Оракул с Уолл-стрит 6 (СИ)

Библиотека представляла собой настоящий храм американского капитализма. Потолки высотой двадцать футов украшали фрески с аллегорическими изображениями Торговли и Промышленности, а вдоль стен тянулись ряды кожаных томов с финансовыми хрониками последних пятидесяти лет. За соседними столами сидели седовласые банкиры и молодые аналитики, изучавшие биржевые сводки и корпоративные отчеты в тишине, нарушаемой только шелестом страниц и тиканьем массивных напольных часов.
  
— Босс, — тихо сказал Чарльз Бейкер, мой бывший коллега-стажер, а теперь специалист по оперативной связи, — привез то, что вы просили.
Мы отошли в отдельный кабинет. Для меня здесь имелась такая привилегия.
Бейкер, худощавый молодой человек с нервными движениями и вечными пятнами чернил на пальцах, поставил на стол кожаный портфель. Его светлые волосы были аккуратно зачесаны назад, а новый серый костюм выдавал улучшившееся финансовое положение после того, как он перешел на мою службу.
— Отлично, Чарльз, — кивнул я, открывая портфель. — Что удалось выяснить?
Внутри лежали аккуратно переплетенные документы: копии банковских отчетов, списки крупнейших клиентов, схемы корреспондентских отношений. Бейкер развернул на столе детальную схему организационной структуры нашего конкурента.
— Manhattan Commercial Bank, — начал он, листая документы, — активы восемь миллионов четыреста тысяч долларов, собственный капитал один миллион восемьсот тысяч. На первый взгляд солидное учреждение.
Я внимательно изучил цифры. Банк действительно выглядел стабильным, но знание принципов современного финансового анализа позволяло увидеть скрытые проблемы.
— А проблемные кредиты? — спросил я.
— Вот здесь начинается интересное, — Бейкер указал на отдельную графу. — Официально заявлено двести тысяч просроченной задолженности. Но мои источники в комитете штата говорят о реальной цифре в один миллион двести тысяч долларов.
Я присвистнул. Разница в шесть раз означала либо катастрофическое управление рисками, либо сознательное сокрытие проблем от регуляторов.
— Какова природа этих кредитов? — уточнил я.
Бейкер достал отдельную папку с детальным анализом:
— Семьдесят процентов — спекулятивные операции с недвижимостью в Бруклине и Квинсе. Банк финансировал покупку участков под строительство жилых кварталов, но проекты заморожены из-за падения спроса.
— А связь с Continental Trust?
— Прямая и очень тесная, — лицо Бейкера приобрело серьезное выражение. — Роберт Кембридж, который пытался перехватить ваш банк, одновременно является членом совета директоров Manhattan Commercial. Плюс у них общие крупные клиенты и перекрестное владение акциями.
Это кардинально меняло дело. Manhattan Commercial был не просто конкурентом, а прямым инструментом Continental Trust в банковской сфере.
— Расскажи о клиентской базе, — попросил я.
Бейкер развернул карту Нью-Йоркского порта с отмеченными точками:
— Основные клиенты — портовые компании, импортеры, мелкие судоходные фирмы. Atlantic Shipping Corporation их крупнейший заемщик, кредитная линия четыреста тысяч долларов. Hudson River Docks — триста тысяч. Консорциум кофейных импортеров из Южной Америки — двести пятьдесят тысяч.
Я изучил список. Большинство клиентов именно те компаниями, которых можно легко переманить более выгодными условиями.
— Интересно, — пробормотал я. — А международные связи?
— Вот здесь самое уязвимое место, — Бейкер указал на отдельную схему. — Manhattan Commercial зависит от краткосрочных займов у европейских банков. London County Bank — пятьсот тысяч долларов, Deutsche Bank — триста тысяч, Credit Lyonnais — двести тысяч.
Общая сумма составляла миллион долларов, почти половину собственного капитала банка. Это критическая зависимость.
— Условия займов? — спросил я.
— Краткосрочные кредитные линии, обновляемые каждые три месяца, — ответил Бейкер. — Ставка London Interbank Rate плюс два процента. Но главное, займы могут быть отозваны с уведомлением за семь дней.
Я откинулся в кресле, обдумывая полученную информацию. Manhattan Commercial Bank представлял собой идеальную мишень: проблемные активы, скрытые убытки, зависимость от европейского финансирования и легко переманиваемые клиенты.
В кабинет библиотеки вошли О’Мэлли в сопровождении Томми Маккарти. Мой начальник охраны, как всегда безупречно одетый в темно-синий костюм, осмотрел помещение профессиональным взглядом, убедившись в отсутствии посторонних слушателей.
— Босс, — тихо сказал он, подходя к нашему столу, — Маккарти собрал дополнительную информацию по Manhattan Commercial.
Маккарти, худощавый разведчик с острыми чертами лица и внимательными серыми глазами, достал из внутреннего кармана пиджака сложенную бумагу:
— Мистер Стерлинг, мой человек в портовой администрации предоставил интересные детали. Manhattan Commercial обслуживает несколько сомнительных грузовых операций.
— Что именно? — спросил я.
— Финансирование импорта «промышленного спирта» из Канады, — Маккарти понизил голос. — Официально для химических предприятий, фактически для подпольных винокурен. Банк получает пять процентов с оборота плюс комиссию за «консультационные услуги».
Прекрасно. Связь с контрабандой алкоголя делала Manhattan Commercial уязвимым для давления федеральных органов.
— Еще что-нибудь? — уточнил я.
— Личная информация о руководстве, — Маккарти раскрыл блокнот. — Президент банка Артур Стэнфорд имеет пристрастие к азартным играм. Задолжал крупные суммы в подпольных казино Арнольда Ротштейна. Вице-президент Чарльз Уэбстер поддерживает любовницу в дорогой квартире на Парк-авеню.
Компрометирующая информация на руководство еще один козырь в будущей игре.
Я встал и подошел к окну, выходящему на Уолл-стрит. Внизу спешили клерки и брокеры.
— Джентльмены, — сказал я, поворачиваясь к компаньонам, — у меня есть план.
Бейкер приготовился записывать, Маккарти навострил уши, О’Мэлли скрестил руки на груди.
— Этап первый. Финансовое удушение, — начал я. — Переманиваем ключевых клиентов, предлагая более выгодные условия кредитования и обслуживания. Atlantic Shipping, Hudson River Docks, кофейные импортеры, всех переводим в Merchants Farmers Bank.
— Это займет время, — заметил Бейкер.
— Не больше недели, — возразил я. — У нас есть связи с Роквудом и Вандербильтами. Их рекомендации открывают любые двери в деловых кругах.
— Этап второй. Давление на европейских кредиторов, — продолжил я. — Через наши связи с Credit Suisse и Barclays распространяем «озабоченность» финансовым состоянием Manhattan Commercial. Намекаем на возможные проблемы с американскими регуляторами.
Маккарти кивнул:
— Европейские банки крайне осторожны после недавних проблем с немецкими кредитами. Малейший намек на риски, и они начнут требовать досрочного погашения.
— Этап третий. Информационная атака, — завершил я план. — Элизабет подготовит материал о связях Manhattan Commercial с контрабандными операциями и Continental Trust. Публикация в «New York World» создаст панику среди вкладчиков.
О’Мэлли задумчиво почесал подбородок:
— Босс, а как они ответят? У Continental Trust тоже есть ресурсы для контратаки.
— Патрик, в том-то и дело, что Manhattan Commercial их слабое звено, — объяснил я. — Continental Trust не станет рисковать репутацией ради спасения проблемного банка. Скорее всего, они просто спишут потери и сосредоточатся на защите основных активов.
Бейкер закончил записывать и поднял голову:
— Мистер Стерлинг, при успешной реализации плана мы получим не только устранение конкурента, но и ценные активы Manhattan Commercial. Их портовые связи, клиентская база, корреспондентские отношения…
  
— Именно, Чарльз, — улыбнулся я. — К концу месяца Merchants Farmers Bank должен контролировать значительную часть банковского обслуживания Нью-Йоркского порта.
Часы на стене пробили одиннадцать. Время действовать.