбнуться ему. Моя улыбка почти такая же натянутая, как и его, но приятно, что есть повод ею воспользоваться. — Эм, было бы здорово принять душ, — говорю я, чувствуя, как мне становится все более неловко из-за своей рваной одежды и отвратительного запаха от трехдневного пребывания в дикой местности. Боже, я такая жалкая.
  
— По коридору и налево, — произносит Кассиан, указывая на коридор. — Я приготовлю все к ужину, когда ты выйдешь.
Я киваю, наполовину уверенная, что все это сон и я скоро проснусь на бетонном полу, завернутая в брезент и грязную простыню.
Оказавшись под душем, я наконец-то чувствую, что впервые за много лет мои мышцы расслабляются. Черт возьми, возможно, это и правда. И снова это печально. Горячая вода щиплет мои свежие раны, но я не возражаю. Нет ничего такого, к чему бы я не привыкла. Я замечаю, что некоторые участки были замотаны бинтом или покрыты марлевой салфеткой, и делаю все возможное, чтобы избежать попадания в эти участки, чтобы бинты оставались на месте.
Мое лицо вспыхивает, когда я думаю о том, как Кассиан ухаживает за порезами и царапинами на моих руках и ногах, а затем у меня внутри все сжимается, когда я понимаю, что он, должно быть, увидел множество других шрамов, которых не ожидал увидеть. Неважно. Сейчас я ничего не могу с этим поделать, кроме как двигаться вперед и принимать любую доброту, которую этот незнакомец предлагает в данный момент.
После долгого пребывания под горячими струями воды я, наконец, выхожу и тщательно вытираюсь насухо. Возможно, сейчас мои мышцы более расслаблены, чем раньше, но это не значит, что боли нет. Я сдерживаю стон, наклоняюсь и вытираю ноги, морщась, когда вижу волдыри на пятках и один на большом пальце левой ноги. Я отвратительна и сломлена как физически, так и морально.
Мои мрачные, гнетущие мысли рассеиваются, когда в воздухе витает аромат вкусного картофельного супа. Я вдыхаю, позволяя аромату наполнить мои легкие, несмотря на то, что мой желудок урчит громче, чем раньше.
Я быстро надеваю спортивные штаны и толстовку, которые Кассиан оставил сложенными на стойке, втайне радуясь, что буду пахнуть, как он, хотя бы немного. Мне приходится несколько раз подвернуть пояс спортивных штанов, чтобы они были по размеру, и я чувствую, что тону в его футболке «Армейский рейнджер», но мне она нравится.
Приоткрыв дверь ванной, я выглядываю наружу и осматриваюсь. Когда я не вижу Кассиана, я направляюсь в гостиную. Вот и он, расхаживает из одной части гостиной на кухню и обратно.
У меня внутри все переворачивается, когда я понимаю, что он, должно быть, зол на меня. Конечно, так оно и есть. Я незваная гостья, у меня нет ни еды, ни одежды, и мне нечего предложить. Какое огромное неудобство.
Кассиан резко останавливается и поворачивается, чтобы посмотреть на меня. Я замираю, когда наши взгляды встречаются. Он не выглядит раздраженным или расстроенным. Он глядит с… облегчением? Может ли он вообще быть рад меня видеть? Не могу припомнить, когда в последний раз кто-то был по-настоящему счастлив только потому, что я вошла в комнату.
— Суп подан, — объявляет он, выдвигая один из двух стульев за своим маленьким кухонным столом. Я сажусь перед тарелкой с горячим картофельным супом с беконом и сыром.
Я хочу проглотить все это, а потом и кастрюлю на плите, но не хочу показаться невежливой. К тому же, хотя я уже несколько дней толком не ела, у меня в голове все еще звучит голос моей тети. «Сегодня тебе не нужен ужин. Посмотри, какими дряблыми становятся твои руки».
— Кушай, — подбадривает Кассиан, отвлекая меня от моих мыслей.
Я набираю одну ложку, затем другую, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не поднести миску к губам и не отпить прямо из нее. Вместо этого я ем вкусный белковый суп по одной ложке за раз, пока тарелка не опустеет.
— Хочешь еще? — спрашивает он. Я автоматически отрицательно качаю головой. — Я уверен, что ты проголодалась после нескольких дней, проведенных на стройплощадке.
Меня охватывает стыд, когда я вспоминаю, как вчера украла чей-то обед. Я обхватываю себя руками, словно защищаясь от чувства вины, пожирающего меня изнутри. Я не могу смотреть на Кассиана, поэтому опускаю взгляд на свои колени, обхватываю себя за плечи и становлюсь как можно меньше.
— Эй, куда ты пропала? — раздается успокаивающий голос Кассиана. — О чем ты думаешь? Ты просто закрылась от меня.
Я больше не могу этого выносить.
— Вчера я украла ланч, — торопливо говорю я, сжимая руки в кулаки. Мне хочется спрятаться в толстовке, которая на мне, но тогда я украла бы и ее тоже. — Я не заслуживаю домашней еды или твоей доброты.
Между нами воцаряется тишина, и я понимаю, что злоупотребила гостеприимством. По крайней мере, я приняла душ и съела тарелку супа.
Стул Кассиана скрежещет по полу, и этот звук наполняет мое сердце ужасом. Вот оно. Он собирается вышвырнуть меня вон так, как я того заслуживаю.
Когда ничего не происходит, я приоткрываю один глаз и в очередной раз поражаюсь, увидев, как Кассиан опускается на колени рядом со мной и становится еще меньше. Сбивающий с толку мужчина протягивает руку ладонью вверх, и я автоматически вкладываю свою ладонь в его. Когда мы соприкасаемся, что-то сжимается у меня в груди.
— Ты можешь посмотреть на меня, красавица?
Опять это слово. Красавица. На этот раз он определенно обращался ко мне, верно?
Я поднимаю взор, чтобы встретиться с ним взглядом, пораженная пониманием и печалью, которые я вижу в его изумрудных глазах.
— Я лучше многих знаю, что нужно, чтобы выжить в одиночку. Мне жаль, что ты оказалась в таком положении, когда тебе пришлось принимать подобное решение.
Моя нижняя губа дрожит, но я в состоянии сдержать слезы. Едва.
— Но... — я замолкаю, не уверенная в том, что собиралась сказать с самого начала.
— Никто на тебя не сердится. У тебя нет никаких неприятностей. И ты определенно заслуживаешь того, чтобы поесть, Блейкли. Тот, кто заставил тебя чувствовать себя неполноценной, ничтожеством, был неправ. Я знаю, ты этого еще не поняла, но я надеюсь, что однажды ты это поймешь.
Я открываю рот и закрываю его несколько раз, в очередной раз ошеломленная ответом Кассиана.
— Ты доверяешь мне, милая? — спрашивает он приглушенным голосом.
Я прикусываю нижнюю губу, а затем говорю ему правду.
— Я хочу, но не знаю как.
Кассиан сжимает мою руку и тепло улыбается.
— Это только начало, — говорит он мне, прежде чем встать во весь рост. Кассиан берет мою миску и снова наполняет ее, ставя передо мной. — Я пойду застелю для тебя постель, как только ты закончишь.
— Это твоя кровать, — протестую я. — Мне и на диване хорошо. Честно говоря, это намного лучше, чем то, на чем я обычно сплю.
Кассиан хмурится, и я вижу, что он хочет расспросить меня подробнее об этом. Он решает промолчать, за что я ему благодарна. Не хочу, чтобы он знал, какая я жалкая.
— Тогда это все решает. — Хорошо, я рада, что он понимает. — Ты определенно получишь кровать.
— Но…
Кассиан выходит из кухни прежде, чем я успеваю закончить свою мысль. Этот мужчина действительно хочет для меня чего-то хорошего? Я все еще настроена скептически, но я бы солгала, если бы сказал, что Кассиан — не лучшее, что когда-либо случалось со мной. Возможно, я наивна, но имела в виду то, что сказала ему. Я хочу доверять ему.
  
Я просто надеюсь, что меня не выставят дурой во второй раз на этой горе.
  
Глава 5