Нордшельский отшельник (СИ)

— Задница демона, — прошептала она, поднимаясь и отряхиваясь от воды.
Ее молчаливый спутник, которому хватило одного прыжка, уже поджидал ее на другой стороне реки, и теперь, казалось, с осуждением наблюдал за ее провалом. Он подошел ближе, чтобы она могла дотянуться до него, и девушка оперлась о его спину. Так они пошли вдвоем — медленно, и Лэниэль почему-то чувствовала себя неловко, хотя понимала, что оленю все равно на ее нелепые выходки.
Она наконец смогла привалиться к холодной скале, скрывшись от чужих глаз, и стала с тревогой осматривать свои раны. Они были повсюду — на рассеченных ладонях, коленях, раненных стопах, на лице. Олень сначала ждал ее, но после двинулся вперед, якобы говоря: «У меня есть свои дела».
Девушка выкроила несколько минут, чтобы немного перекусить и выпить воды. Промывать раны в ледяной воде совершенно не хотелось, так что она пошла вперед, за оленем, в надежде отыскать по пути какие-нибудь лечебные травы.
Она пробиралась меж плотно стоящих деревьев, то и дело цепляясь за выступающие коренья, но в этой части леса кустарников и цветов почти не было. Она даже удивилась — как грузный олень смог так ловко пройти в таком узком пространстве? Девушка ожидала, что вот-вот услышит протяжный вой о помощи, и увидит его, зацепившегося за ветки деревьев рогами, но все было тихо.
Так, шаг за шагом она наконец-то оказалась на поляне. Ее искусно скрывал плотный туман, но чем дальше она продвигалась, тем отчетливее слышала звук разгорающегося костра.
В испуге она остановилась. Куда ее привел олень? К другу? Или к врагу?
[1] Богини, сердце, дорога, кровавые реки…
[2] shpalov — традиционное холодное оружие, острозаточенный меч, кованный эльфами.
  
Глава 5
 
— Не бойся, подходи, — раздался лукавый голос из тумана.
Лэниэль не торопилась следовать указаниям незнакомца, беззвучно вытаскивая клинок из ножен. Бороться в тумане конечно было не самой здравой идеей, но она посильнее напрягла слух, чтобы уловить шорохи от движения одежды и дыхания. Как назло, незнакомец притаился, и она слышала лишь потрескивание поленьев.
— Я тебя не трону, — прошептал мужчина так близко, будто бы стоял за спиной у ее правого уха.
Она развернулась и наотмашь рассекла воздух клинком, но за спиной никого не оказалось. Порыв холодного ветра отрезвил, и девушка почувствовала, что мокрая одежда до сих пор липнет к телу. Становилось зябко, и она сделала несколько осторожных шагов поближе к костру. Туман от ветра не рассеялся, и она поняла, что он наложен магическими чарами.
— Покажись, — произнесла девушка твердо, оглядываясь по сторонам. У костра видимость была чуть лучше, но оружие она держала наготове. Никого не было видно.
— Тут самое безопасное место Нордшельского леса. Если не учитывать королевства, из которого ты пришла.
Эльфийка резко дернулась, чтобы натянуть на голову капюшон, но осеклась — плаща на ней не было. Лэниэль совсем не видела своего собеседника, но не сомневалась — она для него, как на ладони.
— Не волнуйся, я не настроен враждебно, и зла на эльфов не держу. Тут ты в безопасности. Ни один охотник за сокровищами не сможет пройти лесную преграду.
Его сладкие речи не успокаивали, но у нее уже совершенно не было сил держаться стойко — целые сутки она провела на ногах, и колени предательски дрожали от напряжения. Жутко хотелось поесть и выспаться в тепле.
— Сложи оружие в ножны, и мы спокойно поговорим, — после этих слов туман начал уходить в землю, словно по волшебству, и костер осветил полянку, а также ее хозяина. Девушка немного поморгала от яркого света огня и увидела мужчину, сидящего на большом поваленном дереве. Все его тело и лицо были скрыты темной одеждой и накидкой. Плотный капюшон скрывал маску, натянутую на лицо, лишь темные глаза смотрели с легким прищуром.
— Кто вы? — глухо ответила она, все же решаясь убрать клинок. Эльфийка мельком огляделась, не заметив ничего и никого вокруг. — И где олень?
Мужчина ничего не ответил, указывая ей рукой на место напротив себя, на второе поваленное древо. Она не удостоила его взглядом, продолжая неотрывно следить за незнакомцем.
 
— Мне кажется, для начала тебе нужно поесть и переодеться, — попытался воззвать он к здравому смыслу, но Лэниэль была непреклонна.
— Либо вы ответите на мои вопросы, либо я ухожу, — отрезала она, понимая, что лукавит. Из двух зол — стать рабыней неизвестных преследователей, или остаться в компании странного, но хотя бы единственного незнакомца, — она предпочла бы второе.
Его губы, сокрытые маской, тронула улыбка — он и сам понимал, что эльфийка никуда не уйдет.
— Олень приходит и уходит, когда ему вздумается. А ты даже не поблагодарила его за спасение.
Путница не смогла скрыть проявившегося на щеках стыдливого румянца. Но она предпочла думать, что кровь прилила к лицу от холода.
— Откуда вы знаете?
— У нас с ним очень тесная связь. Можно даже сказать, что я читаю его мысли.
Лэниэль внимательно прожигала взглядом его капюшон. «Значит, ты читаешь мысли? А мои можешь?», но ответа не последовало, а облик его остался непроницаемым. «Ну и глупость!» — одернула она себя. В голову от усталости лезли дурные мысли, и она все же присела на самый край бревна. Босые промокшие ноги она уже не чувствовала. Лишь натертые мозоли, изредка лопаясь, возвращали ей чувство боли.
— Прыгать в воду тоже было не самым здравым решением, — пожурил он с улыбкой в голосе, и Лэниэль сделала вид, что не услышала этого укола. — Так долго убегать с артефактом от орков, чтобы на финише разодрать себе колени.
— Откуда вы знаете про артефакт? — непроизвольно она попыталась спрятать сумку, но тут же передумала. Как очевидно прятать от чужого взора самое ценное. — И про погоню? Вы за мной следили?
Мужчина поднялся, уходя куда-то вдаль поляны, оставляя ее наедине с висящими в воздухе вопросами.
Она не понимала, как себя вести, потому что на каком-то животном уровне почувствовала магическую энергию, скрывающую всю поляну, как купол. Казалось, что без разрешения хозяина она не сможет ее покинуть, поэтому сидела на бревне тише мыши — уж сильно мощными были эти чары. Даже какими-то… инородными.
Через какое-то время незнакомец вернулся с заостренными ветками, которые были унизаны картофелем, мясом, грибами и овощами. Девушка непроизвольно сглотнула, ведь досыта ела уже очень и очень давно. Он разложил ветви над костром, а следом принес чугунный котел, наполненный водой. На широкой деревяхе он подвесил казан поверх еды.
— Полагаю, травы для чая ты будешь собирать сама?
Она кивнула, надевая лоскут, оставшийся от плаща, пытаясь плотнее спрятать сумку за ним, а затем вышла к реке.
Луна, казалось, держалась из последних сил, пытаясь остаться властительницей на небе, но розоватые вкрапления облаков говорили о том, что скоро рассвет вступит в свои права.
Она искала коренья у воды, отвлеченная бурным шумом реки, когда с ужасом услышала чужой разговор в нескольких метрах от себя:
— Где эта паршивая дрянь? Если мы не найдем безделушку, то прозябнем без нее. Там наверняка что-то ценное.
Надо было срываться и бежать к опушке, но орки уже подошли слишком близко, и стояли на уступе, около которого она сидела, притаившись внизу.
— Не знаю, но уверен, она еще хорошо пойдет на мясо. Реорг еще не знал женщины, так что она для нас сплошной выигрыш.
Орки загоготали, оглядываясь, и сердце Лэниэль ушло в пятки, когда она заметила, что еще несколько зеленоватых бугаев ходит на противоположной стороне реки. Они направлялись в ее сторону, и вот-вот…
— ЭЙ, СМОТРИТЕ, БОЛВАНЫ!
Ее заметили.
Двое, что были ближе к ней, спрыгнули вниз, преграждая путь. За ее спиной была высокая насыпь и камни, поэтому они зажали ее, не оставляя шансов выбраться.
Они оскалились, рассматривая ее, и даже не обратили внимания, когда она попыталась неожиданно ударить одного из них клинком. Орк быстро отреагировал, просто закрываясь самодельным кривым щитом, и выбил им оружие из ее руки. Печально просвистев по воздуху, сталь затерялась где-то в траве.